В конце они не станут парой(резерв)

Ночь в книгохранилище

Последний день первой четверти всегда был странным. Вся школа суетилась. Учителя носились по школе с тряпками и вёдрами. Полы натирали до блеска, а парты расставляли вдоль стен. Каждый ученик был чем-то занят.

—Если бы не 5 по физре, никогда бы не пришла драить кабинет,—пыхтела Машка, садясь на стул.

—Не ной,—сказала подошедшая только что Лиза.

В кабинете стоял запах моющих средств.

—Елена Валентиновна, а вы точно поставите 5 по физре?—устала кричала Машка.

—Точно…—сказала наша классная, закидывая ноги на учительский стол.

—Могла бы хоть помочь,—тихо говорила я.

—Могла бы, Цветкова…Но я уже старая для этого,—ответила Еленка.

—Ань, пусть лучше сидит…—воскликнул Марк, слазя со стула со шторой в руках.—Она опять сейчас 100500 историй начнёт рассказывать.

—Да, начну, Юсупов,—вставляла она свои фразы.—Молчи лучше и работай.

—А вы знали, что детский труд запрещён. Особенно в частных школах за дофига денег,—не уступал ей Марк.

—Дорогой Марк, твои родители подписали бумаги в начале года, что не будут против, если ты поможешь в уборке,—победно сказала Елена Валентиновна. Дверь в класс открылась.

—Девчат, кто хочет со мной в библиотеке троллю….Светлане Юрьевне помочь,—увидев физручку, поправился Даня.

Конечно же захотели все.

—Я с радостью тебе помогу, Даня,—накручивая свои сожжённые волосы на палец, пищала Лерка.

—Не, мне как раз помогать не надо,—ответил он ей.—Понимаешь, помочь надо библиотекарю. Если бы мне понадобилась помощь в одном интересном деле, где ты вообще специалист, то я с вероятностью 100% позвал бы тебя.

—Если тебе понадобится такая помощь, то я всегда рада это сделать для тебя,—демонстративно жевала она жвачку.

—Ладно, если никто не хочет, то я сам выберу,—игнорирую всех девчонок, сказал он.—Цветкова, пошли…

Под недовольные вздохи моих одноклассниц, я вышла из класса. Зайдя в библиотеку, мы погрузились в тишину. Наверное, библиотека была единственным тихим местом в школе. Запах пыли и старины очень успокаивал. Перед нами появился наш библиотекарь. Низкая женщина с ужасным вкусом в одежде и усами как у таракана повела нас в книгохранилище.

—Не закрывайте дверь. Если она захлопнется, то изнутри не открыть,—сказала она и вышла из хранилища.

Полки с книгами стояли вдоль стен. Но их не хватало. Большая часть учебников лежала стопками на полу. Одна лампочка, висящая на проводе в центре горела тусклым светом, освещая меньшую часть комнаты. Окон здесь не было. Подвал, где находилось хранилище был единственным местом в школе, где ещё чувствовался СССР. Перед дверью стоял небольшой постамент, на котором стоял бюст Ленина. Плакаты на стенах «Пионер, держи дистанцию», «Цени рабочую минуту, «Народ и партия—едины!» и тд висели на стенах.

—Капец, я столько антиквариата давно не видел,—теряя дар речи, говорил Даня.

Резко из-за угла выскочил библиотекарь.

—Ребята, эти книги надо проштамповать. Кто-то из вас ставит печать, а кто-то ставит на полку,—сказала она, давая мне печать.—Я пошла, как все сделаете—захлопните дверь и можете домой идти.

Сев за старый дубовый стол, я взяла первый учебник. Так мы провели три часа.

—Вы скоро?—крикнул Марк, заходя к нам.

—Нет. У нас ещё пачка учебников,—грустно говорила я.

—Тогда мы с Наташкой к нам,—подмигнул он Дане.—Напиши как соберитесь домой,—сказал Марк, выходя из хранилища.

Доделав все, мы собрались уходить.

—Ань….,тут дверь кто-то захлопнул….—сказал Даня, пытаясь открыть ее.

—Звони кому-нибудь. У меня телефон сел,—сказал я, садясь на пол.

—Это подвал. Тут ничего не работает,—сказал он, садясь рядом.

Лампочка горела, книжки стояли, а рыбки тихо булькали в доисторическом аквариуме.

—Аньк…, тут денди есть!—вскочил Даня.

—Включай. Делать все равно нечего.

По экрану старого телевизора скакали маленькие человечки. Ужасная графика и незатейливый сюжет затянул нас на долго.

Даня как маленький ребёнок. Его переполнял азарт и эмоции. Имея самые крутые приставки и игры на них, он радуется ужасной графике и пустоте сюжета.

Хотелось уже спать. Полумрак этого места давил на голову. Выключив приставку, Даня положил меня к себе на колени. Когда мой разум почти покинул тело, Даня укрыл меня своей толстовкой.

ДАНЯ.

Она была как комочек счастья на моих руках. Комочек, который никогда не будет моим.

—Ань, ты мне очень нравишься. Я это говорю, потому что знаю…Ты крепко спишь…,—сказал я, поглаживаю ее по ее шелковистым волосам.