В конце они не станут парой(резерв)

Утро в книгохранилище

—Цветкова, Юсупов!!! Чем вы тут занимались?!—задыхаясь от собственного крика, орала наша русичка.

Этот противный писк вытянул меня из прекрасного сна.

—Юсупов! Почему ты голый? Где твоя….Цветкова, ты что делаешь у него…кх кх, ниже пояса….—чуть не умерла русичка.

—Ольга Александровна, успокойтесь. Выйдите пожалуйста,—сонно говорил Даня.

—Что значит выйдите? Я это так не оставлю. Родителей в школу!—орала она.

—Ольга Александровна, вы не так поняли. Вчера дверь захлопнулась и нам пришлось тут ночевать,—пытаясь все объяснить, говорила я ей.

Не дослушав меня, она ушла прочь.

Этот человек—ужасен. Хотя я понимаю ее.

Увидеть спящих школьников в подсобке—самая последняя вещь, о которой подумаешь по дороге сюда. Да ещё и Даня с голой грудью раззадорил ее.

Впервые за долгое время я наконец-то увидела его татуировку в полном размере. Змея брала своё начало у правого бока. По-моему, это были две змеи. Они переплетали свои хвосты плотным жгутом. От правого бока через грудь и заканчивая свой путь на шее. Это выглядело дорого и эффектно. Но думать я сейчас должна точно не о нем. Кажется, у нас большие проблемы….

***

Сидеть под дверью кабинета директора и ждать родителей не особо увлекательное занятие. Школа пустая, тихая. Давно такого не было. Лишь Ольга Александровна иногда приходит и вновь начинает читать нотации. Она даже слушать нас не хочет. Точнее мы не особо и оправдываемся.

—Я в вашем возрасте ещё на резиночках прыгала,—бубнила она.

—Тут была бы уместна шутка про ваши «резиночки», но я не буду ее озвучивать.Оправдываться мы тоже не будем. Тк мы один раз уже сказали, что дверь захлопнулась и нам пришлось ночевать там,—сквозь зубы говорил Даня.

—Эх, Цветкова…, я от тебя такого не ожидала. Не с тем ты связалась…—сказала Усова и ушла к себе в кабинет.

Сейчас мне было все равно, что скажут родители. Меня не было всю ночь дома, на телефон не отвечала. Думаю, что ещё один косяк уже не испортит ситуацию. В конце коридора показались два силуэта. Уверенной походкой они приближались к нам. Это оказались родители Дани. На мое удивление они оказались очень молоды. Женщина лет 36 выгладила сногсшибательно. Идеальную фигуру подчеркивало темно-зелёное платье Шанель. На ногах сидели чёрные лодочки Джими Чу. На ней было множество украшений. Тонкое запястье украшали изящные часы и браслет Картье из белого золота. В руках она держала маленькую сумочку Диор. От неё веяло красотой, уверенностью и влиятельностью. Она была высокой и статной.

Отец Дани не уступал. Он был не менее привлекателен. К удивлению, он не носил дорогие побрякушки. На его запястье сидели обычные эпл вотч. И далеко не последней модели. Роскошью веяло от его костюма. Даня и его братья были копиями отца.

—Отлично, родители Юсупова уже здесь,—злобно потирала ручки Усова,—Вы уже знаете из-за чего вы здесь?—с надменностью спросила русичка.

—Допустим,—жестко ответила мама Дани.

—И как вы реагируете на это?—ожидая бурной реакции, спросила она.

—Абсолютно спокойно,—сказал отец Дани.—Они уже взрослые,—закончил он.

Отец Дани всем видом показал, что разговор с ней он закончил.

—Извините, что опоздали,—подбежали мои родители.

Встав с пола, мы зашли в кабинете директора.

—Здравствуйте, очень рад вас видеть,—поприветствовал директор родителей.

—Ваши дети устроили бордель в книгохранилище. Они…..Они….У меня даже язык не поворачивается сказать, что Анна делала Даниилу…—с важностью в голосе, ныла она.

—Ольга Александровна, успокойтесь…—неожиданно для себя, сказала я.—Виктор Павлович уже все знает. И он лично поверил эту дверь.

—Анна права. Но я чуть позже хотел это сказать,—улыбнувшись, сказал он.

—Палыч! Что ты молчал то?—вырывалось у Дани.

—Даниил! Субординация,—улыбнулся директор.—То, что мы с твоим отцом на рыбалку вместе ездим никак не повлияло на это дело,—прошептал он.

После этих слов в кабинете повисло молчание. Моя мама перервала его:

—Меня сейчас больше волнует то, что какой-то непонятный человек лезет в отношения моей дочери. Вам какое дело?—разъяренно говорила она, смотря на Усову.—Не лезьте в чужую жизнь. Наши дети не виноваты, что в вашей школе так легко остаться на ночь…—поддержала мама Дани.—Если я ещё раз узнаю, что вы, Ольга, лезете не в свои дела, а в частности к Даниилу и Анне, то вы в пределах РФ не сможете найти себе никакую работу,—закончила она, выходя из кабинета.

—А я обещаю вам каждый божий день проверки на профпригодность,—сказал мой папа, выходя в коридор.

Наконец-то хоть кто-то осадил этого человека.