В конце злодейка всех убьет?

Дело о торговце шелком

На следующий день с утра мы отправляемся на место преступления. Так как это не официальный выезд, то мы передвигаемся скромно, по меркам детей императора. Всего-то два экипажа - один для высочеств и один для телохранителей принца.

Лань Сюэ тоже едет со мной. Это первый раз, когда она выберется за пределы дворца, поэтому она взволнована. На самом деле, будучи призраком, она могла бы побывать вообще где угодно, но до этого момента ей даже в голову не приходило, что можно просто выйти прогуляться по городу.

- Кстати, со мной поедет моя помощница, - предупреждаю я принца, когда мы садимся в экипаж.

- Помощница? - удивленно спрашивает он.

- Некоторые призраки могут оказаться агрессивными, поэтому мне нужна ее поддержка, - я указываю на пустое место рядом с собой.

Его высочество едва заметно бледнеет, однако в остальном отлично держит лицо. Поэтому я решаю его подбодрить.

- Ты, наверное, не знал, но во дворце обитают почти два десятка призраков. Некоторые уже едва отличимы от теней, зато другие довольно деятельны. И среди мертвых женщин ты пользуешься таким же успехом, как и среди живых. Полагаю, в купальнях ты постоянно чувствуешь странные сквозняки. Так знай, это твои призрачные поклонницы за тобой подсматривают. А потом только об этом и могут говорить. Ты - самая большая радость в их посмертии.

Эту пикантную новость мне поведала Лань Сюэ, когда вернулась с очередной своей прогулки по дворцу. Вообще-то, я этих девиц прекрасно понимаю, тут есть на что посмотреть. Даже немного жаль, что мы брат и сестра.

Принц, похоже, только что перестает бояться призраков в том смысле, в каком боятся обычные люди, и начинает опасаться по совсем другим причинам. Он странным взглядом окидывает пустое для него пространство рядом со мной, и я спешу пояснить:

- Она не подсматривала, вы с ней родственники. Во дворце даже принцессы порой умирают.

Это его вроде бы успокаивает, и дальше мы едем в тишине. Мы с Лань Сюэ глазеем в окна на столицу, а принц собирает рассыпавшуюся картину мира.

Особняк торговца поражает своей роскошью. Резные красные колонны, сад с искусственными ручьями, дорогие вазы из бело-синего фарфора - всё кричит о богатстве хозяина. Внутри царит подавленная атмосфера: слуги ходят на цыпочках, в главном зале стоит гроб с телом, а вдова, одетая в белые траурные одежды, принимает соболезнования.

Я в основном молчу и наблюдаю. На меня косятся из-за белых волос и статуса проклятой принцессы, но не слишком явно. Лань Сюэ, невидимая для других, бродит по залу и соседним комнатам, изучая обстановку.

- Здесь что-то не так, - шепчет она, возвращаясь ко мне. - Вдова слишком часто поглядывает на молодого помощника покойного. И плачет как-то... неестественно.

Я киваю. Действительно, женщина больше похожа на плохую актрису, не слишком убедительно играющую скорбь, чем на искренне убитую горем вдову.

Наконец, с церемониями приветствия покончено, меня оставляют одну в зале, и я приступаю к работе. Покойника уже подготовили и, похоже, загримировали, так что посмотреть на следы удушья на его шее не выйдет. Впрочем, я не патологоанатом, так что вряд ли бы смогла по виду следа сказать, задушили его веревкой или он сам повесился. Зато у меня есть помощники, у которых я могу просто спросить, как все случилось. Лань Сюэ даже искать их особо не пришлось, те, кажется, сами почувствовали мое присутствие и собрались в зале.

Воздух в помещении становится ледяным. Напротив меня медленно проявляется фигура пожилого мужчины в дорогих одеждах. Вероятно, это патриарх рода, потому что выглядит он внушительно и силы у него немало. Похоже, семья не забывает постоянно поминать предка и возжигать благовония в его честь.

- Вы видели, кто убил Ли Вэньцзе? - спрашиваю я.

Духи вокруг начинают волноваться и недовольно роптать, но среди этого гула сложно различить слова. И только патриарх выглядит суровым и непоколебимым.

- Это... - призрак открывает рот, чтобы ответить, но вдруг резко оборачивается, словно услышав что-то.

Его лицо искажается от гнева, а глаза загораются жутковатыми зелеными огнями.

- Он... - шелестит потусторонний голос. - Это... он!

В этот момент дверь в зал резко распахивается. На пороге стоит тот самый молодой помощник, но сейчас его лицо искажено не скорбью, а яростью. В руках он держит кинжал.

- Так ты и правда проклятая, - рычит он. - Я не позволю тебе всё испортить!

Я отступаю, но слишком поздно. Он уже бросается вперед, и острое лезвие, ярко блеснув, устремляется ко мне.