В круге памяти

-5.2-

Внутри обсерватория больше напоминала огромную библиотеку, причём, можно сказать, сразу с порога. Все стены занимали книжные шкафы, забитые многочисленными томами разной потрёпанности, и стеллажи, заваленные пачками и рулонами бумаг. Даже на столе, обеденном, судя по наличию в центре солонки, перечницы и высокой тёмной бутыли, видимо, с каким-то соусом, были разложены астрономические карты.

— Работали вчера всю ночь, — извиняющимся тоном сообщил мастер Лонс, принимаясь торопливо собирать карты со стола. — Прошу, присаживайтесь. Ирл сейчас поглядит, что там есть перекусить.

Парнишка, верно поняв и слова мастера, и прилагавшийся к ним выразительный взгляд, скрылся за дальней дверью. Я с облегчением приземлилась на стул и вытянула гудящие ноги. Чувствовала себя так, что сходу и не решить, чего хотелось больше: поесть или в ванну.

— Обнаружили что-нибудь интересное?

Тон колдуна был таким, что я сразу поняла: вопрос этот он задал исключительно из вежливости. Ну, и чтобы неловкая пауза не висела. Нужно же было как-то перейти от столь необычного приёма гостей к непринуждённому общению с ними.

— Да ничего, — не без досады отозвался мастер Лонс, сваливая карты ворохом на письменный стол в углу. — Одна ерунда какая-то. Вы же знаете, лично я во все эти гороскопы не верю, меня занимают исключительно вопросы устройства нашего мира. Звёзды, я в этом не сомневаюсь, движутся согласно исключительно природным законам, на судьбы людей, даже правителей, им наплевать.

Я едва удержалась от искушения поддержать этот прочувствованный монолог аплодисментами. У нас в средние века за такие заявления можно было и на костёр. И ведь шли же. Истина дороже, да…

— Я тоже не верю, — усмехнулся колдун. — Где звёзды, а где мы. Но многие же верят.

— То-то и оно, — вздохнул мастер, опять коснувшись синяка под глазом. — Живучи они, суеверия проклятые. И даже умных людей стороной не обходят. Взять хоть мастера Зедека. Какие знания, а ведь туда же! Насчитал там чего-то, схватил тетрадь и сорвался в Проспен, срочно что-то там с мастером Танном обсуждать и уточнять. Мне слова даже не сказал на прощание.

— Вот как, — со странной усмешкой обронил колдун. — Что ж, надеюсь, он скоро вернётся и объяснит, что же у него там такого насчиталось.

Я едва удержалась от искушения фыркнуть. Ерунда все эти гороскопы. Лично у меня в жизни сбылся всего один, и тот шуточный, из местной бесплатной газеты. Наобещал мне… хм… интимные радости в нетрадиционном формате. И в тот же вечер у меня рухнула система на компьютере. Пришлось изрядно по… развлечься, восстанавливая её и спасая курсовую.

Только вот в чём дело: гороскопы, конечно, ерунда, но вот вера — штука сильная. И тот, кто в них верит, часто действует под их влиянием. Замечательный выходит инструмент манипуляции. Объект действует так, как тебе и нужно, к тому же добровольно и с песней, можно сказать. И никаких же вопросов: сами звёзды сказали, они разве могут врать?

— А вы, леди, тоже относитесь к гороскопам скептически? — поинтересовался мастер Лонс, усаживаясь за стол напротив меня.

— В некотором смысле, — ответила я уклончиво.

Видимо, выражение моего лица оказалось излишне красноречивым. Это нехорошо. Не стоит чересчур откровенничать с теми, кому не доверяешь. А я в этом мире пока что полностью не доверяла никому.

— Что ж, приятно встретить столь прогрессивные взгляды у столь юной особы, — усмехнулся в ответ мастер. — Вы, верно, устали в дороге?

— Устала, — призналась я.

— Сейчас потороплю Ирла.

В ответ на эту фразу с кухни раздался грохот и звон, словно в медный котёл упала чугунная гиря. На этот раз я не удержалась, фыркнула. Пожалуй, не стоило лишний раз трогать мальчишку. И дом будет целее, и мы сытее.

* * *

Впервые за всё проведённое в этом мире время я осталась в одиночестве, в крошечной комнатке под крышей. Кроме меня в ней поместились только кровать и длинная лавка вдоль противоположной стены, бывшая тут, по всему судя, и за стол, и за стул, и за шкаф. Впрочем, для меня сейчас она вполне годилась.

Бросив на скамейку сумку, куртку и штаны, я с наслаждением стряхнула ботинки и растянулась на кровати. Нужно было сходить в ванную, но так не хотелось шевелиться. Пожалуй, это дело могло и до утра подождать. Будем считать, что я в походе, в палатке можно и немытой спать ложиться.

Кажется, с этой мыслью я и отключилась, не успев даже придумать, чем самой себе возразить. Потому что, вновь открыв глаза, увидела, что небо за окном стало совсем уже светлым. Вставать было ещё рановато, наверное. По времени. А по мнению вновь пустого желудка — в самый раз.

Сунув ноги в ботинки, я немного посидела, прогоняя остатки сна, потом решительно встала и направилась проверять вчерашнюю догадку о том, что лестница напротив моей комнатушки ведёт прямиком на кухню. Где наверняка найдётся, чем на скорую руку перекусить.

Догадка оказалась верной. Преодолев четыре узких крутых пролёта, я толкнула дверь и оказалась на кухне. И тут же обнаружила, что не одна тут такая умная и ранняя. За высоким узким столом, рядом с не разожжённой ещё печью, уже успел расположиться благообразный седой мужчина — язык не повернулся назвать его стариком — в просторной мантии, уплетающий солидный бутерброд с каким-то варёным, кажется, мясом.