В ловушке бывшего

Глава 8

Полтора года спустя

Настойчивый звон будильника вырывает меня из крепкого сна. Я со стоном тянуть к источнику звука и пытаюсь разлепить глаза. Неужели уже шесть утра? Кажется, что с момента, как я упала на подушку, прошло не больше пяти минут. Отключаю неугомонную трель и заставляю себя приподняться. Если моя голова снова окажется на подушке, я снова усну и просплю. На прошлой неделе так и случилось — я опоздала на работу, и повторной оплошности мой начальник не потерпит.

Отбрасываю одеяло и ищу ногами тапочки. Слышу недовольное кряхтение с соседней кровати, и сон как рукой снимает. Подхожу к сопящей парочке. Никитка в своём репертуаре — ворочался во сне так, что теперь его ножки на подушке, а одеяло прибито к стенке. Пытаться его переложить правильно чревато преждевременным подъёмом обоих деток, а мне нужно спокойно умыться и собраться на работу. Поэтому я аккуратно подкладываю ему под голову подушку и накрываю одеяльцем. Проверяю Иришку — она спит как сурок, раскинув свои маленькие ручки. Я тихо стою рядом несколько минут, проверяя сон дочки и крестника, и убедившись, что парочка крепко спит, ухожу в ванную.

Быстро привожу себя в порядок и готовлю деткам завтрак. Тася вернётся со смены как раз к моему выходу из дома. Нормально поспать нам сейчас обоим не удаётся. Её Никитка перепутал день с ночью и не спит почти до четырёх утра, не давая выспаться мне, а моя Иришка живёт по нормальному режиму и не даёт передохнуть Таське после ночных смен в клубе.

Мы живём с Тасей вместе уже больше года. С тех пор, как умерла её бабушка — единственная родственница, подруга предложила мне снимать двухкомнатную квартиру и помогать друг другу. Так было проще присматривать за своими малышами и параллельно работать. Но если я трудилась в офисе днём, Тася в основном работала в вечернее время и ночью.

Первое время было особенно тяжело. Меньше чем через два месяца, после того, как Макс отпустил меня, я внезапно овдовела. Подробностей произошедшего я не знала, потому что в тот момент лежала в больнице на сохранении, а позже — никто не посчитал нужным посвящать меня в подробности смерти мужа. Дядя Андрей просто сбросил трубку, когда я позвонила, а моя свекровь даже не потрудилась ответить на звонок. Денис тоже не считал нужным общаться со мной, видимо мой номер был занесён в чёрный список. Помню, накануне нового года я лишилась подработки из-за позднего срока беременности и настолько отчаялась, что позвонила ему на рабочий телефон. Макса не было в живых уже больше месяца, и я хотела объясниться перед любимым. Рассказать об истинных причинах моего поступка и о беременности. В тот день его секретарь вежливо послала меня, стоило мне только назвать своё имя, и тогда я окончательно опустила руки. Не стала больше навязываться, а чуть позже Тася предложила съехаться.

Так мы и выбрались, помогая друг другу справиться с одиночеством и проблемами. К тому моменту Тася уже родила Никитку и я нянчилась с ним, пока она работала, а позже, когда я сама родила, мы стали чередоваться. Я устроилась работать в небольшую фирму экономистом, а подруга, имея за плечами только два курса института, трудилась в ночном клубе официанткой.

Тихий поворот ключа раздаётся в тот момент, когда я снимаю с плиты готовую кашу. Выглядываю в коридор — Таська тихонько разувается и на цыпочках крадётся на кухню. Вид у неё усталый, но губ касается приветливая улыбка. Мне нравится силы её духа. Подруга никогда не унывает, даже если проблемы будут сыпаться градом на плечи, она их не опустит.

— Привет, — шепчет она и кивает на стенку, за которой сопят малыши. — Давно уснули?

— Всё как обычно, Тась, — вздыхаю устало. — Иришка уснула в десять, а Никитка — почти в четыре.

— Тогда я спать. Надеюсь, хотя бы пару часов у меня есть в запасе, прежде чем твоя проснётся.

— Ложись, — киваю я. — Я приготовила завтрак, нужно будет только подогреть.

— Спасибо.

Так мы и расходимся. Я оставляю Тасю с детьми и спешу на работу. Апрель радует своими первыми тёплыми деньками, а я так и не смогла купить себе весенние ботинки. Потратила свободные деньги на комбинезончик для Иришки. Когда живёшь от зарплаты до зарплаты, приходится выбирать, что важнее. Ребенку нужна одежда, а я уж как-нибудь дождусь когда высохнут лужи и обуюсь в кроссовки.

Захожу в кабинет первая. У нас в отделе всего три человека. Два экономиста и начальник. С недавних пор в фирме произошло расширение штата, кабинет нашего руководителя отдали новому отделу, а его самого поселили с нами в одном кабинете. Дмитрий Георгиевич не столь строгий, сколько вредный. С ним особо не расслабишься. Не дай бог звонок по личным вопросам услышит, или за чашкой чая застанет — тут же последует праведное возмущение. Мне без созвона с Тасей трудно, всё-таки годовалая дочь дома. Поэтому я приноровилась ставить телефон на беззвучный режим, и при необходимости, если я видела входящий вызов, убегала на разговор в уборную.

Я успеваю раздеться и включить компьютер, когда кабинет залетает моя коллега Наталья Петровна.

— Олеся, выручай! — с ходу тараторит она. — Дмитрий Георгиевич слёг в больницу!

— Что с ним случилось?

— Пневмония вроде бы. Ты ведь анализ расходов на третий квартал подготовила?

— Д-да, — я аж запинаюсь.

— Быстренько распечатывай и беги к директору. Руководство инвесторов в новый проект привлекает, нужно предоставить все данные по плановым оборотам компании.