В ловушке с врагом

Глава 1

Двадцать восьмая

Я проснулась за минуту до подъёма. Как всегда. Тело научилось будить себя само — лишь бы не вздрагивать от звука этого проклятого рога, эдакого «доброе утро, рабы». Правда, они, конечно, не называли нас рабами. «Маги короны» — это звучит почти почётно. Пока не вспомнишь, что в любой момент тебя могут отправить на корм чудищам, и единственное, что у тебя есть — номер на левом запястье, заменяющий имя.

Я была двадцать восьмой.

Рядом заворочался двадцать седьмой — мы спали голова к голове, потому что в комнату были втиснуты десять коек. А предназначалась она, ну... скажем, для четверых. Может, для шестерых, если бы эти шестеро очень сильно любили друг друга.

— Мне приснилось, что нас выпустили, — сказал он хрипло и потёр лицо ладонями.

— Ага, мечтай.

Тут же затрубил рог.

Звук был такой, что зубы сводило. Руны на стенах задребезжали, словно оживая и напоминая: ты здесь никто. Даже магия, которая была твоей по праву рождения, и та больше тебе не принадлежит.

Так было уже четыреста лет. Маги давно перестали быть творцами. Никто из нас больше не был способен создавать, исцелять, даже зачинать детей. Магическое созидание во всех его формах сочли неестественным ходом вещей. Нам оставили лишь возможность крушить — да и то только против чудищ. Попробуй применить разрушающее заклинание против человека и взвоешь такой болью, что пожалеешь, что на свет родилась.

Я поднялась, натянула рубаху и вышла вслед за всеми. На завтрак всё было как обычно: каша, хлеб, вода. Мы ели молча, потому что рядом стоял надзиратель и следил, не слишком ли мы задерживаемся. Всё должно было идти по расписанию: встали, поели, сходили по нужде, построились.

Я доела последнюю ложку каши и уже повернулась к выходу, когда голос остановил меня.

— Двадцать восьмая, немедленно явиться во дворец. Приказ Его Высочества.

— Зачем?

Офицер поднял на меня тяжёлый, маслянистый взгляд. Я сразу пожалела, что спросила.

— Твоё дело — выполнять приказ, а не задавать вопросы. Поняла?

— Поняла.

— Через час выходишь. Сопровождение будет ждать у ворот.

— Есть.

Он махнул рукой, мол, свободна. Я вернулась в комнату, чтобы собраться. Тревога, видимо, отпечаталась у меня на лице, потому что двадцать седьмой смерил меня любопытным взглядом.

— Ты чего такая? Прибили кого?

— Вызвали во дворец. Принцу зачем-то понадобился маг.

— Ого, — присвистнул он. — Принц собственной персоной? Зачем?

— Не сказали.

— Наверное, для того самого.

Я усмехнулась.

«Для того самого». Меня всегда умиляло то, как все вокруг говорят загадками, когда речь заходит о боге-психопате, возжелавшем перекроить мир по своему вкусу. Он уже давно грозился воплотиться в этом мире, но никогда ещё не был так близок к цели — судя по количеству чудищ, шнырявших по степи, которых он постоянно сюда посылал.

Его Высочество, должно быть, совсем сошёл с ума, если и правда думает, что сможет его остановить. Хотя... если бы в меня верило столько людей, сколько верят в этого парня в короне, я бы, наверное, тоже начала думать, что мне всё по плечу.

Не понимаю только, зачем принцу именно я.

Двадцать седьмой пожал плечами, и я поняла, что проговорилась вслух.

— А кто ещё? Остальные ещё отлёживаются. Ты раньше всех вернулась с задания.

Я согласно кивнула. В этом была логика.

Через час я и двое конвоиров уже стояли у поста охраны возле главных ворот казарм.

— Жди здесь, пока оформят, — офицер ткнул пальцем в скамью у стены.

Я села. Офицер медленно, нарочито неспешно заполнял бумаги. Каждое его движение создавало впечатление, будто он делает мне одолжение.

Через несколько минут он наконец отложил перо.

— Будешь выполнять всё, что скажет Его Высочество. Соблюдай протокол. Ни на кого не смотри, ни с кем не разговаривай без разрешения. И, ради всех богов, не используй магию без команды. Всё понятно?

— Понятно.

— Сопровождение снаружи, — кивнул он на дверь.

На улице моросил мелкий противный дождь, который лез за воротник. Мы двинулись и через пару минут вышли на дворцовую площадь. Стены здесь были высокие, а руны вплетались в кладку, вились по колоннам и уходили в небо. Все они сходились в один Большой Узел, который проходил через всё королевство. Именно ему маги были обязаны тем, что оказались низвергнуты до уровня боевых псов.

В казармах действие Большого Узла казалось терпимым, привычным как головная боль, с которой я уже сжилась. Здесь же оно ощущалось так, будто на грудь поставили сапог и надавили до хруста в рёбрах.

У ворот нас встретили трое стражников в блестящих доспехах, с длинными мечами. Полированная сталь тускло отражала серое небо.

— Мага привели, — сказал мой провожатый, показывая какой-то свиток.

Один из стражников скользнул по мне взглядом сверху вниз — с таким выражением, будто я была грязью на его подошве.

— Номер? — бросил он.

— Двадцать восемь.

Стражник кивнул и отступил, открывая нам дорогу.

Внутри было красиво: мрамор, витражи, высокие потолки, под которыми терялось эхо. Никогда не понимала, зачем людям столько пустого пространства. Мы в казармах ютимся по десять человек, а тут зал — и ни души. Просто чтобы было.

— Его Высочество в малом приёмном зале, — сказал слуга, появившийся из ниоткуда. — Вас ждут.

Конвоир подтолкнул меня в спину, и я шагнула вперёд. Перед дверью в малый приёмный зал меня обыскали. И наконец пропустили внутрь.

Принц Рэй стоял у окна, высокий, прямой, с идеальной осанкой, какая бывает только у тех, кто никогда не спал на жёстких нарах в обнимку с чужими локтями. Утренний свет обрисовывал его силуэт холодным контуром. Он повернулся, и я увидела его глаза — а в них столько презрения, что внутри всё похолодело. Ничего хорошего меня тут не ждало. Это я поняла сразу, даже не услышав от него ни слова.