В моей жизни прошу винить...

Глава 7

Рина обреченно вздохнула, подхватила троллиху за талию и слегка шевельнула темными веерами крыльев. Звездные глаза на них вспыхнули, и за один миг фея вместе с ношей поднялась на этаж.

– Ух! Другое дело! Круче, чем канатная дорога в горах! – восторженно прокомментировала заклятая соседка. – Всегда мечтала прокатиться! Только тросы рвутся, знаешь ли, боязливо как-то.

Еще пара легких трепетных движений крыльев, и они будут на месте… Но фею внезапно повело, реальность странно исказилась, словно кто-то еще ломился в пространство извне, и девушки вместо пятого этажа оказались на пролет ниже, между этажами.

Рина едва успела приглушить силу и ослабить восприятие мира, как по ее сверхчувствительным фейским усикам-короне, двум парам чутких ушек и большим глазам ударила магическая вспышка, Рина едва успела прикрыться крыльями.

Еще хуже пришлось беззащитной Рае, лишенной и магической энергии, и защиты тату, и силы амулетов, хотя Рина постаралась прикрыть и ее. Троллиха, прикрыв лицо руками, сползла ей под ноги.

В воздухе вспыхнула пентаграмма, из нее выкатилось мужское тело с всклоченными темными волосами и короткой бородкой. Мгновенно оглядевшись, Фармагеддоша, – а это оказался именно он, – выпрямился и, вытянув охваченную потусторонним огнем руку к девушкам, воскликнул:

– Темное отродье! Отпусти невинную жертву и сгинь, иначе я тебя уничтожу!

Рина оцепенела. Назойливый поклонник ее не узнал! И это была отличная новость.

Троллиха, и та в изумлении отвела ладони от лица и уставилась на разгневанного Чернокнижника.

– Только молчи! Ни слова! – шепнула ей темная фея.

– Я почуял твою темную силу, нечисть! Ты не пройдешь! Я пришел изгнать тебя! – Гоша, не опуская руки с активированным заклинанием, сделал шаг на ступеньку ниже. Пальцы второй руки кастовали еще какую-то гадость.

Рина отвела крыло от своего лица и оскалилась в улыбке. Мохнатые десятиглазые крылья осветились синим огнем, ее корона-усики тоже обзавелась роскошным светящимся ореолом, а безобразные кривые когти стали еще длиннее.

– Что же ты, соседушка, не узнал меня? Это же я, фея Рина из тридцать первой. Любовь всей вашей жизни, как вы клялись мне еще вчера и не забываете упоминать в ежедневных записках. Ваша спам-рассылка забила весь мой почтовый ящик!

Скалолазка снова закрыла лицо руками и что-то глухо простонала.

– Молчи! – прошипела ей темная фея и даже легонько пнула в копчик, чтобы до каменюки быстрее дошло.

– Ри… Рина? Не может быть! – невероятное изумление нарисовалось на лице аптекаря. Огненная рука дрогнула.

– Может, может. Вы же знали, что я фея. Но упустили один маленький нюанс: я темная фея! Ах, Игорь Олегович, я только сейчас, увидев вас во всей красе, прозрела. Вы такой красавчик, такой бесстрашный, такой… сильный маг и потрясающий мужчина! – мурлыкнула фея, а ее пушистые крылья засверкали крохотными молниями.

Троллиха, не выдержав приступа ревности, впилась зубами в ногу феи.

– Ай! – Рина, не ожидавшая такой подлости от спасаемой, отскочила и схватила кусачую каменную крысу за волосы, отодрав ее от ноги. – Ах ты, зараза! Гнусная человечишка! Еда не должна кусаться! Гошенька, дорогой, помогите мне донести мою подругу до квартиры. Полнолуние же! Мы хотели его отметить вдвоем. Но можем и втроем…

– П-подругу или еду? – чернокнижник неверяще вглядывался в полузнакомые, искаженные темной силой черты Рины, еще вчера такой милой и нежной феечки, а сейчас – настоящий ночной кошмар. – Ты же фея, Рина. Доброе светлое существо. Врач! Твоя еда – цветочная пыльца и амброзия. Ты же не людоедка! Не вампирка! Как ты можешь быть такой… чудовищной? Ты же порхала и светилась, я за это и полюбил тебя, как неземное прекрасное видение. Луч света в царстве моей тьмы! А сейчас… Что с тобой происходит?

– Я всегда была темной феей, Гоша. С рождения. И не виновата, что тебе что-то мерещилось свое. Тебе не стоит злоупотреблять эликсирами собственного приготовления.

– Ты притворялась светлой! – обвинил Фармагеддоша. – Я видел не только отблеск светлых крыльев за твоей спиной. Я видел доброту Рины, видел, как моя драгоценная феечка пыталась помочь всем, даже омерзительному оборотню. Это тоже была маска?

– Конечно! Как иначе я могла заполучить несопротивляющихся жертв для ритуала в полнолуние? Так ты поможешь или нет? Если нет – сгинь и не мешай! – рявкнула Рина и дернула троллиху за руку. – Вставай, тьма тебя возьми! Я сейчас с тобой за все рассчитаюсь, подруженька!

Скалолазка громко всхлипнула. Рина прекрасно понимала, как ей сейчас больно слышать их с Гошей диалог, его признания, его восхищение. Но это единственное лекарство от ее слепоты. Горькое, но действенное.

– Рина, даже если ты действительно Рина… я не позволю тебе причинить вред невинному человеку!

– Позволишь. Ты же любишь меня, Гошенька, – голос феи стал бархатным, как ее ночные крылья.

Троллиха взвыла и дернулась, но Рина крепко держала ее. Лицо Раи запрокинулось, по ее щекам потекли слезы бессилья, но взгляд обещал соседке, что та очень пожалеет о каждом мгновении этой ночи!

– Нет, – вскинул голову чернокнижник. – Я никогда не любил и не полюблю монстра. Я привык им приказывать или их уничтожать в случае непослушания.