В небе над Москвой

ГЛАВА 22. МИША

Прислонив ухо к двери, я прислушался.

– Кто последний, тот придурок! Хотя зачем нам таскаться наперегонки, мы ведь и так оба знаем, что это ты, – рассмеялся мальчишка, голос у него ломался – подросток.

– Договоришься, копия, – буркнул в ответ еще один.

Кого там нелегкая к моей Соне принесла? Я зажмурился, сдержавшись от возражений саму себе. Да какая она моя? Я ее не знал, пару раз перекидывались ругательствами и делили одну комнату на двоих, попав в ловушку к моему отцу и его сумасбродным идеям. Перед глазами пронеслась интересная картина – девушка в ванной стоит ко мне спиной, нагнувшись вперед и натягивая на ногу носок, но увидев меня, оборачивается и вместо того, чтобы убить взглядом и броситься выталкивать из комнаты, улыбается и подзывает к себе. Такой исход событий мне нравился гораздо больше.

Я настолько сильно погрузился в собственные фантазии, что не заметил, как по другую сторону двери, мальчишки начали оживленно спорить о том, кто из них оригинал, а кто копия. Я понятия не имел, что это значит, и осознал довольно поздно, когда голоса стали громче, и один из подростков толкнул второго так, что он врезался в дверь, за которой прятался я.

Удар пришелся не сильным, но от неожиданности я грубо выругался, потирая щеку и отступая назад.

– Вы бы как-то поласковее друг с другом, – процедил я сквозь зубы, разозлившись на ойкнувшего светленького мальчишку, уставившегося на меня, как на статую.

Я расправил плечи и перевел взгляд на второго подростка – точную копию ввалившегося в комнату пацана. Понятно, близнецы значит. Выглядели они растерянно.

– Ма-а-а-а-а-ам, – недоуменно проголосил первый.

– Па-а-а-а-а-ап, – повторил за ним второй.

Оглядев их с ног до головы, я понял, кого они мне напоминают. Светло-русые волосы, карие глаза, пухлые, словно нарисованные, губы, острые носы и щеки с россыпью веснушек. Достаточно высокие и широкие в плечах, но на лицо совсем юнцы. На вид парням было не больше пятнадцати лет, как позднее оказалось, им совсем недавно исполнилось по четырнадцать, и они вовсю гордились полученными паспортами.

Я сделал шаг вперед, провалив свою миссию. Остаться незамеченным у меня не вышло, но не по моей вине, младшие братья Сони раскрыли в доме незнакомца. Один из мальчишек, ступил назад, не прерывая со мной зрительный контакт. Уставился с любопытством, задрав голову наверх, и прожигал взглядом, злобно насупившись. Точно у старшей сестренки научился так выразительно смотреть на людей.

– А это кто? – привлек к себе внимание второй подросток.

В доме воцарилась тишина. Я повернул голову и увидел Соню. Глаза у нее чуть из орбит не вылетели. Девушка выронила из рук разноцветные пакеты. Взрослый темноволосый мужчина перевел взгляд на дочь и задал волнующий его вопрос.

– Да, дочка, кто это? – от такого властного голоса мне стало не по себе.

Худенькая блондинка, в которую походила Соня, не шевелилась. Я решил, что это ее мама, хотя на вид ей было не больше тридцати пяти лет. По плечам струились длинные волнистые локоны, а голубые глаза пристально смотрели на меня. Точная копия моей соседки только в более зрелом возрасте и с той лишь разницей, что у стюардессы глаза были не холодного морского оттенка, а теплыми, похожими на шоколад.

– А это, – девушка хватала ртом воздух, пытаясь что-то наскоро сообразить, – это…

Теперь я понял, почему посмотрев в глазок и увидев там свое семейство, она затащила меня в комнату. Стояла с красными щеками, мокрыми после душа волосами в одном халате, хоть и в таком целомудренном, а все равно выглядела соблазнительно. Стыдливо отводила взгляд, словно занималась чем-то таким, от чего обычно становится немного неловко на утро.

Я пододвинул, вставшего на пути близнеца, и кинулся вперед на помощь девчонке. Протянул руку главе семейства.

– Здравствуйте, меня зовут Михаил Розенталь, и я жених, – с гордостью представился родителям стюардессы, в надежде, что помогаю ей сохранить лицо в глазах родственников.

– Чей? – глаза отца округлились, а ноздри раздулись, ей богу, сейчас за сердце хватится.

Взгляд Сони перебегал от одного родственника на второго, от третьего к четвертому. Девушка, не веря своим ушам, покачала головой и разочарованно вздохнула. Кажется, моя помощь пришлась ей не по душе.

– Сонькин что ли? – раздался смешок за моей спиной. – Да не смеши мои портки!

Второй близнец что-то тихо шепнул ему на ухо, а затем ткнул в бок. Он вдруг перестал смеяться и закашлялся.

– Извините.

– Дочь, ты ничего не хочешь нам сказать? – мужчина перевел взгляд на мою руку, которая повисла в воздухе. Пожимать ее он явно не собирался.

Соня бросила на маму умоляющий взгляд.

– Сережа, перестань, – женщина улыбнулась уголками губ и протянула мне руку. – Здравствуйте, Михаил, я мама Сони – Есения Александровна, приятно познакомиться.

– И мне очень приятно, – ответил я, – Соня много о вас рассказывала.

Уперев руки в бока, мужчина недовольно скривился.

– А вот что-то о вас, молодой человек, нам совершенно ничего неизвестно, – язвительно усмехнулся, сощурившись.