В нежных клешнях Рака

ГЛАВА 8. Рафаэле

Как общается с отцом мужчина-Рак? Высоко ценя крепкие отношения с родителем, он может предпочесть общаться с ним через содержательные беседы. Будучи очень восприимчивым к эмоциям, такой мужчина чувствует, когда что-то не так, и попытается создать безопасную среду, в которой отец мог бы делиться своими мыслями и чувствами.

Общение с девушкой не проходит бесследно, спускаться по лестнице довольно не удобно. Надо выбросить ерунду из головы и обдумать, что скажу отцу. Впрочем, он и сам прекрасно понимает, что клан Бесси, ещё слишком мало нами изучен. Известно, что у него какие-то дела с Фань Ли, чья внешность и поведение весьма обманчивы.

Миниатюрный китаец в очках интеллигентного вида, заказал золотой рояль из России, окружил себя предметами искусства, но при этом до безобразия жадный, когда речь заходит о деньгах и партнёрстве. Они держат под контролем весь текстильный импорт из Китая, заставляя платить нас бешеные деньги. Только эта парочка ещё не в курсе моего плана. Китаец крутится в высших кругах и довольно популярная личность в городе. А вот Бесси…. Странно, что я ещё никогда не видел его лично. Ибо все сделки с нами за него ведёт подставное лицо.

Почему отец ни разу с ним не встретился? Это же так элементарно. Почему избегает его? Нет. Он явно что-то скрывает. Ему стоит напомнить о необходимости переговоров, и я сделаю это. Ибо у меня есть амбициозные планы: ухватить хоть маленький кусок пирога, чтобы обеспечить будущее в эти нелёгкие кризисные времена. Главное, сделать, всё как надо: получу поддержку Фань Ли, уговорю его подвинуть Бесси. Лучше не играть вдолгую, иначе можно потерять свой шанс, да и рынок сбыта.

Мои размышления прерывает противное хихиканье Рони:

— Что такой задумчивый? Придумал, что сказать отцу насчёт китайца? Стар уже дядька стал. Ты так не думаешь?

Руки сжались в кулаки. Не могу его научить держать язык за зубами и не передавать все наши разговоры отцу. Откуда такие доверительные отношения?

— А ты снова без дела шатаешься? Девок щупаешь да алкоголь хлещешь?

— Достал со своими нравоучениями, Раф! Ты любишь знать про расстановку сил на шахматной доске. А я люблю девчонок, — в его голосе звучало раздражение.

С этими словами он ушёл в сторону бара. Да, бизнесмен из него хреновый. Слишком увлекается, слишком эмоционален. Его легко обмануть.

Подхожу к телефону и слышу, как из трубки доносятся короткие гудки. Нет, отец никогда не отличался умением ждать. Сейчас будет звонить ещё и ещё раз, уже на мобильный, пока не отвечу. А ведь война обещает быть долгой и дорогостоящей. Отец — старый лис. Нужно как-то убедить его, что нам необходима личная встреча с Бесси. Лучше уж худой мир. Козырной картой может стать авторитет отца в текстильной среде.

Мы пообещаем процент с продаж за счет повышения арендной платы для Фань Ли. Когда я принесу отцу на золотом восточном блюде заключённую с китайцем сделку, отец останется мной доволен, согласится, что это было наилучшим решением.

Беру мобильный. Сквозь безразличные вибрации чувствую психоз отца. Машу рукой Марко, который следом за мной заходит в офис, показывая, что у меня важный звонок. Он с пониманием кивает и выходит за дверь. Под раздающееся из трубки недовольное пыхтение сажусь в своё любимое кресло, обтянутое кожей. Мы его отремонтировали с отцом, когда отношения между нами ещё были доверительными.

— Где ты был, твою мать? — слышу прерывистое дыхание.

— Баббо (итал, отце), извини. Был немного занят.

— Двадцатый раз тебя набираю! Где тебя носит?

— В «Ноевом Ковчеге».

— Ну конечно. Вместо того чтобы о своей семье задуматься?! — желчно выдавливает он. — Что ты там за сети за моей спиной раскидываешь? Зачем вокруг китайца воду мутишь? Имя Бесси поминаешь.

Не удивлён, что отец всё знает.

— Думаю, что нам надо как-то сблизиться с Фань Ли. Он поможет проложить дорогу к Бесси, — как можно увереннее отвечаю, всё ещё чувствуя на себе давление авторитета отца.

— Я хочу, чтобы ты, после меня. Напоминаю, что после меня, стал главным волком стаи. — Слышится натужный голос отца. — А ты мне про шашни с китайцем! И про Бесси забудь. Я в его игры не играю. — Представляю себе красное от напряжения лицо и набухшие на шее отца вены. Все его проблемы по жизни из-за неуправляемого гнева. По этой причине у него больше врагов, чем волос на голове. — Смотри, чтобы китаец тебя не облапошил. Или тебе нравится играть моими нервами?

Молчание.

— Точно также ты поторопился взять эту девушку на работу, а теперь нам надо расхлёбывать… — я мог бы и промолчать, конечно, но меня ужасно нервирует тот факт, что журналисты во всём обвиняют Карризи.

— Не делай мне нервы, сосунок! На тот момент другого выхода не было. Рони хороший малый.

— И хорошо работает на тебя, ты хотел сказать. — утрированно отвечаю. Пока отец не разразился очередной тирадой, продолжаю: — Тебе не следовало забрасывать теннис. Это помогло бы выпускать иногда пар. А для меня это было бы ещё одной возможностью сразиться с тобой, — бросаю немного льда в наш горячий разговор.

— К чёрту! Зачем я позвонил? — Повисло молчание, после чего отец вновь взорвался. — Не суй свой недоросший нос в мои дела. И не забывай, что во главе стаи нахожусь я, поэтому мои решения не оспариваются. Понятно? Занимайся лучше своими юбками.