В ночь, когда цветёт папоротник.

Глава 6. Найдёныш.

Оно вдруг осознало, что существует. Согласно инструкции по выживанию подало сигнал для себе подобных и принялось ждать. Никто не отозвался. Вокруг его буйствовал чужой мир. Вполне комфортный, но чужой. Ему стало нестерпимо одиноко. Одиноко и голодно. В последнем чувстве оно не было совсем уверено. Это странное чувство существо испытывало первый раз.

Между тем, окружающий мир нельзя было посчитать враждебным. Этот мир был к существу скорее равнодушен. А само существо пока ещё неуклюже передвигалось среди многообразия других местных форм жизни. Конечности покорно слушались его и уводили куда-то в сторону от непроходимых гиблых мест. Местные животные чуяли в нём чужака и близко не подходили. Существо и само всех опасалось. Контакт с чужеродными обитателями вряд ли мог стать приятным. К тому же чужестранец не любил яркого освещения и высокой температуры воздуха. Потом, уже в процессе осознания самого себя опытным путём, этот живой организм определил, что выгоднее прямохождение. Пару конечностей, что освобождалась при этом, можно было задействовать как-то иначе. Оно всё звало и звало себе подобных. Никто не отвечал. Существо пыталось вспомнить, откуда взялось и зачем появилось в данном мире.

А потом пришли другие. Они были громкие, бестолковые и очень бесцеремонные. А самое главное, они резко пахли отходами производства механической культуры. Старые знания сами всплыли на поверхность сознания. Их язык существо не понимало, но считывало зачатки эмоций. Убивать его явно не торопились, может, позже…

— Вася, смотри! Какой-то чудик под ёлкой сидит.

— Эй, дружище, ты заблудился?

— Тебе помощь нужна?

— Коля, смотри, он весь дрожит. Ночью холодно было, туман, да ещё и иней выпал.

— Вот бедняжка! Ты из какой деревни?

— Перестань человека мучить. Не видишь, плохо парню.

— Тащи его к трактору!

— Может, дачник? Одежда ненашенская.

— Начальство разберётся, наше дело маленькое.

С этими словами два мужичка среднего возраста подхватили с двух сторон «парнишку» и почти волоком утащили к механическому приспособлению. Существо было ещё очень слабым после спячки и беспомощным, чтобы противостоять чужакам. Насколько они были они разумными, не понятно. А там и вовсе случился кошмар — его уместили в уголочке железного чудища. Малоэффективный механизм взревел, словно дикий зверь и запрыгал по бездорожью. Существо обмякло. Потом местные аборигены, а это были они, таскали его по своим жилищам. Существо даже не могло сопротивляться. Оно было слабо и дезориентировано. Бежать? Куда бежать?

Как только его оставили в покое, существо снова попыталось подать сигнал сородичам. Но тщетно. На зов снова не последовало ответа. Существо явно было разумным. Оно было обучаемым. Мало того, быстро считывало информацию непосредственно с носителя. Оно стало различать сочетание звуков, которыми обозначили его персону аборигены. Трудный и непроизносимый набор звуков. Ещё бы понять, что они, эти звуки, могли обозначать. Шумы чужеродной жизни уже не так сильно коробили восприятие существа. Органы чувств медленно, но адаптировались к местным условиям.

А потом появилась она. Он учуял её своими самыми чуткими рецепторами. Самка? Вполне возможно. От неё исходил аромат ангела. Она притягивала к себе словно центр вселенной. Она пахла так сильно, так ароматно, что у него забивались от этого запаха все рецепторы. Оно не могло полноценно существовать без неё. Нет, не так. Рядом с ней он чувствовал себя истинным самцом.

Он по традиции подарил ей цветки с длинными белыми лепестками в знак того, что готов к спариванию. Он чувствовал себя открытым для отношений. А она невинная и пугливая. Она сама не знала, не ведала своего счастья. Её выбрал для спаривания, для воспроизводства потомства достойнейший экземпляр своей продвинутой технологической расы. Он ждал ответа на его предложение. Ждал и недоумевал, почему она медлит. Почему не идёт в его временное жилище и не танцует танец прощания с невинностью. Потом у них должен был начаться период многочисленного спаривания. Сладкий момент их жизни.

— Вот такими движениями скребком следует удалять с настила навоз. Навоз свежий и легко соскребается. Видишь, сам настил сделан из деревянных струганых досок? — доходчиво объяснял бригадир Ваньке Майскому его обязанности. Ну, а куда такого дурака ещё можно было поставить? С другой стороны, человеку надо как-то жить, чем-то денежки зарабатывать.

Существо только-только начало себя осознавать, как личностью, так и особью мужского направления. Ну рядом с ней неотразимой и единственной на всей планете с таким редким набором генов, он волей-неволей чувствовал себя самцом. Она была необыкновенная. Существо жаждало попробовать её крови. Натура у него была такая. С такими ароматами кровь девушки должна была быть по истине нектаром богов.

Вот он, Ванька Майский просочился в жилище девицы. Он станцевал перед ней танец весеннего бриза и прильнул к её тёплому трепещущему телу. Не сдержался. Ни в коем случае нельзя было так близко приближаться к самке, к её юному девичьему телу, как бы она ни нравилась. Она предстала пред самцом, как нераскрывшийся ещё цветок. Бутончик. И Ванька, он привык уже к этому звуковому сигналу, лизнул шею девушки кончиком языка. Это было, конечно, верхом наглости, но по-другому он не мог. Как бы он выяснил, готова ли самка к спариванию? Её кровь на вкус и ощущения подразумевала, что женская особь ещё не дозрела. Как так? Она реагирует на все его позывы. Правильно реагирует. А в тот момент, когда он вытащил самку из-под страшного лязгающего и движущегося механизма, ещё и пришёл миг озарения. Наступил долгожданный контакт. Контакт между двух почти несовместимых рас. Она его слышала. Она его понимала. И напротив, он видел, он слышал, он чувствовал её приближение. Его тянуло к ней. Остальные разумные организмы его не волновали. Ну, если только потом, для расширения кругозора.

Существо развивалось. Существо прогрессировало. Он видел, как в памятный вечер Риточка, у неё тоже имелось звуковое обозначение особи, прогуливалась у кустов сирени. Капелька крови, что выступила у неё на ладошке, когда шиповник царапнул девицу, перевернула всё его представление о текущем мире. Разум существа потерял контроль. Случилось нечто невообразимое. Он приник губами к капле крови. За этой каплей крови выдавилась другая капля. Он не понял, как так получилось, что божественный нектар её энергетики проник в его организм. Ещё, ещё, ещё… Пусть этот процесс длится вечно! Девушка повисла на его руках.