В ночь, когда цветёт папоротник.

Глава 12. Больше, чем человек.

Ванька Майский наслаждался ферамонами исходящими от Риточки. Он, как никогда раньше, ощущал себя полноценным настоящим человеком.

— «Ты красивая», — замигало у Риточки в голове алыми буквами.

— Только сегодня?

— «Всегда красивая».

— Это ты подарил мне платье? — вспомнила вдруг девушка вопрос, что мучил её всю неделю.

— «Я», — маякнуло яркой вспышкой в мозгу.

— Зачем?

— «Хотел сделать тебе приятное».

— Тебе удалось. Спасибо!

Незаметно темнота отступила. Сумерки перед восходом солнца рассеялись. Риточка опомнилась, вскочила со скамейки.

— Уже так поздно! Точнее рано… Мне пора домой!

— «Надеюсь, мы ещё увидимся?» — Ванька Майский галантно встал, взял девицу за руку.

— Ты собираешься куда-то уезжать?

— «Нет, не собираюсь. Просто хочу тебя увидеть».

— Может, завтра, то есть сегодня ближе к вечеру?

— «Не получится. Я завтра, то есть сегодня уже на смену пойду работать», — парень поднёс Риточкину ладошку к своим губам и нежно её поцеловал, едва прикоснувшись. Риточка вздрогнула. По всему телу разлилась непередаваемая нега. Риточка испугалась собственной реакции. Она выскользнула из рук Ваньки и вбежала в подъезд. Опрометью взбежала по ступенькам. Трясущимися руками отперла дверь в квартиру, зашла и захлопнула входную дверь. Прижалась к ней и замерла. Вот оно счастье! Счастье знать, что рядом живёт надёжный и очень добрый человек. Этот замечательный человек никогда не причинит ей вреда. Он всегда поддержит в трудную минуту. Всплеск адреналина затухал. Риточка медленно разделась, смыла небрежно косметику. Дошла до постели, зевнула и с улыбкой на устах задремала.

Ванька Майский тихо радовался удаче. Ну и собственной сообразительности, конечно. Он шагал по деревне, как человек, вернее поступью уверенного в себе человеческого самца. Вокруг в обозримой территории никого не наблюдалось, но менять форму тела существо не спешило. И оно вовсе не боялось быть замеченным. Нет. Человеческая форма Ваньки Майского хранила тепло девичьей души. Сущность инопланетная чуяла позитивное отношение Риточки к Ваньке Майскому. И это помогало формированию нового тела. Ещё немного времени и начнёт память восстанавливаться. Долгосрочная память живого организма пыталась проснуться.

Коля Бронзов, забытый не только Риточкой, но и друзьями-приятелями, выполз из-под раскидистого куста акации уже, когда совсем рассвело. Было непозволительно раннее утро. Солнышко сияло, нависая над лесом большим ярким апельсином. Б-р-р! Роса покрыла мокрыми капельками всю любимую футболку Николая. Его трясло от холода и ещё от чего-то непонятного. Голова раскалывалась от боли. Что за ёлы-палы? Совершенно трезвый весь вечер с бухгалтершей протанцевал. Это потом уже у пацанов взял и накатил капелюшечку водочки для храбрости. Объявил приятелям, что домой сегодня, то есть ночевать, не пойдёт. Будет с Ритулей-красатулей обжиматься. Парни ржали и подначивали:

— Ты там не опозорься!

— Покажи себя во всей красе!

— Парень опытный, сообразишь как надо.

Он и сообразил. Коля Бронзов вынырнул из-за угла сельского клуба и потопал к его входу. Поплясали ещё немного. Снова вышел покурить. Что-то его настораживало, не нравилось. Девица не прониклась серьёзностью момента. Парень свататься собирался! А она, она всё больше отстранялась. Коля считал себя видным человеком, даже красивым. И обаянием не обделён. Чего бухгалтерше не хватало? У самого крылечка Колю схватили железные ручищи и утащили в кусты. Парень не успел позвать на помощь. В его шею вцепились ледяные пальцы. Свет померк в глазах. Коля Бронзов шёл домой и про себя ругался. Выбирал выражения покрепче и позабористее. Ну её, эту бухгалтершу! Вообще, Ритка сумасбродная девица и не годится для семейной жизни. Кобелёвская ферма запускается. Туда девчонки новые понаехали. Надо будет с ними познакомиться.

А перед этими совсем незначительными событиями так называемый Ванька Майский маялся, придумывал, как привлечь к себе внимание самки Риточки. И в этом ему неожиданно поспособствовал совершенно непричастный ко всей этой истории человек. В общежитии в соседней комнате жил тракторист Слава, Вячеслав. Слава слыл в народе весельчаком. Он никогда не унывал, не привык он и пасовать перед трудностями. И вот этот Слава надумал отправиться в соседний посёлок. Он решил прошвырнуться по тамошним магазинчикам и прикупить своей невесте подарочек. Слава заметил грустного Ваньку, что торчал целыми днями в комнате. Бедный парень! Ещё и такой стресс пережил — потерялся в лесах. Пока по запросу родные и близкие парня не отозвались. Да ещё и немой к тому же. Слава надумал позвать с собой Ваньку. Они только что всем колхозом получили зарплату, и в кошельках и карманах денежки брякали.

— Поедем в посёлок, пошляемся по магазинам! — предложил Слава Ваньке Майскому. Видя, что тот не понял:

— У тебя девушка есть? — парень в ответ отрицательно помотал головой. Ну да, откуда?

— А девушка какая-нибудь нравится? — кивок согласия. Ну слава Богу! Хоть это он соображает!

— Я своей невесте еду за подарком. Поедем со мной за компанию. Купишь девушке что-нибудь. Она тебя заметит, а дальше уже дело техники.

Ванька внимательно слушал, вникал. Потом часто-часто согласно закивал. Сообразил наконец выгодность предложения.

Парни недолго собирались. Сели на рейсовый автобус и преодолели расстояние до посёлка в десять километров. Магазинчики с промышленными товарами располагались недалеко от автовокзала. Маленький такой вокзальчик с маленьким залом ожидания с несколькими скамейками и аккуратненькой каморочкой для кассира. Ване всё было в диковинку. Он всё рассматривал внимательно.

— Пошли уже! — заторопил Слава. Надо было всё успеть купить до следующего рейса. Он повёл Ваньку в магазин самообслуживания. Магазин недавно открылся и являлся гордостью села. Большие витрины, высокие белоснежные потолки, яркое освещение придавали зданию некоторую воздушность, сказочность. Всё, как в городе. И неизменные цветочки в клумбах у входа.