В Новый Год без изменщика

1.3

Ну да, у этого поселка есть еще один вход (или выход). И он выходит прямо к моей деревне. То есть я могла просто пройти насквозь? А он не сказал. Ну спасибо!

Парень идёт ко мне через снег, не торопится, будто знает, что я никуда не денусь. Но я разворачиваюсь. Резко, будто меня позвали из дома, и захлопываю за собой дверь, хотя в этом нет смысла — печка, если честно, не разгорелась, это просто повод. Бросаюсь к ней — и вижу, как угли вместо того чтобы краснеть, тонко дымились и угасли. Поленья чёрные, слипшиеся, от них идёт сырой запах. Я матерюсь так, как меня научили в универе, когда не засчитывали проект. Печка отвечает мне абсолютно равнодушно, а я начинаю кашлять.

Телефон снова оживает. Тот же рингтон дергает меня за невидимую ниточку в самый неприятный момент. Я хватаю трубку, почти шиплю:

— Что тебе надо?

— Тебе позвонить нельзя, что ли? — голос Антона мягкий, с легкой усмешкой, которую я когда-то так любила.

— Нельзя, — отвечаю. — А можно вообще забыть мой номер?

Он смеётся коротко, безрадостно:

— Ого, какая злость. Ты где вообще?

— На краю света. В месте, где тебя нет и лучше бы никогда не было. Всё, Антон. Не звони. Ни‑ко‑гда.

— Слушай, — начинает он, и я слышу, как на той стороне трубки хлопает дверь, как будто он ходит нервно по комнате. — Это всё какая‑то ошибка. Давай поговорим, ладно? Не делай выводов…

— Поздно. Твои поступки уже говорили за тебя. Всё. — Я сама не замечаю, как повышаю голос и начинаю посылать… Вот именно туда!

— Не кричи, а то вся округа узнает, — говорит вдруг голос за спиной. Я подскакиваю. Звонок на автомате отключаю и случайно выбрасываю телефон из руки на лавку, он скользит по дереву и останавливается экраном вниз.

Я оборачиваюсь — в проёме стоит он. Чёрта с два я слышала, как открылась дверь. Серьёзно? Он как, телепортируется?

— Ты… — у меня с трудом находятся слова, которое можно в приличном обществе произнести. — Ты чего здесь? Это моя территория!

Он смотрит по сторонам, оценивает комнату и улыбается в голос:

— Я понимаю, что это твоя территория. Но здесь такой забор, что и забираться не надо, честно. — Он показывает рукой на окно, где виден мой жалкий штакетник, который по пояс, и в нём дыра, в которую может пролезть не только человек, но и его гордость.

— То есть ты просто прошёл? — спрашиваю я холодно.

— Ага. — Он чуть приподнимает руки вверх, будто сдаётся. — Я пришёл познакомиться. И предложить помощь. Был уверен, что у тебя дым идёт в дом, и так и есть. Печка обиделась, кажется. И да, я слышал только последние слова. Впечатлился.

Я ставлю руки в бока, прислоняюсь бедром к столу, который сразу скрипит:

— Я справлюсь. С печкой. С дымом. С забором. Со своей территорией. И без твоих комментариев.

— Я заметил, — он кивает, и я вдруг понимаю, что смеётся глазами, а не ртом. — Деревенская девочка с городскими привычками. Извини, не удержался.

— Ещё раз назовёшь — выгоню так, что забор покажется стеной из бетона, — отвечаю.

Сердце всё ещё гремит после звонка Антона, и мне нужна мишень. Пожалуй, пусть этой мишенью будет он.

Парень тем временем снова переводит взгляд на печку и прикусывает губу.

— У тебя поддувало перекрыто почти до конца, и поленья сырые. Ты просто душишь огонь. Дай кислороду войти — и всё будет.

— Ты будешь учить меня разводить печку в моём доме?

— Нет. Я просто проговорил вслух то, что ты и сама знаешь. — Он делает шаг к печке, но останавливается, смотрит на меня, спрашивая глазами. Я не двигаюсь. Он опускает руки. — Окей. Тогда просто скажу: если что, я — Максим. Я живу в крайнем доме. — Он кивает туда, где снег за окном белеет снег. — Мы соседи, получается.

— Мне повезло, — сухо говорю я, но в голосе моём звенит лед. — Сосед‑туториал по печкам, проникший на «мою территорию».

— На самом деле я не проникал. Дверь была не заперта, — он чуть пожимает плечами. — И я слышал, как ты кашляла — я же не монстр, пришел помочь.

— Монстр — это тоже слишком лестно, — отрезаю. — На будущее: стучаться и ждать — несложные навыки. Даже для обитателей загородных крепостей.

— Принято, — он улыбается криво. — И, кстати, насчёт крепостей. Тут заборы правда ни к чёрту. Может, позже забью пару кольев. Если захочешь. Или дам молоток.

— У меня есть молоток, — говорю автоматически, хотя я понятия не имею, где он.

— Отлично. Если что — ты знаешь, где меня найти.

Он разворачивается и идёт к двери. На пороге притормаживает, смотрит на валяющийся телефон:

— Кто тебе звонил?

— Не твое дело!

— Согласен.

Дверь закрывается. Дом снова становится моим. С дымом и тишиной.