В няньки я (не) нанималась

2

Утренний звонок Громова застал Петрову в постели. Ну вот, а она так хотела поспать сегодня подольше. Как никак законный выходной. Мозг до последнего сопротивлялся, желая во что бы то ни стало доспать эти несчастные два-три часа, но руки на автомате потянулись к дребезжащему в тишине телефону. Привычка, выработанная с годами. А вдруг срочно на работу, а вдруг папе снова плохо, а вдруг племяннику в очередной раз нужна помощь... а вдруг, а вдруг, а вдруг.

«Слишком уж ты доча гиперответственна. Нельзя так жить. Вся в отца. Потому и сердце у него шалит то и дело» ... — вздыхала мама.

— Да, слушаю... — пробормотала сонная Рита в трубку и с досадой услышала надоевший Пашкин голос.

— Алло, Ритка, привет. Слушай тут такое... короче выручай!

Рита поморщилась. С этих слов начинался каждый Пашкин звонок. Затем он обычно рассказывал очередную душещипательную историю и умолял бывшую жену прийти ему на помощь. И каждый раз Рита клялась себе и ему, что больше никогда и ни разу, но...

— Что там у тебя опять? — буркнула она в ответ, протирая глаза.

Сон окончательно ушёл.

— Да у Машки начальник — зверь. Ну ты помнишь, конечно...

«Уж конечно помню, ага»...

— Так вот он все грозится ее уволить, если Машка возьмет еще хоть один отгул. А у нас путевка на день раньше отпуска и бабушка, как назло, в санатории и в общем...

— Ясно, — вздохнула Рита, уже понимая к чему он клонит.

Если бы Рита могла хоть на какое-то время попасть в прошлое, то обязательно выбрала бы две тысячи десятый год и ни за какие коврижки не пошла в тот клуб. И не встретила бы Рита будущего мужа Пашку и не промучилась бы с ним горьких пять лет. И хотя прошло уже шесть лет, как они благополучно развелись, Пашка, а теперь Павел Андреевич Громов, вовсю пользовался добротой бывшей жены.

Маша — новая жена Паши. А еще у счастливых молодоженов есть дочка Даша пяти лет отроду. В садик принципиальная Маша Дашу не отдавала до самых последних пор, пропустив все мыслимые очереди, но в какой-то момент вдруг решила, что настала пора ей срочно выходить на работу. Что уж там на самом деле сподвигло женщину так поступить, Рита не знала, да и не слишком интересно ей было, но факт остается фактом. Когда бабушка Даши не может сидеть с внучкой, посидеть с ребёнком припрягают Риту.

И мало того, что она не очень-то и имеет право держать в группе постороннего ребенка, так еще и характер у Даши такой, что волками воют вся малышня группы «Ромашка».

И можно было бы решить вопрос с садиком через заведующую, однако Маша принципиально не хочет каждый день возить ребенка через весь город. А вот напрягать бывшую своего мужа она как будто бы совсем и не против.

— Нет, Паш. Сегодня не могу.

— Ну, Рит... ну, пожалуйста.

— Не могу, Паш!

— Ну прям в последний раз... Правда-правда.

— Правда? - недоверчиво переспросила Марго.

— Клянусь!

Петрова сжала кулаки и сцепила зубы, чтобы не высказать бывшему мужу все, что давно накипело. Только из-за девочки она, будучи истинным воспитателем и просто хорошим человеком, согласилась скрепя сердце.

— Когда? — только и спросила Рита, имея ввиду день, в который ей привезут ребенка. Надо морально подготовиться к приезду Даши, попить чай с мелиссой и зверобоем, настойку пустырника, разбавленного валерианой.

— Сегодня! — радостно воскликнул Паша.

«Что?!»

— Как сегодня? Что значит сегодня? Сегодня я никак не могу. У меня уборка и передержка собак. Сегодня у меня законная суббота! Вряд ли Марии не дадут отгул, ведь сегодня выходной! — резонно возмутилась Рита.

Ну как возмутилась... попыталась отбрехаться от бремени как умела.

— Да, но... суббота у Машки теперь тоже рабочий день. И надо же такому случиться, что именно сегодня мама не вернется домой.

Наталья Ивановна - Пашкина мама и бывшая свекровь Риты, в своё время выпила немало её крови. Рита старалась лишний раз не поминать о старой ведьме всуе, и всякий раз как слышала ее имя, крестилась.

— С ней что-то случилось? — дрожащим голосом поинтересовалась Рита, рисуя в голове картины одну страшнее другой.

— Ну как сказать, — хмыкнул Громов, — Ты же знаешь мою маму. ... Она не смогла пройти мимо чужой беды и осталась на два дня подольше, чтобы помочь одной милой девушке, потерявшей документы. Мама же святой человек! Я всегда говорил…

На этих словах Рита чуть не подавилась, и чтобы не рассмеяться в голос, натужно закашлялась.

— Эй, ты там случаем не болеешь?

Честность — еще один порок Риты, и вместо того, чтобы притвориться больной и немощной, она вяло ответила, что абсолютно здорова.

— Фух... ну вот, я уже боялся, что придется все отменять. Спасибо, Ритуль, за мной не постоит!

Петрова покачала головой, но промолчала. Честно слово, лучше бы они с Пашкой расстались врагами!

Эх, как бы научиться отказывать? Вот говорят же, что тяжелое детство и сложные отношения с родителями взращивают неуверенную в себе личность. Такую как Рита. Но у нее-то было одно из лучших детств в мире, тогда откуда же взялся такой мягкий, податливый и безотказный характер? А?

«Дура ты, Ритка! — ругали ее подруги, — Но добрая...»

«Дура... — вздыхала Рита и вновь и вновь бросалась спасать окружающих в ущерб себе».

— Ну так что, Рит, везу я Дашку-то?

— Вези уж, — вздохнула Петрова и медленно поднялась с постели.

— Ну и отлично! — радостно воскликнул бывший. — А мы, кстати, уже у твоей двери стоим. Как знал, что не откажешь!