В няньки я (не) нанималась

6

Пицца оказалась прогорклой, и Рита пожалела, что накормила чужого детёныша этим невкусным куском теста с колбасой и сыром.

— Ей богу, лучше бы картошки нажарила, — ворчала Рита, старательно пережёвывая останки пиццы в надежде хотя бы наесться.

Вся беда в том, что Рита совершенно не умела готовить. Да, в свои почти тридцать, и да, будучи когда-то замужем. Ну не умела она, не дано ей, не научили в детстве. А теперь уже и учиться не очень хотелось.

Когда Рита была маленькой, готовил в их семье исключительно папа или дядя Валера, мамин двоюродный брат. Потом папа ушел в бизнес и все чаще еду стали заказывать из кафе да ресторанов. И только когда из деревни Тутуево приезжал дядя Валера Волобуев, а для родных и близких просто Батя, в доме воцарялся настоящий праздник. Батя обыкновенно привозил с собой килограммов сорок поросенка, десятков пять-шесть яиц, три трехлитровые коровьего и пять банок козьего молока, шмат сала с чесночком, несколько банок варенья и свежих фруктов-овощей-зелени, пучки сушеных трав и много чего еще...

Батя, будучи бывшим прапором, хотя по его заверениям бывших прапоров не бывает, жил в старом деревянном доме с печным отоплением на окраине села, держал большой двор со скотиной и сорок соток земли. По традиции каждый год в мае они всей семьёй дружно ехали сажать картошку, а в сентябре так же дружно выкапывали ее. Правда мама с папой в последнее время немного сдали и вот уже два года, прикрываясь проблемами со здоровьем от картошки отлынивали. Но от шашлычка отказывались редко, на шашлычок здоровье родительское еще годилось. И то хорошо.

В общем в семье Петровых-Волобуевых готовили исключительно мужчины, а женщины имели привычку есть да нахваливать.

Когда Рита вышла замуж за Громова, вопрос с готовкой остро не вставал. Семья была молода и весела. В перерывах между постелью и посиделками с друзьями перебивались редкими перекусами в столовых, кафе и ресторанах. Жили весело, гуляли как в последний раз да на широкую ногу, нимало не заботясь о завтрашнем дне. Когда юношеский задор слегка поутих оказалось вдруг, что Рита не умеет готовить, а Павел иногда хочет вкусно поесть. Муж стал все чаще оставаться у мамы, а потом и вовсе завел себе новую подругу. Понятное дело, что дама оказалась настоящей кулинарной дивой и проложила дорогу к Паше через его желудок. Все по мужской настольной библии — домострою.

Для Риты же Паша тоже оказался вдруг не принцем на коне, а всего лишь обычным раздолбаем и повесой. Не мог Пашка ни на одной работе дольше месяца-двух задерживаться, ни о будущем задумываться. В общем отпустила Рита мужа почти со спокойной душой, хоть и осталась на него обида женская, потаённая. И если б не мягкотелость Риткина, давно бы Громов путь-дорогу к ее дому навсегда забыл.

Когда Марго в одиночестве зажила, в подаренной родителями двушке, худо-бедно стала учиться готовить хоть что-то, чтобы не протянуть ноги с голоду. Но единственное, что у нее хорошо выходило — так это картошечка. Золотистая, да с корочкой, да хрустящая. А больше ничего не получалось. Что бы Рита не жарила, все сгорало, подгорало или наоборот не прожаривалось. Что варилось — то разваривалось, а что парилось, то и вовсе есть невозможно было. Кое-как, худо-бедно питалась Марго, перебиваясь макаронами да сосисками, пельменями да варениками. То в магазине покупала уже готовые, а то от папы целый пакет домой несла, чтобы в морозилку спрятать.

И вот теперь смотрела она на ребятенка с голодными и грустными глазами и гадала, чем бы его еще накормить.

— Ну так что, Егорушка, может еще чего-нибудь съешь?

Егорушка опасливо покосился на воспитательницу и покачал головой.

— А когда папа придет? — Вдруг спросил он, — я спать хочу.

Рита прикусила губу. Как бы объяснить ребенку, что она и сама была бы рада знать когда придет папа, да только вот тот что-то не слишком спешит.

— Папа очень занят, наверное. Так что ты пока посидишь у меня, подождёшь его здесь. А хочешь спать ляжешь?

Егор обиженно засопел. Видно было, что это приключение перестало ему нравиться.

— Я домой хочу. Там Витя один. Он есть хочет, я знаю. Он маленький еще, и сидит там совсем один... — захныкал Егор.

Маргарита побледнела. Это что же получается? У Астахова дома остался один ребенок? Маленький Витя? Ой мамочки... надо срочно вызывать полицию.

— И сколько Вите лет?

Егор засмеялся.

— Вы что? Ему еще всего полгодика. Я же говорю, Витя маленький.

Рита еще больше побледнела, не зная, что предпринять в первую очередь. Бросилась обуваться, по пути набрала номер Пуделя.

— Вы понимаете, нет, это вообще за гранью! У Астахова дома маленький ребенок один. Совсем один. Вы знали, что у Егора есть брат?

— Какой брат? Маргарита Вячеславовна, вы о чем?

— От том самом! Оказывается, у Егора Астахова дома остался маленький брат и он совсем один. Ему всего полгода. Вы понимаете?

— Батюшки мои! И что же делать?

— Я... я не знаю. Я же говорила, в полицию надо...

— Господи помилуй! Ну я не знаю... может быть вначале домой все-таки?

Петрова всплеснула руками.

— Да какой домой! Были мы там уже, были.

— Так съездите еще раз!

— Ну уж нет! Одна я не поеду. Или вы едете со мной, или я прямо сейчас бегу в полицию!

— Хорошо... — недовольно процедила Надежда Витальевна, — Я заеду за вами.

— Будьте так добры... — в тон ей ответила Рита и тяжело опустилась на пуф.

Судьба маленького Вити теперь в ее руках. И она во что бы то ни стало должна его спасти!

Мои милые и дорогие читатели!
Заметила, что многих из вас беспокоит характер моей героини - слишком мягкий, покладистый и бесхребетный. Надеюсь все вы понимаете, что иногда сюжеты романов построены на росте главного героя. То есть помимо любовной и юмористической линий красной строкой проходит становление героя, его личностный рост.
В процессе приключений героиня будет меняться, становиться сильнее, научится говорить "нет" там где это надо и вообще все будет хэппи-энд!
Приятного чтения!

П.С: о более дерзких и крутых нравом героинях вы можете прочитать в других моих книгах.