В объятиях грозы

Глава 1

- Откуда ты вообще взялась? Мне бы в голову не пришло трахаться с незнакомой бабой, да еще подобранной на трассе.
- А мне – с мужиком, у которого в машине детское кресло. Какого черта?
***
Они встретились в тот момент, когда у обоих все было плохо. Так плохо, что хуже не придумаешь. Если бы не ливень, он бы проехал мимо. А она – ни за что не села бы в его машину. Их страсть была как удар молнии.
А вот потом все стало очень сложно…

Марго

Секс – это на редкость некрасиво!

Все эти хлюпающие звуки, чмоканье влажной кожи, выпученные или зажмуренные глаза, хриплое рваное дыхание, дерганые возвратно-поступательные движения… Когда занимаешься им, об этом не думаешь. Даже когда смотришь порно, потому что там все подано так, чтобы подстегнуть либидо. А вот если наблюдаешь, как твой без пяти минут муж трахает раскоряченную на столе девку, понимаешь, насколько это неэстетично. Будто подглядываешь за двумя собаками.

Девка полулежала, опираясь на локти, с задранной до груди юбкой и тихонько повизгивала. Володька пристроился между ее разведенных на манер цыпленка табака ног и старательно работал корпусом. Голая задница инфернально отливала то малиновым, то бирюзовым, ритмично ловя отблески садовых светильников. Оба были так пьяны и так увлечены процессом, что не замечали ничего вокруг. И никого. Например, меня – застывшую в двух шагах от беседки.

Впрочем, я тоже была не слишком трезва. Иначе не стояла бы вот так – пялясь на них и размышляя, насколько кринжово и жалко выглядит мужик со спущенными штанами. И не просто так со спущенными, а тайком трахающий чужую бабу.

Где-то далеко проворчал гром: к ночи обещали грозу, весь день сильно парило. Девка открыла глаза – и увидела меня. И проблеяла испуганно:

- Ва-ва-валодь…

Тот обернулся через плечо и замер. Прямо так – с воткнутым в нее хреном. С выражением кота, нассавшего в тапки и пойманного на месте преступления.

- Рита?

Лучше молчи, образина. Что ты можешь сказать? «Это не то, что ты подумала»? Да, лучше молчи. Потому что еще одно слово, и я запущу в вас вот этим садовым гномом. А он, сцуко, увесистый. И плевать, что будет потом.

Но Володька благоразумно молчал. Его подстилка тоже. Я не стала дожидаться, пока он вытащит свое хозяйство, развернулась и пошла к крыльцу.

- Рита, где Володя? – спросил Никита, хозяин дома, к которому мы приехали на день рождения.

- В беседке, - почти весело ответила я. – Дерет какую-то блядь.

Только сказав это, я сообразила, что означенная блядь – его жена Марина. И добавила:

- Извини, что так грубо о твоей жене.

И правда, Ник, извини. Мне очень жаль, что твоя половина подарила тебе на днюху рога, да еще с твоим же другом. Но покрывать это скотство не намерена. Потому что мне точно так же больно и мерзко. А когда протрезвею, будет еще больнее.

Поднявшись в комнату, которую нам отвели для ночевки, я взяла сумку и снова спустилась. Со стороны беседки долетал крепкий мат и женский визг.

- Эй, что там? – спросил кто-то, выглянув из окна.

- Праздник без драки – водка на ветер, - ответила я и пошла к воротам.

Так… такси. Ни одной свободной машины в радиусе досягаемости. Кто бы сомневался! Но обратно я возвращаться не собиралась. Ни за какие коврижки. Лучше пешком до города. Хотя зачем же до города и зачем пешком?

Интернет доверительно сообщил, что ближайшая железнодорожная станция в десяти километрах. Автобусная остановка ближе, всего в двух. Вот только автобусы уже не ходят. Первый – в половине седьмого утра.

Наверно, будь я потрезвее, вспомнила бы, что такси можно вызвать не только через приложение, но и по телефону. Ну да, получилось бы дороже и пришлось бы ждать, но тут уж не до жиру. Однако бешенство, подогретое алкоголем до точки кипения, полностью выключило мой мозг. Я решила пройти эти несчастные два километра до шоссе и повторить попытку там.

Лишь бы только до дождя успеть. Рокотало уже ближе и громче.

Коттеджный поселок, где жили Никита с Мариной, находился не так уж далеко от города, но в отдалении от крупных автомагистралей. Тоже плюс – меньше пробок по дороге. Но сейчас он обернулся для меня жирным минусом. Я шла и без конца обновляла прилогу, но та по-прежнему показывала мне козью морду.

Нет машин, девушка. Умойтесь.

Мне и правда грозило основательно умыться – грозой. Как будто не умыло уже Володькиной изменой. Картинка снова всплыла перед глазами, и я завыла, как волк на луну. Все равно никто не слышит. А потом начала ругаться, припоминая все возможные накаты и загибы. Когда-то бабушка за слово «сука» обещала помыть язык с мылом. Интересно, что бы она сказала сейчас, услышав?