В объятиях лотоса. Книга 3. Одной дорогой

Глава 1. В тисках хризантемы

Пять лет странствий отделяли его от последнего визита в отчий дом. Когда скрипнула знакомая дверь, а в ответ не раздалось ни звука, Кириан замер на пороге, ощущая, как в груди сжимается холодный ком.

Он бросил дорожную сумку в угол с глухим стуком, и звук этот странно гулко разнесся по пустому дому. Где Эвандер? Что случилось за эти годы? В голове тут же всплыли тревожные догадки, но он постарался отогнать их. Его отец крепкий мужчина, даже королю не удалось сломить его.

Вода в печи оказалась еще теплой, кто-то явно поддерживал дом в жилом состоянии, так что мужчина позволил себе отпустить тревогу. Кириан наполнил дубовую бочку, и пар поднялся в воздух, смешиваясь с солнечными лучами, проникающими через маленькое окошко. Скинув с себя потрепанную дорожную одежду, он погрузился в воду с тихим стоном облегчения.

Тепло обволакивало уставшее тело. Закинув руки за голову, он откинулся назад, чувствуя, как напряженные мышцы наконец расслабляются.

Полотенце скользнуло по влажной коже, оставляя за собой следы пены. Кириан начал неторопливо вытираться, ощущая под пальцами изменения, которые принесли годы странствий. Он медленно прошелся по широким плечам, затем двинулся вниз по рукам, где рельефные мышцы четко проступали под кожей, напоминая переплетенные стальные тросы. Его тело было выковано сотнями сражений.

Когда полотенце опустилось к животу, мыльные струйки побежали вниз по каменному рельефу пресса, словно весенние ручьи по выветренным скалам. Его тело действительно преобразилось, где-то незаметно, между ночевками у дорожных костров и утренними тренировками на рассвете.

Черты лица, когда-то сохранявшие юношескую мягкость, теперь заострились. Скулы стали рельефнее, а линия подбородка тверже. Немного другое лицо, но все такое же красивое.

Он действительно вырос не только в росте. Там, где раньше была юношеская стройность, теперь читалась мощь, его широкая грудная клетка и торс были способны выдержать любые удары судьбы.

Насухо вытерев тело, Кириан небрежно накинул полотенце на бедра и босыми ногами прошел по холодному деревянному полу в свою старую комнату. После омовения ему претила сама мысль снова облачаться в пыльную дорожную одежду.

В шкафу, среди его скромного гардероба сразу бросилось в глаза красное парчовое одеяние – то самое, в котором он когда-то блистал на дворцовом приеме. Пальцы сами потянулись к дорогой ткани, и перед глазами всплыли образы того вечера: мерцающие огни сотен свечей, переливы шелков и бархата, восхищенные взгляды придворных. Даже сквозь мрак последующих событий эти воспоминания сохранили тепло, тот редкий миг, когда он чувствовал себя человеком, достойным восхищения. Кириан никогда не был так горд собой, как тогда.

Он отчетливо вспомнил, как Винделия, укрывшись с ним в тени колонн, шептала о своих надеждах, а его собственное сердце тогда билось в унисон ее словам, полное юношеских амбиций. А еще…всплыло другое воспоминание, как он сам подбирал наряд для Вельгары, и как тот идеально подчеркивал каждую линию ее стройной фигуры...

Резко встряхнув головой, словно пес, сбрасывающий воду, Кириан разметал капли по комнате. Длинные, до поясницы, волосы – еще одно свидетельство лет, проведенных в странствиях – хлестнули по спине.

Перебрав гардероб, он с досадой обнаружил, что большинство вещей теперь ему малы. Белая рубашка хоть и налезла, но жала в плечах, обнажая запястья, туника едва закрывала ягодицы, а штаны превратились в нелепые бриджи, заканчивающиеся на середине икр.

— Черт, — сквозь зубы выругался он, разглядывая свое отражение.

После недолгих поисков Кириан отыскал широкий пояс с длинными декоративными подвесками, которые хотя бы отчасти маскировали несоответствие размера. Высокие сапоги и вовсе спасли положение, скрывая голени.

Да, наряд выглядел несколько эксцентрично, но это определенно было лучше, чем разгуливать по дому, а тем более по улицам в одном лишь полотенце. В последний раз повертевшись перед зеркалом, Кириан не смог сдержать усмешки при виде своего отражения.

— Ну хоть не голый, — пробормотал он, поправляя слишком короткие рукава.

Решение посетить портного созрело мгновенно.

После долгих лет странствий за пределами Эндоса, где приходилось довольствоваться грубой дорожной одеждой, вечно рвущейся в первых же стычках, возможность обзавестись по-настоящему качественными вещами казалась роскошью. Здесь, в столице, ткани были другого уровня, прочные, но удобные, способные выдержать бой и при этом выглядеть достойно.

Ладонью, озаренной мягким золотистым свечением, Кириан провел по своим длинным волосам. Теплый поток воздуха бережно высушил прядь за прядью, наполняя комнату ароматом нагретого дерева и трав.

Раньше он много размышлял о своей огненной природе, и события, связанные с Сареном, стали для него откровением. Он вспомнил, как на первом курсе случайно спалил древний свиток, и какой жестокой была расплата. Тогда он считал это просто несчастным случаем. Но теперь, оглядываясь назад, понимал, уже тогда в нем пробуждалась огненная стихия, унаследованная по крови.

После битвы с Сареном и признания Лиретты все встало на свои места. Стихийная магия – это дар, передаваемый в Ордене Кодекс из поколения в поколение вместе с духовной силой. И пламя, что плясало на пальцах Сарена, было того же рода, что и случайная вспышка, за которую Кириан когда-то получил наказание.