В объятиях мажора. Любовь под запретом

Глава 13

Чем ближе голоса, тем больше я пугаюсь. Попробуй одного Арсика выдержать, а тут сейчас окажется таких, как он, целое толпище!

В кустах особо не рассмотреть, я высовываю осторожно голову. Вижу нескольких парней, они остановились. Смеются, болтают. Весело им, а мне вот тревожно. Если сейчас сюда придут, то я вообще тогда до ночи застряну в кустах. Надо выбираться…

И я осторожно ползу под кустом, выглядываю, вроде бы отвернулись. К ним подходят еще несколько парней и даже девушки на горизонте появляются. Ладно, некогда рассматривать. Прикинусь кошкой, будущей подружкой Барса, и на мягких лапах сбегу от стада подальше, к своему гнездышку принцессы поближе.

Получается незаметно пробраться за дом. Спасибо помощнице по хозяйству, она сегодня убирала и оставила дверь на террасе открытой. Быстро ныряю туда, и бегу через три ступеньки, будто за мной гонится толпа с кинжалами и Арсик с мечом во главе.

— И что мне делать? Я одна, а их целая сотня! — жалуюсь в чате друзьям.

Ну, конечно, я не стала трястись в одиночестве. Слезно попросила Сашку и Матвея выйти на связь, пока их подруга живая. Кто его знает, сколько мне остается.

— Так уж и сотня? Ты считала их, что ли? — удивляется Сашка, сооружая себе на кухне бутерброд.

— Нет, но ржут они так громко, будто прибыл целый полк! Еще и гламурных девушек приволокли, чтобы развлекаться. Видела парочку, на моделей похожи.

— Что сейчас делают? — любопытствует Матвей.

— Ножи точат для блюда по имени Малика, — смеется подруга.

— Не смешно! Тебе бы сюда, — огрызаюсь в ответ. — Подождите, — к окну подхожу, — они заняли все лежаки, раздеваются. Обалдеть!

— Что там?

— Говори быстрей?

— Да нет, ничего, — осторожно выглядываю. — Парней не сотня, но все равно много и все такие красивые гады, здоровенные, высоченные, ноги метровые… Тьфу ты! Опять Арсений во всей красе стоит в плавках, а возле него какая-то брюнеточка, лапает мажора за бицепсы.

— Значит, есть за что лапать, — хихикает Сашка.

Подружка у меня вообще такая с огоньком, что называется.

— Вот только это и есть у него, — не спорю, вблизи даже посчастливилось увидеть скульптурное тренированное тело злого красавчика. — А больше ничего у него из полезного. Ни совести, ни доброты, ни ума.

Матвей энергично кивает, соглашаясь со мной.

— Я слышал, что футболистам этого не надо. Лишь бы по мячу попадать и красиво скалиться потом на камеру для фанатов. У них даже чувств нет никаких, не говоря об адекватности и человечности. Все им отбили на поле мячом. Совсем тупые. Отмороженные полностью!

Надо же, я как-то не связывала. Получается, Арсик того… совсем безнадежный. Сочувствую его отцу, единственный сын, и так не повезло.

— Матвей, ну ты где это вычитал? Если тупые, как тогда в универ поступили? — Сашка вот сомневается.

— За деньги! Как же еще! — не отступает от своей версии друг.

Опять переживаю с новой силой. Вижу, как Арсений показывает двум мужчинам в белых костюмах поваров, куда нести продукты и стол накрывать. Со стороны беседки понесло ароматом жареного мяса из барбекю. Слюнки потекли, кушать захотелось. Вот засада. У меня же с собой нет ничего, даже питьевая вода закончилась в бутылке.

— С футболистами понятно, случай тяжелый. А мне что делать? Закрыться и тихонечко сидеть?

— Нет, скинь им что-нибудь тяжелое на голову, — предлагает Матвей на полном серьезе.

— Если хочешь от меня избавиться, так и скажи!

Выдумал, тоже мне. Прибьют ведь длинноногие демоны.

— Просто выйди и все. Ну, Мали, не будь как маленькая. В конце концов, ты там тоже живешь. Имеешь полное право!

— Эх, Саша, ты, наверное, меня ненавидишь, — грустно вздыхаю. — Ладно, отбой. Почитаю что-нибудь на голодный желудок. Зато буду знать на будущее, что надо едой запастись.

— Нет, ничего не читай. Выходи! — подруга не отстает.

— И как ты себе это представляешь?

— Мажор точно рассказал о тебе дружкам, и будет только рад, что ты боишься и нос не показываешь. Вот и покажи, что не трусиха! Когда еще сможешь заявить о себе?

И, правда, когда? У меня нет сейчас другого дома.

— Обязательно держи при себе телефон с включенной связью с нами. Вдруг что, мы быстро спасем, — вдруг и Матвей подключается к сумасшедшей идее, хотя он из нас троих более спокойный. Это в парке его тогда переклинило.

— Только я выключу звук на вас, чтобы не выдать свою группу поддержки.

Решаюсь.

Если и выходить мне, то не из кустов. Вот из дома, да. Где хочу, там хожу, что мне какой-то там Арсик. Он точно беситься начнет, да и не приглашали меня на вечеринку. Представила злого сыночка маминого жениха с перекошенным от гнева лицом… Ох, как стало приятно. Прямо цветы расцвели на душе и запорхали разноцветные бабочки.

Если злить наглого парня, то кому, как не мне? Это после всего-то, как он ко мне относился?!

Еще немножко наблюдаю за собранием. Пытаюсь настроиться. Страшно. А не пойду, друзья засмеют, и Арсений при встрече обязательно что-то колкое выдаст. Он говорит мало, но так остро, метко, подчеркивая статус, кто великолепный Он, а кто, ничтожная я.

Переодеваюсь в платье. Есть у меня одно ничего так, синенькое, до середины бедра. Мама заставила купить. Я же больше в спортивках бегаю, но мама меня хочет видеть девочкой. Завязываю волосы в хвост. Подкрашиваю глаза для уверенности. Там, поди, девочки футболистов себе цены не сложат. Расфуфыренные курицы.

Спускаясь, с каждой ступенькой мое желание вернуться в тихое гнездышко принцессы растет. И я даже передумываю выходить. Пусть буду трусихой, к тому же останусь голодной.

Внизу раздается топот и голоса парней. Присаживаюсь на ступеньку и слушаю:

— И где это твое недоразумение? — спрашивает один из них, голос не знакомый.

— Спряталась в норку, — отвечает весело Арсик. — Да ну ее, пусть сидит, не будем девчонку пугать.

— Что? Даже не покажешь?