В объятиях повелителя пустыни

Глава 7

Солнце начинало клониться к закату, окрашивая белый мрамор сада в золотистые и розовые тона. Воздух стал чуть прохладнее, но Изабеллу била мелкая дрожь не от холода. Слова Карима висели между ней и Рашидом, невидимой, но непреодолимой стеной. «Каждую розу здесь охраняют невидимые шипы». Это была не метафора. Это была инструкция по эксплуатации её заточения.

— Мисс Ванс? — голос Рашида вернул её к реальности. Он стоял в нескольких шагах, его поза была расслабленной, но глаза, скрытые за тёмными очками, наверняка ничего не пропускали. — Пожелаете продолжить прогулку или вернуться в покои?

В его тоне не было ни угрозы, ни подобострастия. Только безупречный нейтралитет служащего, выполняющего свою работу.

«Вернуться в ту комнату? Сейчас? С этим чувством полного поражения?» — мысль была невыносимой.

— Я... я пройдусь ещё, — выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Она повернулась и пошла по другой дорожке, ведущей вглубь сада, под тень платанов и оливковых деревьев. Рашид последовал за ней, соблюдая неизменную дистанцию.

Её мозг лихорадочно работал. Калитка ловушка, камеры повсюду. Охранник, который не спускает с неё глаз. Побег? Сейчас это казалось невозможным. Но сдаваться она не собиралась. Если нельзя бежать, нужно собирать информацию. Каждую мелочь, каждую деталь.

Она замедлила шаг, делая вид, что рассматривает цветы, а на самом деле изучая систему полива — тонкие шланги, почти невидимые в траве. Возможно, их можно повредить, создать помехи, отвлечь внимание? Она заметила паттерны в движении охраны — смены каждые два часа, маршруты, места с плохим обзором камер.

Она шла, погружённая в свои мысли, и почти не заметила, как дорожка вывела её к небольшому, уединённому павильону у ещё одного фонтана. И тут она услышала голоса. Тихие, но полные эмоций. Мужской, низкий и напряжённый, и женский, сдержанный, но твёрдый.

— ...это безрассудство, Карим! Держать её здесь, под самым носом! — это был мужской голос, который она не узнавала. В нём звучали раздражение и тревога.

Изабелла замерла за стволом широкой оливы, сердце заколотилось. Рашид, видя, что она остановилась, тоже замер в отдалении, его лицо оставалось невозмутимым, но она почуяла в его позе лёгкое напряжение.

— Решение принято, Тарик, — это был голос Карима. Спокойный, но с тем сальным подтоном, который она уже начала узнавать. — И оно не подлежит обсуждению.

— Не подлежит? — голос по имени Тарик взвился. — Когда речь идёт о безопасности нашей семьи? Твоей семьи! Она шпионка! Все её «разоблачения» могли обрушить наши рынки! А ты устраиваешь ей экскурсию по саду!

— Она не шпионка. Она неопытная идеалистка, которая полезла не в своё дело, — холодно парировал Карим. — И её присутствие здесь наименьшее из зол. Я держу угрозу в поле зрения. А не жду, когда она ударит в спину из тени.

— Ты держишь её здесь, потому что она тебе интересна! — выпалил Тарик, и в его голосе прозвучала откровенная злоба. — Я видел, как ты на неё смотришь! Это ослепляет тебя, брат! Она ведьмина дочь, она...

— Довольно! — голос Карима прогремел, как удар хлыста, заставив Изабеллу невольно вздрогнуть. Власть в нём проснулась мгновенно, сокрушительно. Наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь журчанием воды. — Ты переходишь черту, Тарик. Ты подвергаешь сомнению не моё решение, а мой разум и мою власть.

Последовала тяжёлая пауза.

— Я... я не это имел в виду, Карим, — голос Тарика сдулся, в нём послышалась подобострастная нотка страха. — Я просто беспокоюсь за тебя и за Камиля.

— Твоё беспокойство необоснованно, — отрезал Карим, и его голос снова стал ледяным и неоспоримым. — Но моё решение окончательно. Она остаётся. И если с ней что-то случится, если она «случайно» пострадает, я буду считать лично тебя ответственным за это. Понятно?

Ответа Изабелла не услышала, только тихий, поспешный шепот. Потом шаги — тяжёлые, удаляющиеся. Она прижалась к шершавой коре дерева, пытаясь слиться с тенью, перевести дух. Она только что подслушала разговор, который не предназначался для её ушей. И узнала, что у неё появился враг. Брат шейха по имени Тарик.

И что... шейх защищал её. Не просто содержал под стражей, а активно защищал от кого-то из своих же.

Это открытие было ошеломляющим. Оно не укладывалось в образ холодного тирана.

Она медленно вышла из-за дерева, стараясь выглядеть так, будто только что подошла. Карим стоял у фонтана, спиной к ней, его плечи были напряжены. Он услышал её шаги и обернулся. Его лицо было гладкой, непроницаемой маской, но в глазах, на миг встретившихся с её взглядом, она увидела остатки гнева и... усталости. Бесконечную, глубокую усталость.

— Мисс Ванс, — произнёс он, и его голос был ровным, будто ничего и не произошло. — Вы нашли самые красивые уголки моего сада.

— Я... я просто шла, куда глаза глядят, — соврала она, чувствуя, как краснеет.

Он посмотрел на неё, и его взгляд стал пристальным, изучающим. Казалось, он пытается понять, слышала ли она что-то.

— Глаза часто ведут нас туда, где нас ждут самые важные открытия, — сказал он загадочно. — И самые большие опасности.

Он подошёл к ней, и теперь они стояли совсем близко. Запах его парфюма, смешанный с ароматом цветов, ударил ей в голову.

— Надеюсь, ваша прогулка была... познавательной? — спросил он, и в его тоне снова зазвучал тот же скрытый намёк, что и у парапета.

Изабелла собрала всю свою храбрость. Подслушанный разговор придал ей странной смелости.

— Очень, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — Я узнала, что у вашего прекрасного сада есть не только шипы, но и... садовники, которые не согласны с методами главного цветовода.

На его губах дрогнула тень улыбки. Быстрой, почти невидимой.

— У каждого сада есть сорняки, мисс Ванс, — тихо ответил он. — И с ними тоже нужно уметь работать. Иначе они заглушат всё вокруг.

Он протянул руку и сорвал с куста рядом с ними прекрасную белую розу. Длинный, острый шип впился ему в палец, на коже выступила капля крови, но он не дрогнул.