В объятиях злого рока

Глава 5. Фараон и дом, которые преследуют цель

Он накрыл мои губы сказочным поцелуем, заставляя прогибаться в спине. От поцелуя вело голову. Тьма вокруг кипела, как вода в чайнике, феерично кружилась и расцветала немыслимо красивыми фейерверками.

На самом деле у меня от одних его объятий такие галлюцинации случаются. Наверное, побочный эффект в результате слияния наших ментальных лабораторий.

Дайте-ка объясню. Чтобы установить контакт с Мирой, нам с ней всего-то и нужно, что взяться за руки. С мистером Лесом этот трюк не работает. Ему надо непременно меня обнять. И тогда у него в свободном доступе оказывается целый арсенал немытых колб и пробирок, перегонный куб, пароводяной котел и мой неотёсанный талант в придачу.

Но на данный момент Тай Фуну понадобилась не лаборатория. Ему понадобилась я. Это не могло не льстить.

Мы целовались в пыльном чулане с неистовой страстью, решительно послав все опасения к спрутовой бабушке. И не знаю, сколько бы продолжалось наше безрассудное блаженство, если бы не нагрянула Мира. Она вошла без стука, и нас из мрака выхватил прямоугольник предательского света.

– Упс! – сказала Мира. В этом её «упс» было слишком много крамольного подтекста.

Мы с Тай Фуном синхронно отпрянули друг от друга. Ну точно на краже какой пойманы. А Мира, как ни в чём не бывало, невинным голоском сообщила, что дело сделано.

– Поясни, – попросил Тай Фун, делая попытки отдышаться.

– Месяц исправительных работ в условиях строгого режима. – Мира прищурилась и задрала подбородок, силясь передать дословно. – Да, кажется, так. И нас не отчислят. Ректор пообещал, что сдерёт с нас шкуру, – добавила она погодя. – А что значит «содрать шкуру»?

Ну да, для сущности из межпространства, которая мало повидала на своем веку, всё ещё приходилось расшифровывать некоторые речевые обороты.

– То и значит, – понуро отозвалась я. – Кранты нам. Каюк. Капут.

Пусть на меня свалится дирижабль, если подколодную змеюку (то есть дочь министра) устроила подобная компенсация. Почему она не настояла на отчислении — вот где загадка. Неужели задумала отыграться в индивидуальном порядке? Скорее всего. Причем, надо полагать, с особой изощрённостью.

Итак, подведём промежуточные итоги. В первый же день своей новой жизни я была низведена до уровня поломойки и вдобавок нажила врага. Очень мстительного врага из влиятельного семейства.

Влипла — так влипла.

***

… – Ага! Вот вы где! – Мой забег по коридору академии нагло прервали. Знать бы ещё, кто именно.

Как там обычно описывают харизматичных злодеев? Волевой подбородок, трёхдневная щетина, лихо зачёсанные назад волосы, золотой зуб и безупречный костюм с иголочки. У незнакомца, который меня подхватил, удержав от падения по его же вине, имелось всё из списка, за вычетом золотого зуба.

– Какие люди! – восхищенно молвил он. – Не вы ли, часом, задали на банкете жару этой выскочке, Мелинде Крокс?

– Наверное, да, – растерялась я. – А вы кто?

Незнакомец наконец-то придал мне вертикальное положение и аккуратно прислонил меня к стеночке, словно я ваза хрустальная и вот-вот разобьюсь.

– Фараон, – напыщенно изрёк мужчина, спрятав руку за бортом белого пиджака.

– Это бабочка такая? – полюбопытствовала я.

– Нет, – скривился тот и не без иронии растолковал: – Это властный правитель древнего чего-то там. В общем, кто-то ужасно великий и могущественный.

– И наполовину голый, – рассмеялась я, припомнив старинные фрески на картинках в учебнике истории.

– Да ладно вам! – шутливо отмахнулся Фараон. – Просто ему было жарко. Да и мне что-то… – добавил он, опалив меня двусмысленным взглядом. – Это вы на меня так действуете. Точно!

Ну вот, не успели толком знакомство завязать, а он уже клеится. Где-то здесь подвох.

Подвох крылся. Тщательно так крылся, за ширмой вежливости не разглядеть — и вышел наружу намного позднее, чем мне бы того хотелось.

А пока что улыбки и комплименты Фараона подкупали, не давая подозрениям укрепиться.

– Кстати, от чего вы убегали сломя голову? – участливо поинтересовался он.

От чего? От Тай Фуна и его уверений в пылкой любви, разумеется. Ведь наверняка начнётся что-нибудь из серии:

«Ты не сопротивлялась, значит, чувства взаимны».

«Давай встречаться!»

или

«Жить без тебя не могу!»

Лучше бы Мира раньше нагрянула. Как мне ему теперь в глаза смотреть?

Фараон завидел Тай Фуна, с достоинством преодолевающего спринтерскую дистанцию, и как-то очень коварно осклабился.

– Знакомый персонаж! – сказал он и склонился ко мне. – По секрету: целовать светоча-бивалента — всё равно что глотать запрещённые вещества. Хочется ещё и ещё. И ты не в силах остановиться, если тебя хорошенько не приложить по башке. По своему опыту сужу, – подмигнул он. – Эволюция сделала всё для сохранения и передачи редчайших генов.

Меня прямо дрожь пробрала. Этот тип что, следил за нами? Откуда он знает Тай Фуна? Кто ему сообщил, что я — светоч-бивалент? И что за чушь он несёт насчет генов?