В объятиях злого рока

Глава 8. Вечеринка на полусогнутых

В комнате пахло мёдом и корицей. Уютно горел торшер. Где-то по замку было разбросано ещё множество неисследованных комнат, где хотелось бы остаться навсегда.

И не верилось, что они — такое же порождение межпространства, как Мира.

Она почувствовала насущную потребность излить душу и села с непроницаемым лицом, тряхнув золотистыми локонами. Взгляд её вишнёвых глаз был устремлён не в здешний пряный полумрак, а в какое-то очень древнее, чудовищное «ничто».

– Не хочу обратно в межпространство, – без интонации сказала она, не мигая уставившись в одну точку. – Там серость и скука. Там у меня отнимут личность. Я стану пустым местом.

Она знала, что говорит. Ей было с чем сравнивать. И было чего бояться.

Безнаказанно удрать из одного измерения в другое? Не выйдет. Жертвам домашней тирании и то редко удаётся провернуть этот трюк без риска угодить обратно в сети к деспоту.

Нечто непостижимое уже тянуло к ней свои липкие щупальца из далёкой неопределённости. Мои высосанные из пальца страдания как-то сразу отошли на задний план, и я погладила её по плечу:

– Да не исчезнешь ты. Не выдумывай глупостей.

Вспомнился ненароком разговор студенток в общежитии — про амебоидные сгустки в уборной. Нет, рассказывать ей сейчас не стоит. Угроза-то пока неявная, завуалированная. И страхи Миры основаны лишь на чувстве беспомощности. Чтобы их прогнать, всего-то и нужно, что проветриться.

Я могу быть убедительной, если захочу. Влиять на людей и подчинять их своей воле, между прочим, тоже мой особый дар. Только получается это у меня не с помощью ментальной лаборатории, а благодаря внутреннему стержню и удаче, подвернувшейся в нужный момент.

– Ты настолько стала собой, что уже нипочём не вернёшься к прежнему состоянию, – сказала я. – Вот что. Предлагаю ритуал по изгнанию страха.

– Это как? – встрепенулась Мира.

– Нам надо развеяться! – воздела палец я.

– Куда на ночь глядя? – сонно пробормотал Тай Фун. Беднягу уже сморило.

Он повернулся на бок, придвинулся ко мне вместе с подушкой и цепко поймал меня в объятия.

– Не пущу. Вам завтра рано вставать и топать на отработку…

Фразу он нещадно скомкал, проглотил финал и уткнулся лбом мне в копчик, окончательно угодив в плен к Морфею.

Мира рассмеялась со слезами на глазах – по большей части, от умиления. Когда Тай Фун спит, он милашка и просто прелесть.

Дом по первому требованию предоставил нам список увеселительных заведений, сбросив справочник с верхней полки. В приморском городке было где убить время. «Бандитский Театр», например, где во время спектакля в зал врываются вооружённые липовые негодяи и обдирают тебя, как липку.

Или взять «Пещеру Кошмаров» с уродливыми роботами-автоматонами в человеческий рост. Не устраивает пещера? Добро пожаловать в кабаре «Пляски Смерти», где вы непременно оторвётесь по полной.

«Пляски Смерти», облизывалась я. Хочу… Однако Мира была приверженцем полумер.

– Оторваться по полной? – переспросила она после череды размытых уточнений с моей стороны. – Не-а, давай как-нибудь поскромнее. Что если оторваться наполовину?

Тай Фун сквозь полудрёму одобрил это мудрое предложение. Двое против одного. В итоге кабаре забраковали, и наш выбор пал на кофейню с названием «Паучьи Ноги», где, согласно справочнику, в увеселительную программу входило не так уж много интересного.

Избранная кофейня имела одну особенность: она не подавала признаков жизни ровно до захода солнца. А вот после – принималась пьяно и безудержно шататься по окраине курортного городка на гигантских паучьих ногах. Ноги были сделаны из какого-то навороченного сплава, однако за недостатком смазки кошмарно скрипели, чем доводили округу до тихого помешательства.

Попасть внутрь механического монстра можно было лишь при должном упорстве. Вход на покатом боку громадины ни секунды не пребывал в покое и норовил увернуться от тебя в решающий момент. Но если уцепиться за поручни крыльца, попадание в чрево паука обеспечено.

Когда мы с Мирой опознали это создание по характерной вывеске, светящейся далеко во мгле, ни у кого из нас не возникло желания пойти на попятный. План «Оторваться наполовину» претерпел изменения, и теперь к нему добавился пункт: «Оторваться любой ценой».

Тай Фун ворчал на меня за то, что я организовала ночную вылазку и заставила его пойти с нами. Хотя я-то как раз не заставляла. Сам вызвался. Ибо ну как же он отпустит свою малышку Сафро без защиты в этот мрачный, пугающий мир?

Я окончательно воспрянула духом после эпизода с Арсением, стряхнула с плеч усталость, выбросила из головы дурь и нагнала паучье кафе с два счёта. Схватилась за перила, подскочила — и очутилась на крыльце.

Над притолокой болтались на бечёвках светящиеся кулоны из какого-то редкого минерала.

– Произвол, – буркнул Тай Фун у меня за спиной. – Кристаллы в свободном доступе! Как им не стыдно?

– Кому не стыдно? Кристаллам? – спросила Мира, запрыгнув на крыльцо последней.

– Тем, кто их здесь развесил, – уточнил Тай Фун. – Вам ведь ещё не выдавали их в академии? Я рассчитывал, что это произойдёт примерно через полгода. Новичкам надолго блокируют доступ к ментальным лабораториям.