В объятиях злого рока

Глава 20. Клон на мою голову

– Прости, – сказал Тай Фун, укладывая меня на кровать. – Всё-таки с романтикой случился перебор. В следующий раз применим щадящий режим.

Он наклонился, ласково погладил меня по голове и чмокнул в щёку. Совсем легонько, жест чисто символический, но его вполне хватило, чтобы между нами посыпались искры. Причём не какие-то там абстрактные, а самые настоящие, в сопровождении треска и ослепительного света. Натуральная плазменная сварка.

На физическом уровне я ничего не почувствовала. Я вообще балансировала на грани сновидений. Тай Фун тоже не почувствовал – но всё равно отпрянул от меня, как ужаленный. Что ещё за дурацкий спецэффект?

Где-то за стенкой драматично расхохоталась Мира. Комиксы она там, что ли, читает? Или, может, смеётся в лицо опасности? С неё станется влипать в неприятности без перерыва на сон и приёмы пищи.

– Всё, засыпаю, – пробормотала я. – А вы – деспот и тиран…

– Который тоже идёт спать, – отозвался Тай Фун, укладываясь рядом со мной и широченно зевая.

Правильно, очень правильно. Об искрах мы подумаем потом.

Мне снилось, что я парю над каменистой полосой прибоя на расстоянии локтя. Левитация в действии. Куда менее приятным открытием стало то, что я не просто парю, а убегаю от не-совсем-живых, которые тянутся за мной по пятам по указке ухмыляющегося Арсения. Кажется, во сне я намеревалась обвести его вокруг пальца, но улизнуть так и не смогла. Сгустки материи облепили меня, как осы – медовую дыню. Пробрались в глаза и уши, заняли в желудке место полноценного обеда и просочились в мозг. Я смотрела – и не видела. Передо мной распахнулась бездна. И шептала она на сотни мерзких замогильных голосов: "Дай-дай-дай".

Проснулась я под утро от липкого ужаса. Тай Фуна рядом не было. Зато по всему замку усладой для слуха чарующе-нежно разливалось фортепиано.

А в моей голове роились приветственные мысли.

"Вставай, кошмарное создание! Я нечаянно подсмотрел твой сон. Богатое воображение, нечего сказать. А главное, мотивирует-то как!"

"Мистер Тай Фун, вы издеваетесь? А ну проваливайте из моей головы! – мысленно возопила я. – Серьёзно, меня к круглосуточному общению не готовили. Можно как-нибудь отключить эту опцию?"

"Пока не разберёмся с межпространством, нельзя".

"Вот всегда вы так. Признавайтесь, вы просто жить без меня не можете".

"Какое верное наблюдение! – сыронизировал тот. – Итак, слушай внимательно. Я тут всё проанализировал и пришёл к заключению. Кажется, межпространство может заполнять не только пустоты мира, но и пустоты в душе".

"Обеднел в моральном плане – изволь стать марионеткой межпространства? Так, что ли? – не поверила я. – А вы в процессе ритуала, случаем, нигде темечком не стукнулись? Не подумайте ничего такого, из беспокойства спрашиваю".

"Попахивает бредом, да? Ну уж как есть, – металлически-звонко отозвался Тай Фун. – Многие несуразные теории на поверку оказываются самой что ни на есть жестокой реальностью. Такова жизнь, душа моя, и ничего тут не поделаешь".

Я прекратила острить и призадумалась. Взять, к примеру, Арсения. Типичный представитель мужского населения с промытыми мозгами. Вступить в брак, нарожать детишек за счет многострадальной жёнушки, жить по трафарету, чтобы как все. А иначе ты неудачник и предмет для насмешек. Такие экземпляры, как он, тянут ресурсы, мало что отдавая взамен. Они выкачивают силы, отнимают энергию и способны вдохновить разве что на выход из окна. Твоя плодотворная жизнь рядом с таким упырём сразу же накрывается медным тазом. Если учесть все вышеуказанные "дано", возникает вопрос: а не вакуум ли в душе у означенного индивида?

"Мистер Тай Фун, вы где? – послала я зов. – Надо поговорить".

"Найди меня, если сможешь!"

Легко потерять, сложно найти? Какие ж мы изысканные!

Я помянула беднягу спрута, запахнулась в халат поверх звёздного платья и в тапочках потопала в коридор. Вход на винтовую лестницу отказался не запечатан. Я поднялась и на всякий случай постучалась в портал химической башенки, но там снова было глухо, как в танке. Подноса, который я приносила в прошлый раз, на месте не обнаружилось. Значит, с Гликерией всё в порядке. Она же чудачка. Барышня с приветом. А таких беды обычно обходят на цыпочках и по широкой дуге.

К тому же, она предупреждала, что будет пропадать за химическими опытами денно и нощно. Не стоило за неё переживать.

Миновав портал в дискотечную башенку, я удивилась: к Непостижимым меня больше не тянуло. Полюса магнита внутри будто бы перестроились, и теперь это место буквально отталкивало. Интуиция велела держаться от ледяного зеркала подальше, а то как бы тени опять не наложили лапу на мою личность.

Я сунулась ещё в несколько башенок. Зефирная пустовала, в Обсерваторной шуршали мыши и громоздились горы пыльных талмудов по астрономии. А вот мятая, вся из себя нелогичная башня Парадоксов преподнесла сюрприз.

Она умудрилась вместить целый концертный зал, пропахший гвоздикой, мускатом и кардамоном. В дальнем углу зала чернел рояль. Клавиатурный клап был открыт. Круглый крутящийся стул полированно лоснился в свете канделябров. Кто-то явно поусердствовал, чтобы довести его до столь идеального блеска. Кто-то не менее идеальный, с упругими мышцами тазового пояса, натренированными благодаря долгой ходьбе.