В оковах моего сердца

Глава 1

Ноги не слушались, но Астрид заставляла себя двигаться вперед. Слабая рука отца, поддерживающая ее под локоть, служила ей молчаливым напоминанием о том, что пути назад нет. Хотела она того или нет, но сегодня, всего лишь через несколько мгновений, она станет женой незнакомца.
Волна отвращения поднялась вверх по желудку и застряла в горле.
Конечно, она уже видела своего жениха. Он был гораздо старше ее, но его лицо сохранило привлекательность. Высокий, широкоплечий, с сединой в висках. Она могла бы пережить это и стала бы ему прекрасной верной женой. Пугало совершенно другое. Его взгляд. То, как он смотрел на нее. Словно она готовилась стать не его женой, а вещью, которую он купил за большие деньги.
Но разве это было не так? В отличие от нее, ее жених, Харальд, знал чего хочет. Ее клан, ее земли, ее имя. И он собирался сделать это быстрее, чем кто-нибудь другой прознает о скорой смерти ее отца.
А ей нужен был мир. И любовь.
Горечь сдавила все тело и Астрид сильнее вцепилась в руку отца, привлекая его внимание.
— Ты еще можешь передумать. Я смогу тебе помочь. Наш…, — тихо сказал Фергюс, но сразу же замолчал, зайдясь в приступе хриплого изнурительного кашля. Его прежде могущественная фигура сгорбилась и тряслась. От бывшего вождя остался только умный взгляд зеленых глаз.
— Нет, уже не могу, отец, — глухо проговорила Астрид, бережно поддерживая слабеющего отца под руку, — Если бы я родилась мальчиком…
Фергюс выпрямился, надеясь вернуть себе остатки гордости. Астрид прикусила губу, чтобы не застонать от страха и горя. Она видела терзающую его боль. Сегодня он выглядел еще хуже, чем несколько дней назад, когда дал Харальду согласие на этот союз. Ее отец умирал. Она останется одна, рядом с чужаком, который сегодня уложит ее в супружескую постель, чтобы получить наследника.
Кто-то громко кашлянул. Фергюс покачнулся и попытался схватиться за меч, но промахнулся. Астрид осторожно поддержала его, не позволяя упасть. Это бы уничтожило его гордость и честь. Ободряюще улыбнувшись ему, она кивнула, показывая что с ней все в порядке.
К чему ему знать, что на самом деле это было вовсе не так? Ее родители ценили и оберегали друг друга, и она всегда мечтала о такой же любви. О муже, для которого она будет женщиной, а не входом в клан.
— Твой старик слишком немощен, чтобы вести к алтарю такую красавицу как ты. Я возьму это на себя.
Астрид даже не пыталась скрыть ненависть, когда прямо перед ней и отцом, возник младший брат Харальда. Уган был еще хуже ее жениха. Если тот видел в ней собственность, то для Угана она была чем-то другим. Он смотрел на нее как животное, не способное совладать с желание. Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного.
— Не смей дотрагиваться до меня, — с отвращением прошипела Астрид, дергая рукой, чтобы не позволить мужчине привлечь ее к себе. Кашель Фергюса стал еще крепче, пока он пытался помочь ей.
Уган рассмеялся и легко оттолкнулся Фергюса в сторону. Обхватив Астрид за талию, он наклонился к ней и сказал так тихо, чтобы слышала только она:
— Братец обещал поделиться тобой, как только ты понесешь его приплод. Постарайся сделать это как можно скорее. Хотя, зная Харальда, он сделает это с тобой уже сегодня. В нашем клане бегает достаточно его детей.
Лишь оцепенение, охватившее Астрид не позволило ей продолжить борьбу с ним. Воспользовавшись этим, Уган потащил ее к алтарю, безжалостно наступая на венок, который упал с ее головы.
Харальд ждал ее. Он ничего не сказал своему брату, не приказал освободить ее, а только кивнул священнику. Астрид опустила взгляд в пол. Сейчас, она перестанет быть свободной женщиной, а станет собственностью.
— Только дай повод снова прикоснуться к тебе, — сказал Уган, наконец отпуская ее.
— В следующий раз я просто убью тебя, — процедила Астрид, придвигаясь ближе к алтарю и принимая от молчаливого священника толстую свечу.
Уган и Харальд рассмеялись над слабостью ее угрозы. Астрид осторожно оглянулась. Отец привалился к стене и тяжело дышал. Казалось он вот вот потеряет сознание. Может, для него это было бы куда милосерднее, чем наблюдать за тем, как единственное любимое дитя идет в лапы к чудовищу.
— Говори.
Болезненный щипок за талию заставил Астрид вскрикнуть. Но Харальд смотрел на нее с холодным ожиданием.
— Астрид, дочка, — прошептал священник, беспомощно глядя на нее, — ты должна сделать это.
Должна! Астрид зажмурилась, собираясь с силами перед тем как отдать тот единственный долг, который могла. Она должна сказать “да”. Должна. Ее губы зашевелились в молитве. Только это придаст ей сил. Молитва о спасение.
Грубые руки Харальда вцепились в ее плечи и он встряхнул ее так, что ее зубы неприятно клацнули. Она ничего не успела сделать, как он дернул ее к себе, впечатывая в свою грудь.
— Ты слишком долго молчишь, жена, — сказал он, обдавая ее зловонным дыхание, — Мне это не нравится. Или ты совсем не любишь своего отца?
Ужас накрыл ее с головой, когда она, уловив кивок Харольда, проследила за его взглядом. Вставив стрелу в лук и натянув упругую тетиву, Уган метил в ее беспомощного отца. И он улыбался.
— Будьте вы прокляты, — сказала Астрид, посмотрев на Харольда, — Я…
Она почти выдохнула это слово. Свое согласие. Оно было готово сорваться с губ, как последний вздох перед погружением в ледяную воду. Но громкий крик, который принадлежал не ей, остановил ее, закрыв рот точно кляпом. А потом двери часовни распахнулись с такой силой, что Астрид показалось что сюда ворвался сам дьявол. Но это был не он. Тот, кого она увидела, выглядел гораздо пугающе.