В отборе мест нет! или Случайная невеста

Глава 16

Эжени

Они ушли, но этот наглый иномирец подмигнул на прощанье и даже беззвучно проговорил одними губами: «До встречи». Определенно, эту встречу я буду ждать – у меня уже такая уйма вопросов в голове крутится, что еще чуть-чуть и взорвется вулканом.

Но самый главный вопрос: как обойти договор. Пусть у него тоже голова болит, раз втянул меня в это безобразие. И чего, спрашивается, нужно было называть меня «дрессировщицей»? Интересно, король вообще ему поверил?

Меня немного коробило от мысли, что, скажи Леон, будто я его любовница, ему бы поверили быстрее. Мне бы посочувствовали, да и отправили обратно в Лурию без вопросов и договоров.

Глянула на себя в зеркала и поморщилась: платье в зацепках и зеленых разводах от листьев и травы, прическа растрепанная, сама бледная и нервная – жуть. Я сейчас выглядела не просто худышкой, а будто после серьезной лихорадки первый раз поднялась с постели. Нет, определенно, в любовную связь никто бы не поверил. Почему-то стало грустно и обидно. Но ненадолго, потому что в комнату вошли те, про кого говорил король, и о сожаления пришлось забыть.

Жеала Котни и жиль Томман. Экономка замка Конфедерации и распорядитель отбора для целых шести принцев.

Женщина была возраста моей тети – сорок с небольшим хвостиком. И если в тетином случае этот хвостик тянет женщину в сторону тридцати, что по внешности, что по характеру, то жеалу Котни совсем в другую. Она была сухая и прямая, лицо гладкое, но при этом с маской суровости, застывшей на века. Но при этом ощущались не только суровость и несгибаемость, но и забота, с которой она подошла к моему размещению, и дружелюбие. Хотя, судя по фразам, которые она отпускала, Муху она совершенно не жаловала…и не верила, что я справлюсь с присмотром за коньком.

Жиль Томман был пухлым толстячком с благодушной улыбкой и мягкими манерами, хотя при мне, пока мы вчетвером (Муха плелся следом) шли в то крыло, где мне предстояло жить, мужчина успел отчитать несколько девиц, затеявших ссору в коридоре, и еще двоих за попытку проникнуть в чужие покои. Причем добряк и балагур менялся практически мгновенно, словно моргнула, а перед тобой совершенно другой человек: резкий, требовательный, принципиальный. И его совершенно не смущал титул особ, которых он отчитывал, хотя там были как минимум две принцессы и три герцогини.

По дороге я получила представление о распорядке дня.

1. Завтрак в общей гостиной вместе претендентками на сердца шести принцев.

2. Уроки согласно тому расписанию, что я выберу (кто бы мог подумать, что в другом мире я тут же окунусь в учебу).

3. Время обучения у Мухлуэжа (оказывается, так зовут конька, а Муха и Мухлеж – это прозвища), во время которого я должна присутствовать, так как конек все время норовил удрать с уроков.

4. Время прогулок или выезда в соседние городки вместе с претендентками, так как принцы на этих прогулках присутствуют, а Муха всегда сопровождает Леона (в этот момент я полностью и бесповоротно осознала, что била кочергой промеж глаз не простого иномирца, а принца! Это ж межмировой скандал!).

5. Свободное время и подготовка к вечерним мероприятиям. Обычно после ужино организовывали или театральное представление, или музыкальный вечер, или настольные игры, или бал.

– А тихий спокойный вечер где в этом списке? – хихикнула я и была награждена двумя синхронными утомленными вздохами. Похоже, покой этим двоим только снится.

Последним пунктом шел вроде как сон, но и жиль, и жеала намекнули, что вот конкретно мне сон будет приходить только в мечтах, так как зачастую активность крылатого конька возрастает именно к вечеру. Как, он еще активнее может быть?

– Эти покои имеют выход на изолированную террасу и к лестнице в парк, – объясняла экономка, показывая мне красивую светлую комнату с окнами от пола до потолка. – Мухлуэж любит залетать в окно, а не входить в дверь.

Я оглянулась на конька, который робко стоял в сторонке и скромно водил передним копытом перед собой. Выглядел он таким милашкой, что в голову закрадывалась мысль: притворяется.

– Здесь омывальня и клозет, – вещал с другой стороны жиль Томман, – а вот здесь обогревающий контур – вечерами с террасы может дуть, поэтому активируете этот камень. Как магическими артефактами пользоваться знаете?

Я только кивнула, а со стороны гардеробной мне снова разъясняла ситуацию жеала Котни.

– Быстро гардероб найти не получится, но платье на смену этому и еще одно для вечера принесет служанка. Белье…белье…

– Сегодня же вечером жеала Маэтто будет демонстрировать новые наряды, – встрепенулся мужчина, отвлекаясь от обогревающего контура, который никак не мог погасить – в комнате становилось тепло и душно, – наверняка, она принесет не только бальные платья, но и эти новомодные рюшечки.

На последнем слове жиль смутился и попытался вернуться к артефакту, но, видимо, желание оправдаться все же пересилило.

– Меня дочки замучили жэалой Маэтто, дай, говорят, хоть одним глазком на ее «рюшечки» посмотреть. Они и объяснили мне, что это, ну как бы, нательное белье.

– Малы они еще для таких «рюшечек», – фыркнула экономка, а потом глянула на меня и еще больше нахмурилась, – да и вам рановато… Кстати, Эужения, а вам сколько лет? По законам Лурии вроде как в семнадцать полное совершеннолетие, а вам сколько? Пятнадцать?

– Эм…, – даже опешила от такого вопроса. – Восемнадцать.

– Совершеннолетняя, значит, – поджала губы экономка, еще раз оглядев меня с ног до головы, и продолжила назидательным тоном, – тогда еще дополнительные правила, которые касаются всех девиц в этом замке на время отбора. Не важно, метит девица в невесты или пришла работать. Мужчин в комнаты не приводить, ночью из комнаты без острой необходимости не выходить, гулять вечером с мужчиной только в ближних беседках и строго до времени лазоревок – не позднее. И, специально для тебя, Мухлуэжа после часа лазоревок в комнату тоже не впускать, а то где пегас, там и принц, а дальше и с репутацией проститься можно.