В отпуск на отбор

Глава 6

Компания из нас получилась весьма разношёрстная: я, накинувшая поверх платья джинсовую куртку-оверсайз, Мэгги, не пожелавшая сменить капитанский китель на одежду попроще, Вивьен в туго обтягивающих белых джинсах и малиновом кроп-топе по размеру чуть больше нижнего белья и Скай в чёрной рубашке с закатанными рукавами и светло-серых брюках, в которых выглядел так, словно сбежал с обложки модного журнала или жаждет туда попасть.

От космопорта до «Созвездия» добирались на аэротакси. На Саттере была вполне пригодная для дыхания людей атмосфера, а вот температура совершала резкие скачки, в зависимости от времени суток. Сейчас здесь вечерело и одновременно холодало, а из-за быстро сгустившихся сумерек в окна такси удалось рассмотреть лишь редкие огоньки. Саттеряне хорошо видели в темноте и не нуждались в уличном освещении. Зато знаменитый на всю галактику торгово-развлекательный центр сиял и сверкал как архаичная новогодняя ёлка.

Я любила подобные места за неизменно-праздничную атмосферу, но не чаще, чем два-три раза в месяц. В «Созвездии» предоставлялись широкие возможности для удовлетворения инстинкта потребления, а также проводились концерты, театрализованные постановки и выставки, в том числе последних достижений научно-технического прогресса. Увидев соответствующую растяжку, я незаметно даже для себя свернула в манящем направлении и, следуя указателям, вскоре оказалась в технологическом раю.

Выставочные экспонаты можно было не только разглядывать со всех сторон, но и щупать, тестировать. Я аж ладошки потёрла от бурлящего в крови предвкушения, когда услышала насмешливое:

– Девочка, ты потерялась? Где твои родители?

Ко мне бесшумно и незримо, со спины подкрался бритоголовый бугай, одетый в тёмно-синюю майку, позволяющую вволю налюбоваться мускулистыми сплошь татуированными плечами, на одном из которых сидела чёрная крыса. Её розовый носик с любопытством принюхивался, а бусинки глаз ярко блестели.

– Какая прелесть, – искренне умилилась я. – Можно погладить?

Впечатлённый моей крысоустойчивостью бугай заторможено кивнул.

Я протянула руку, дала животинке себя обнюхать и лишь затем ласково коснулась шелковистой шёрстки, почесала за ушком, погладила холку, чутко пробежалась пальцами по спинке:

– Красавица.

– Как ты поняла, что это самка? – изумился мужик.

– Да никак. Угадала. В отличие от тебя со своей «девочкой». Мне, между прочим, двадцать три года, два из которых работаю техником на космическом корабле.

«А ещё навигатором, грузчиком и, если прижмёт, медиком», – добавила про себя, нахально улыбаясь.

С одной стороны, я понимала, что пренебрежительно-снисходительное отношение ко мне вызвано внешним видом. Женщин по выставочному залу бродило гораздо меньше мужчин и одеты они были куда серьёзнее, чем я в своём куцем платьишке. С другой – в обиду себя не дам!

– Зубоскалишь, зеленоглазка? – почему-то одобрил моё вызывающее поведение бугай. – Совсем как мой крысёнок. Единственный из последнего помёта, которого не могу пристроить. У меня специальная система разработана для поиска подходящих хозяев: отдаю крыса потенциальному владельцу на три-четыре часа, если за это время не сбежит или в старую клетку не попросится, продаю. Они умные, чертяки. Никогда с выбором не ошибаются. Посмотреть хочешь?

Настала моя очередь неуверенно кивать. Очень сомневаюсь, что сумею понравиться настолько привередливой зверюшке. До сих пор о личном питомце приходилось только мечтать. Сначала детдом, потом общежитие академии, из которого я прямиком попала на космический корабль, где жила круглый год, позабыв адрес крохотной однушки, выделенной сироте государством пожизненно, но не в собственность.

– Стой. Никуда не уходи, – скомандовал бугай. – Меня, кстати, Матео зовут. Можно Тео.

– Ариана. Ари, – представилась в ответ, понимая, что надо бы остановить человека, пока не поздно, и… не смогла.

Бегал Матео недалеко и недолго. Не успела я успокоить себя соображениями, типа: за показ денег не берут – как он уже вернулся и сунул мне в руки мягкий, тёплый, активно шевелящийся комочек чёрного меха со шнурком, то есть хвостом. Признаться, я вздрогнула, затем присмотрелась и удивилась:

– Почему он такой пушистый?

– Порода, – с гордостью протянул Тео. – Детёныши хорейских крыс все такие. С возрастом шёрстка станет короче и плотнее.

Крыска на его плече поднялась на задние лапки и потянулась мордочкой в мою сторону, тревожно принюхиваясь.

– Будет тебе, Айка, – успокаивающе погладил её хозяин. – Вдруг на этот раз повезёт?

Комочек в моих ладонях быстро освоился и начал исследовать территорию дальше. Я позволила ему взбежать по руке к плечу и поёжилась от щекотки, когда крыс принялся обнюхивать шею и ухо, тыча в них своими вибриссами.

– А ты смелая, – усмехнулся Матео и, заметив мой вопросительный взгляд, пояснил: – Он ведь и укусить может.

Скорее всего, это была проверка на вшивость, которую я успешно прошла: не завизжала, не сбросила опасную зверюшку на пол, а лишь слегка пожала плечами:

– Зато сразу станет ясно – нравлюсь или нет. Как его имя?

– Шулер. Иного этот прохвост не заслужил. Ласково можешь Шушиком звать. Если сойдётесь и ты его как следует натренируешь, будет помогать в работе, как моя Айка. Я без неё как без рук или уж скорее пальцев. Пролезет туда, куда самому не попасть. Живут хорейские крысы долго – до десяти лет и больше. Хватит времени на хорошую дрессуру. Я пришлю тебе обучающие видео, а пока держи в клетке.

– Эй, а ты не слишком торопишься? – Я осторожно сняла крысёныша с плеча, чтобы внимательнее рассмотреть.

– Ха, – хмыкнул Тео. – Само собой пройдёшь проверку как полагается. Три часа погуляете по торговому центру. Потом вернётесь и решим, подходишь ты ему или нет. Однако внутреннее чутьё подсказывает, что результат будет положительным. Оно у меня как у Айки – никогда не подводит.

– Дело ведь не только в том, понравимся мы друг другу или нет, – вздохнула я, почёсывая Шушика за ухом. – Мой капитан может не разрешить. Имеет полное право.