В отпуск под прицелом или Суженая из чемодана

Глава 3

Глава 3

Несмотря на безбожно раннее время для пресс-конференции, в семь утра в конференц-зале полицейского управления было негде упасть не только яблоку, но и даже смородинке.

Так что, хитрость начальника полиции и мэра города не только не сработала, но и, более чем вероятно, сыграла против них.

Потому как, нет никого подозрительней и любопытней, чем репортёры.

И посему на подозрительно раннюю пресс-конференцию явились представители всех газет и телестудий города.

Не было на ней только тех, кто её назначил. А именно: начальника полицейского управления и мэра города.

Не то, чтобы изнывающим от скуки и раздражения журналистам от этого стало бы легче, но, справедливости ради, нужно отметить, что и первый и второй отсутствовали по более чем уважительной причине: губернатору в то утро тоже не спалось…

Здесь надо отметить, что губернатор и в самое замечательное, солнечное и, по всем прочим параметрам, благостное и радостное утро никогда не был душой компании. По причине чего, все, кто с ним хоть однажды сталкивался с утра, с тех пор старались иметь с ним дело только после обеда. Хотя, ещё лучше, конечно, было с ним вообще дела не иметь. Но губернатор, к сожалению, был совершенно неизбежным злом.

Вот и в это утро, ни у мэра, ни у начальника полиции даже в мыслях не было о том, чтобы побеспокоить грозное начальство у утра. К слову, именно поэтому, в том числе они назначили встречу с журналистами на столь раннее время. В том смысле, что пресс-конференция была отличной возможностью не только самим звонить с докладом, но и от необходимости отвечать на телефонные звонки, от кого бы они не исходили. Само собой, на экстренные звонки это правило не распространялось. Но, к счастью, звонок губернатора, хотя и был очень и очень важным, к экстренным всё же не относился.

Вот только человек предполагает, а бог, вернее губернатор располагает…

И посему гром с небес, то есть, звонок от губернатора поступил за тридцать минут до начала пресс-конференции.

И был он не просто зол, а напуган и очень расстроен.

Во-первых, известный предприниматель и филантроп Матвей Привольский был его давним другом и основным инвестором во многие его социальные проекты. Во-вторых, он тоже, как и три предыдущие жертвы коллекционировал предметы исскуства, в том числе, в его коллекции было несколько картин очень известных художников.

Другими словами, губернатор хотел знать всё и о новом преступлении, и о том, как идёт расследование двух предыдущих. И почему преступник до сих пор на свободе?! И чем таким важным занимается полиция, если за два месяца вы не продвинулись в расследовании даже на полшага?!

– Так людей не хватает, – под злобным взглядом мэра оправдывался начальник полиции. – И машин. И криминалистические лаборатории не переоборудованы и поисковые базы на компьютерах старые. И…

Само собой, мэр не мог подобное молча слушать, и тоже начал оправдываться. И договорился до того, что губернатор искренне заинтересовался, а нужен ли им такой никудышний начальник полиции?!

Начальник полиции, разумеется, никудышним себя не считал и в своей нужности ни разу не сомневался, о чём тут же и сообщил, приобщив к своему сообщению пару-тройку фактов о том, как тяжело ему живётся при постоянном недофинансировании, сиречь, снова принялся кидать камни в огород мэра.

В результате, разговор получился не только неприятным, но и долгим. Долгим, правда, ещё и потому, что, окончив разговор с губернатором, мэр и начальник полиции отправились не к ожидающим их журналистам, а принялись выяснять между собой отношения.

Посему, когда они, наконец, всё же появились с опозданием на час перед журналистами, и один и другой были багровыми от ярости и готовы были порвать любого попавшегося им на пути на куски.

– Подполковник Корнилов, мэр, не связано ли ваше опоздание с тем, что в деле появились новые подробности? – выкрикнул репортер из одного из провластных изданий.

– Именно с этим и связано, – важно кивнул подполковник полиции.

– И какие же это подробности? Вы можете поделиться ими с нами? – тут же поинтересовалась Карина.

– Боюсь, что эти подробности не для прессы, – покачал головой начальник полиции.

На другой ответ Карина и не рассчитывала, поэтому сразу же выпалила следующий вопрос:

– Уже известно, какая именно картина была украдена в этот раз?

– Картина? – недоуменно переспросил начальник полиции, бросив при этом взгляд на одного из своих офицеров. В ответ на его взгляд офицер едва заметно отрицательно покачал головой. – С чего вы взяли, что была похищена какая-то там картина? – раздраженно поинтересовался он.

Карина знала, что информация, которой с ней поделился Кирилл – точная, а вот каким путём она была получена – не знала. Учитывая подозрения Матвея, причина его смерти была для неё столь очевидна, что ей даже в голову не пришло, уточнить, кто или что было источником этой информации: официальное заявление, информатор или же Кирилл попросил кого-то из своих хакеров взломать базу данных полицейского управления. Поэтому она решила перестраховаться.

– Матвей опасался, что он станет следующей жертвой коллекционера, вот я и предположила… Предположила, что он был прав, – нарочито неуверенным голосом сбивчиво объяснила она. Вслед за чем ещё, и для пущей убедительности, растерянно уточнила: – Я не пра-ава? Это не коллекционер?

Тактика запуганной нежной и трепетной блондинки оправдала себя и ещё мгновение назад злобно и очень подозрительно взирающий на неё начальник полиции, смягчился настолько, что… передумал, исключительно в пику подозрительно информированной репортёрше, категорически отрицать причастность «коллекционера» к этому делу.

– На данный момент проверяется несколько версий, – откашлявшись, важно заявил он. – По этой причине я не могу ответить на ваш вопрос не положительно, не отрицательно.

– Другими словами, версия «коллекционера» вами всё же рассматривается? – уточнила Карина, постаравшись при этом, чтобы тон её голоса прозвучал как можно почтительней.