В отражении иного.

3.

Из груди девушки вырвался горестный стон лишь только Асси покинул её спальню.
– Вот ведь... Чудо ушастое и разговорчивое. – она откинула одеяло, окончательно выбираясь из постели и нашаривая босыми ступнями те самые тапочки, которые еще недавно имели все шансы отправиться к двери в свободном полёте. Длинные, гораздо ниже поясницы, каштановые волосы рассыпались по плечам буйной нечёсаной гривой, делая шаманку ещё больше похожей на лесную ведьму. Наверняка жители окрестных деревень её по всей видимости таковой и считали. Возможно, они её и любили, даже искренне, но к этой любви примешивался ещё и страх. Роксалана иногда его ощущала, как какую-то липкую субстанцию, которая обволакивала неприятным полупрозрачным облачком.
Как бы там ни было, Рокс прекрасно понимала что Асси приходил не за тем, чтобы она его накормила, а проконтролировать её пробуждение, и напомнить о предстоящей встрече с деревенскими, хотя даже словом не обмолвился об этом. Двадцать лет совместной жизни под одной крышей прошли не просто так. Подобная побудка у них была чем-то вроде ритуала, почти всегда проходя по одному и тому же сценарию.
Наконец, нацепив на ноги тапочки, Роксалана встала с постели и прошла в угол комнаты, где стоял стул с тазиком, наполненным водой. Там же, на стене висело небольшое зеркало, которое впрочем было достаточного размера, чтобы отразить в себе шаманку по пояс. Она ухватила подол сорочки, стянула её через голову и всмотрелась в свое отражение – из зеркала на неё смотрела весьма привлекательная молодая особа с золотистой кожей, лицом овальной формы с высокими, чётко очерченными скулами. Тонкий прямой нос и пухлые губы, высокий лоб и небольшая родинка на левой щеке. Но самой примечательной деталью на этом лице были глаза – ярко синего цвета и слегка раскосой, напоминающей лисьи, формой с длиннющими ресницами и красивой линией бровей.

Девушка собрала волосы в высокий пучок, чтобы не мешали и склонившись над тазиком зачерпнула в ладони холодную воду приступая к умыванию.

***

Спустя непродолжительное время, дверь спальни наконец отворилась, явив взгляду Асси хозяйку – полностью одетую, с толстой тугой косой через плечо и сияющими глазами. Сегодня на девушке было одно из лучших её платьев, сшитое из добротного хлопка, окрашенного в серый цвет. Поверх лифа платья с неглубоким вырезом и частой шнуровкой красовалась короткая курточка из оленьей кожи, трехслойная широкая юбка едва прикрывала щиколотки, и иной наблюдатель при взгляде на данный фасон мог бы презрительно фыркнуть, обозвав девушку не самым приличным словом. Но позже, когда Роксалана покинет избушку и углубится в лес, всё сразу станет понятно. В платье с подолом в пол не очень-то и удобно бродить по узким тропинкам, где каждая коряга так и норовит ухватить за край одежды.

Кот самым внимательнейшим образом (во всяком случае так казалось по его внешнему виду) осмотрел травницу, когда она вышла из своей комнаты. Его серые глаза слегка прищурились, делая его похожим на довольного улыбающегося... Кого-то. Он уже видел девушку в этом её наряде и не раз. И каждый раз, вглядываясь в созданный Роксаланой образ, одобрительно кивал где-то внутри себя, не показывая этого внешне. Асси отлично знал, что для людей, особенно тех, деревенских, очень важен внешний вид существ, с которыми они общаются. И тому было подтверждение в виде их же собственной пословицы — «По одёжке встречают, а провожают по уму.». Хотя, возможно, дух мог не совсем верно её толковать.
А пока она подхватила со стола деревянную плошку и зачерпнув половником немного каши из котла, поставила завтрак перед котом, сидящим на широкой дубовой столешнице.
– Ну вот скажи, – травница присела на лавку под окном и стала натягивать высокие сапоги на ножки, – к чему весь этот маскарад? Каждый раз одно и то же. Мы оба с тобой знаем, что ты в человеческой пище не нуждаешься.

Асси же наклонил свою мордочку и посмотрел на предоставленную девушкой пищу, принюхиваясь к ней и шевеля при этом длинными усами.
— Как это к чему? – переспросил кот, вновь поднимая взгляд на лицо Роксаланы, потеряв всякий интерес к каше, – Я же должен поддер-р-рживать обр-р-раз.

Дух был стар. Очень стар. Как сам мир или даже старше. Он уже и сам не помнил точно. Но шаманке он об этом никогда не рассказывал, предпочитая отделываться от неё расплывчатыми формулировками. Да и не важно это было, в общем-то. Но когда тебе столько лет, ты можешь себе позволить что угодно, лишь бы развеять скуку или хандру.
Роксолана затянула последний шнурок на высоком голенище и присела за стол напротив Асси, придвинув тарелку с кашей к себе.
– Пожалуй, это все же съем я. А тебе, вот, - К счастью, отшельница предоставила коту более подходящую и приятную пищу. Девушка протянула раскрытую ладонь, которую тут же окутало голубоватое сияние – чистая жизненная энергия, которой она иногда подпитывала своего питомца. То, что было, можно сказать, лакомством для Асси. Так что он сразу же встал со своего места, подошёл к Роксалане и ткнулся мордочкой в её ладонь, начиная слизывать энергию, при том издавая тихое довольное урчание.