В отражении иного.

4.

Асси напрасно переживал о том, что Рокс проспит встречу. Ещё стояло раннее утро, а девушка уже покинула свою избушку и углубилась по едва приметной тропинке в густой лес. Осевшая за ночь влага на голых ветвях деревьев и еловых лапах собиралась в крупные капли, которые так и норовили попасть неосторожному путнику за шиворот, обдавая ледяным потоком. Вот только Роксалану таким человеком нельзя было назвать. Всё её детство и юность, сколько она себя помнила, прошли в этих лесах. И сейчас девушка пробиралась по тропинкам подобно своему приятелю в образе кота, не касаясь ни единой веточки. Но она всё же накинула на всякий случай на голову глубокий капюшон теплого плаща темно синего, почти черного цвета. Деревня, которую юная шаманка собиралась посетить сегодня, находилась примерно в часе ходьбы. Дорога была хорошо знакома и она бодро шагала в сторону своей цели.
Плечи девушки оттягивала большая плетёная корзина, со всевозможными мазями, склянками с отварами, травами, корешками и ягодами. Дубравка была большой деревней, и страждущих её помощи тоже было достаточно много. Да к тому же ещё, если она ничего не напутала, в это время в Дубравке ежегодно проходила ярмарка, куда съезжались жители всех окрестных деревень. И количество болящих с большой долей вероятности вполне могло увеличиться.

Их путь в деревню был вполне спокоен и никаких серьёзных препятствий пара из отшельницы и духа не встретила. Ну, глубокие лужи или ветви деревьев дремучего и древнего леса не в счёт. Для них это и не препятствия были вовсе. Лес Дрём заботился о своих жителях. Он был живым. Его населяло множество обитателей и то были не только животные да птицы. В нём так же водились различные духи и представители Малых народов, такие как феи, лепреконы, моховики и, конечно же, почитаемые всеми местными, дриады. Лес был одним большим организмом, внутри которого все виды жили в идеально налаженном симбиозе. И от того его обитатели могли быть уверены, что их дом о них позаботится. Чего, конечно же, нельзя было сказать о непрошеных вторженцах. Таким в лесу было делать нечего. Таких здесь ожидало только горе. Тропа под ногами врагов леса будет петлять, заводя неприятелей всё глубже в непроходимые буреломы или даже болота. Ветки деревьев будут хлестать их по лицам. Колючки кустарников будут колоть их кожу. А дикие и опасные звери набросятся в самый неподходящий момент.
Однако, за многие годы жизни рядом с лесом Дрём, люди научились простой истине: не хочешь попасть в беду — не заходи вглубь леса. И только некоторым избранным, таким, как Роксалана, таким, кто доказал, что может жить в гармонии со всеми остальными обитателями Дрём, было позволено считать эти места своим домом.
— Почти пр-р-ришли, – протянул кот, зависнув в воздухе над правым плечом отшельницы и осмотрев Дубравку, находящуюся менее, чем в половине версты от них.
Деревня и вправду была большой. Хотя, скорее, лучше было сказать — длинной. Она представляла из себя хозяйства и угодья, построенные по обе стороны дороги, проходящей недалеко от казавшегося бесконечным леса. И, судя по цветным флажкам, колышущимся на ветру, ярмарка и вправду была сегодня здесь. На большой открытой площадке, располагавшейся как раз примерно по центру Дубравки.
— Купишь мне шер-р-рстяной клубок? – спросил кот у девушки, подпарив по воздуху к её лицу и зависнув прямо перед ней, на расстоянии длины ладони, – А то стар-р-рый уже не такой интер-р-ресный.
Не дожидаясь ответа, Асси пропарил по воздуху вокруг головы шаманки, сделав круг, а после этого, перебирая лапками, создавая видимость того, что он шагает, направился в сторону деревни.

Шаманка, улыбаясь смотрела в след важно вышагивающему духу в образе кота.
– Это ж надо, старый клубок ему уже не интересен – новый подавай, – она притворно возмутилась, но уже через секунду в след Асси добавила: – Будет тебе клубок, самый красивый!

***

Не смотря на относительно ранний час в Дубравке уже вовсю кипело веселье. Роксалана не ошиблась насчёт ярмарки. По периметру центральной площади уже стояли яркие палатки с разнообразными товарами, играли музыканты, танцевали и веселились люди в цветастых одеждах. А в самом центре возвышался столб, на верхушке которого располагался ценный приз. Любой желающий мог попробовать свои силы и добраться до него, но на самом деле это было не так уж и просто. Идеально гладкий столб в добавок ко всему был тщательно натёрт маслом, и смельчаки просто-напросто соскальзывали, не в силах удержаться.
Засмотревшись на шумную толпу, девушка едва было не пропустила тот момент, когда на неё налетели деревенские ребятишки и едва не сбив с ног, облепили разноцветной гомонящей стайкой. Обычно одежда детишек была простой, и не отличалась яркостью расцветок. Но в этот раз, видимо, по случаю праздника, мамки расстарались, одев своих чад в лучшие одёжки.
— Рокси!!! – раздались весёлые детские голоски, принадлежавшие пятёрке из местной ребятни, намеревавшейся побыстрее поздороваться с благодетельницей.
Если взрослые жители Дубравки и испытывали страх к лесной «ведьме», то вот малышня, чей детский ум ещё не был замутнён предрассудками и суевериями, души не чаяла в шаманке. Они совершенно искренне и без всякой скрытой мысли любили отшельницу. Ну… Или почти без всякой. Кое-что всё же им было нужно от девушки. Но на то она и ребятня.
— Рокси, Рокси, – затараторил светловолосый мальчишка, смотря на травницу снизу вверх, когда пятёрка молодых деревенских обступила шаманку, – Привет! Ты пришла! Покажешь фокусы, а?
— Рокси! – зазвучал другой голос, более тоненький, принадлежавший маленькой девочке с карими глазами и двумя короткими косичками, – А мы для тебя кое-что сделали! Пойдём с нами! Покажем!
Совершенно не стесняясь и ничего не опасаясь, детишки взяли девушку за руки и ненавязчиво, аккуратно, потянули её за собой, желая показать Роксалане тот шалаш, что они для неё построили, руководствуясь желанием того, чтобы травница могла остаться жить в деревне и больше не уходила в лес.