В ожидании первоцвета

***

Чувство опасности.

Острое, пряное, с послевкусием горькой полыни на губах. Неудивительно – вокруг болото.

Тело само вспоминает дедову науку: наступать на середину кочки, на корни деревьев - ближе к стволу.

Не прыгать, не дергаться. Не останавливаться, но и не торопиться, тщательно прощупывая ногой место, куда следует встать. Еще немного и болото закончится. Впереди высокие деревья - значит, топи нет.

К полыни добавляется привкус железа – как при сбившемся от быстрого бега дыхании. Живая опасность. Совсем рядом, в зарослях кривого ольховника. Зверь?

Не дышать. Прислушаться, принюхаться, при… Неважно, как называется это чувство, но оно есть и у человека. И тоже тренируется, как и любое другое.

Нет, не зверь. Из ольховника веет ненавистью – черной, липкой, сжигающей до костей, как кипящая смола. Человек. Враг.

Еще несколько осторожных шагов. Совсем рядом развесистая ива с выбивающимися наружу огромными корнями, будто лапы гигантского паука. Спасительная твердь.

Если нападет – то именно сейчас, в момент касания ногой надежной земли. До того – рано, кочка не выдержит, засосет в трясину.

 Позже… Позже можно. Но этот не будет ждать – не вытерпит, не совладает с собой.

Враг молод, очень молод. У стариков не бывает таких кипящих чувств. Ненависть их с кислым привкусом бессилия, будто перебродившее тесто. Или с запахом сырой земли – что уж, все там будем.

Этот не таков. Будто наяву видится, как он злится, кусает губы и, наконец, сжимается в комок перед прыжком.

И… Резко уйти в сторону, развернуться, с силой пнуть под коленную чашечку. Лицо врага искажает гримаса боли.

Правой рукой перехватить руку с оружием, левой намотать вокруг запястья его волосы. Благо, у лесных воинов они длинные. А у этого еще и жесткие, точно лошадиная грива.

А теперь хорошенько приложить об дерево. Раз, другой… Достаточно. Тело врага становится мягким, будто мешок со старым тряпьем.

Не отпуская волос дать сползти вниз – на уже порядком пожухшую от летнего солнца траву, прижать коленом к земле.

Наконец-то выплюнуть изо рта надоевшую прядь. Опять коса расплелась – зажим совсем не держит. Зато ритуал боя соблюден. Сам собой. Занятно, в который раз уже.

Угадала - враг молодой совсем, наверное, даже ровесник. Уж точно не старше двадцати пяти.

И чего лез, спрашивается? Перемирие же у нас. Пе-ре-ми-ри-е!

Или в такой глуши не то, что о перемирии… о том, что есть жизнь где-то кроме леса, не слыхивали? Это ведь Дикие Топи – самое сердце лесного мира. И угораздило же забрести сюда. Сама виновата - меньше думать надо о чем попало! Или о ком.

- Добей, чего медлишь! - хрипит лесной воин.

Нож наемницы скользит по его шее, привычно останавливаясь во впадинке чуть ниже кадыка. Одно движение и…

Да, враг,  правда не на твоей стороне. Ты признаешь – и уже это заслуживает уважения. Ты ведь сам... Подло, со спины, умело прячась в зарослях.

На шее лесовика бьется синяя жилка. Словно граница – до и после. Здесь и там.

Глаза у врага цвета опавшей листвы, светло-карие с зеленью. И взгляд… Достойный вполне взгляд: ненависть, презрение, тревожное ожидание неизбежного. Сколько раз уже все это было! И каждый раз впервые.

Нет, не убийство.  Дар. Искренний, от чистого сердца. Только так можно дарить смерть - достойную и непостыдную, как цветок вереска на братской могиле. Там, где хоронили всех вместе, не деля на своих и чужих. Все воины, все достойны.

Этот дар не для всех – лишь для тех, кто сам пришел искать его на поле битвы. Кто  заявил на него права, подняв руку с оружием. Ищущий да обретет искомое. Или…

- Предназначение женщины  - дарить жизни, а не отнимать их!  - Слова приходят сами. Необдуманные, неожиданные, обжигающие правдой: - И только у меня наоборот: дать жизнь новому человеку уже не смогу никогда, а вот смерть – пожалуйста, всем желающим. Ты ее попросил. И вполне убедительно.

Отобранный у лесовика нож неплох: идеально ровный и острый, как пронзающий облака солнечный луч. Великолепный нож для…

Но решение уже принято. Решение, от которого вдруг так легко и свободно:

- Но сегодня будет по другому: хоть раз исполню свое женское предназначение правильно - я дарю тебе жизнь!

Разжать пальцы левой руки, отпуская его волосы, убрать колено с груди. Лесовик жадно хватает ртом воздух. Ох, какой он сладкий для врага сейчас – вкуснее самых изысканных блюд мира! Кто пробовал, тот не даст соврать.

Трофейный нож удобно ложится за пояс. Красивая рукоять – сложный узор из ветвей и листьев. И не затертая совсем. Новый? Или использовался редко?

А теперь развернуться и идти прочь. Разве что перед этим еще раз взглянуть ему в глаза. Глаза человека, которого могла... И который…

Тот, кто умеет дарить, всегда готов принять дар в ответ. Только так – по-другому нечестно.

Шаг… Второй…

Под ногами жесткая трава: ярко-зеленые острые листья, желто-коричневые колоски с белым пушком на конце. Осока. Где-то здесь болота. Совсем рядом.