В ожидании сказочного принца

Звездолета

Вот две очаровательные воительницы, безуспешно цепляясь руками за абордажный миномёт, стараются отстрочить свою гибель. Их нежные, розовые лица перекошены, а прекрасные черты искажены невыносимой болью. Но напор всасывающего торнадо возрастает. Отрывает пальцы, из разорванных мышц и сухожилий брызжет багровая кровь, и девчата устремляются в мясорубку. На лету рыженькая девчонка сталкивается с юношей, тараня в живот, смахивающей на шляпку из-за вычурной прически головой.

Успевают улыбнуться друг другу, прежде чем уйти в то место, откуда нет возврата. Ещё одна женщина уже более, чем наполовину обуглилась, начертила обгорающей рукой на стене:- «Смелый умирает один раз, но живет всегда, трус живёт один раз, но навсегда умерший». Голубовато-зеленое пламя прибавляет жару, охватывая ещё несколько мгновений назад восхитительное, достойное самых престижных подиумов тело. Вот оголяются девичьи кости, а крепкие, получившие с младенчества закалку мышцы, рассыпаются беленьким пеплом.

Пылает и выписывает сальто попавший под термокварковый взрыв подбитый катер с командой людей и парой представителей союзной расы Ливи. Такие очень милые существа в виде человекообразных лягушек, но в обрамлении лепестков красивейших цветов. Вот сейчас антиграв сломался, людей, цветочных лягушек бросает, словно горошек в истерически трясущейся погремушке.

Только на этот раз, этот забавно подкидывающий катер ребёнок, состоит из разорванных и искорёженных измерений истерзанного пространства. Вот мельчают голые ноги не могущей остановиться девчонки. У нескольких воительниц и вовсе рассыпались боевые скафандры, и они обнажённые, алые от жара врезаются в стены, перегородки. На мускулистых, но очень пропорциональных женских телах, вздуваются гематомы, расплываются синяки.

Удары столь сильны, что даже очень прочные, улучшенные биоинженерией космической цивилизации косточки девчат и юношей эльфов ломаются. Из их мучительно раскрытых ртов вылетают алые пузыри, а вместе с ними и душе тех, кому повезло прервать мучения.

Кровь, что выпускают из себя цветолягушки, светло зеленная, а самих иномирян сплющивает в блин, затем упругая конструкция тела возвращает форму. Они, и в самом деле, эластичнее каучука, хотя не в силах избежать повреждений. А финалом стало ворвавшееся внутрь катера пламя, жадно пожравшее плоть.

А вот юноша на эролоке идет на таран. В голове гимн империи, по жилам струится ненависть. Более крупная трехместная машина не успевает уйти, и в вакууме вспыхивает ослепительный, оранжевый ком пульсара.

На мгновение конфедераты тролли замирают и подаются назад – эльфийский дух несокрушим! С ним не шутят. И это, в самом деле, видение технотронного пекла.

Афараон, к счастью, не видя этого, продолжает атаковать, вражеские истребители раздаются в стороны, ещё один рассыпается в вакууме, из разбитой кабины вываливается кленоподобное туловище. Зеленовато-желтые струйки крови вытекают из разбитого тела, скатываются в шарики и плывут вместе с осколками. И в каждом шарике светится термоядерный огонек. А напарница, очаровательная, но грозная Анжелика, тем временем разрезала брюхо вражескому эролоку.

-Умница!

Кричит Афараон, и его голос замирает, где-то сзади вспучился ослепительный пузырь, словно взорвавшаяся при входе в плотные слои атмосферы комета, рассыпается осколками блесток вспышка, и сразу три эльфийских эролока сгорают в пламени преисподней.

Последний крейсер, словно льдина, выброшенная в кипяток, начинает оплывать в множестве пламенных, бегающих на обтекаемой поверхности корабля, огоньков.

Разбитый вдребезги эльфийский звездолет не хочет умирать. Его орудия ведут отчаянный огонь по противнику. И не без успеха, рвутся на части бронированные листы башен и заставляют далеко отлетать вырванные из гнезд орудия. Летая по космосу, такие хоботы продолжают выстреливать жгучие кляксы аннигиляции. Воины умирают, но сдаться, значит омертвить душу.

Теперь их осталось только двое, а врагов несколько сотен. Густой гиперплазменный поток обрушивается на его эролок, ни какое искусство манёвра не позволяет уйти от такой колоссальной плотности огня. Словно бабочка попадает под бурный тропический ливень. Только в каждой капельке раскалённая до квинтиллионов градусов гиперплазма.

Машина взрывается, и лишь кибернетическое устройство успевает его катапультировать из уничтоженного эролока. Капитан ( во сне принц стал капитаном!) испытал сильное потрясение, лёгкий скафандр чрезвычайно раскалился, пот заливал глаза. Многочисленные вражеские машины сновали с такой скоростью, что их с трудом различало острое зрение воителя, казалось, что это расплывчатые пятна снуют по вакууму. Неожиданно его тряхнуло, казалось, захватило сачком, потянув в направлении вражеского звездолета.