В ожидании сказочного принца

Жесткая порка

А самый богатый человек России Моисей Абрамович погрузился в кому. И его целая бригада врачей не могла привести в сознание. Действительно, сон был настолько реалистичен, что душа и в самом деле покинула старое, дряблое тело олигарха. И Моисея Абрамовича вынуждены были подключить к аппарату обеспечения жизнедеятельности. Пока его душа пребывает в теле двенадцатилетнего мальчишки, что по-своему очень даже здорово. Когда ты снова юный, здоровый, хоть и босиком, и в шортах!

Вот сейчас Мойша, этот вечный и бессмертный мальчик, спел о царе Николае, при живом Александре Третьем.

Который еще неизвестно доживет ли до своего восхождения на престол. Что было воспринято, как может быть невольное пожелание смерти действующему монарху

Экипаж броненосца почти целиком состоит из юных женщин. И мальчика Мойшу за данную песню будут пороть перед всем строем.

И что самое паскудное, от чего стыдно, совсем голенького. И это, разумеется, не может радовать. Наоборот...

С Мойши сорвали матроску, штаны и трусы. Оставили совсем нагого. Велели сложить сзади руки и повели на экзекуцию. Мальчика сопровождали две сильные, рослые женщины. А на эшафоте уже поджидал палач. Это была женщина, настоящий богатырь. Рост за два метра, мышцы, словно канаты под кожей. Грудь, как два ведра, а соски, словно помидоры. Вот это женщина, да еще с голым, загорелым торсом. Ее можно было бы назвать красивой, но слишком уж широкие у нее плечи, а ноги и бедра, как у ломовой лошади. Она весит добрых килограмм двести, и ее руки толще, чем ноги у взрослого, крупного мужчины.

Вот такая она женщина палач. Торс обнаженный, она в одной лишь короткой юбке, но зато на крупном лице большая маска. Кроме того, женщина-истязатель еще и сапоги тяжелые, размера великана, на себя нацепила.

А вот видна ступа, и в ней вымочены прутья для порки. Мойша невольно вздрогнул. Его детская мордашка залилась краской от стыда, он совсем голенький перед сотнями женщин. И его будут реально пороть. И это так стремно и погано, да еще и больно.

Эта женщина-палач имеет имя Олимпиада. Она такая сильная, что в одиночку поворачивает двенадцатидюймовую пушку. А ведь Мойша с ней дружил, а теперь она его будет пороть. Что противно и очень даже стыдно вдвойне. Словно он и не воин российского, царского флота.

Босые ноги мальчика ступают по металлу палубы. Он наклонил голову, и хотел прикрыть руками срам. Но женщины, что шли за ним сзади, схватили за руки и развели.

Мойша в досаде заскрипел зубами. Это действительно паскудно. И ты вот так, словно публичная девка голый и босой. Хотя мальчик юнга обычно на кораблях все время без обуви, даже зимой. Хотя зимы в Порт-Артуре довольно суровые.

А вот голому, перед женщинами - это чрезвычайно стремно и паскудно.

Вот мальчик-юнга взбирается по ступенькам на эшафот.

Женщина-палач Олимпиада топает сапогами и ревет:

- Ложись на плаху!

Рядом с ней две девушки помощницы. Они тоже с обнаженными торсами, но в сапожках, масках и на руках перчатки.

Когда Мойша лег, девушки помощницы закрепили на его руках и ногах петли.

Затем затянули запястья и лодыжки мальчика. И сделали это покрепче.

Мойша тяжело вздохнул. Еще одна девушка в военной офицерской, парадной форме развернула пергамент и стала читать обвинение.

Мойше ставилось в вину пожелание смерти действующему царю, и неуместное исполнение песен.

Приговор - двести ударов кнутом и сто ударов палкой по босым пяткам.

Олимпиада кивнула рыжей головой на бычьей шее.

Мойша вздрогнул и закусил губу. Тут главное не опозорится и не заорать, а тем более не заплакать.

Олимпиаде подали кнут. Она взяла его в свои сильные руки. Крепко взмахнула и обрушила удар на спину Мойши. Она била так сильно, что кожа сразу же лопнула. Мойша с трудом сдержал крик. Его дыхание стало тяжелым.

Женщина-палач ударила кнутом снова, да так, что лопнула снова кожа.

Мойша молчал, стиснув зубы. Потом Олимпиада взяла в руки палку. И обрушила удар на босые, круглые пятки мальчишки.

Боль пронзила Мойшу от подошв до затылка, и он дернулся. Однако титаническим усилием сдержал крик.

Затем Олимпиада снова врезала мальчику по спине. И опять кнут буквально пересек кожу пополам.

Мойша молчит и дергается. Новый удар кнутом чуть ниже и по ягодицам. И снова лопается кожа. И потом женщина палач снова берет в руку палку.

И бьет мальчика по босым пяткам. Тот перекашивается от боли.

И снова Олимпиада за кнут, и по спине. И опять лопается кожа, стекает кровь. И после двух ударов по спине, лупит по пяткам.

Каких титанических усилий стоило мальчику сдержать дикие, вырывающиеся изо рта крики. Даже кровь выступила на губах. И Мойша судорожно сглатывал.

Олимпиада же чередовала удары, и как их еще много. Вот после очередного удара, голова у мальчишки качнулась и упала. Он отключился от болевого шока.

Но заранее стоит ведро с ледяной водой. И помощница палача очаровательная, босоногая блондинка выливает его на мальчишку. Светлые волосы Мойши встряхиваются. И он приходит в себя

Вместе с сознанием возвращается и боль. И снова Олимпиада лупит и по спине, и по ягодицам, а палка обрушивает на посиневшие и опухшие ступни мальчика.

Наказание, что и говорить, суровое. Но это все таки лучше, чем получить десять лет каторги в Сибири. А так, если не умрет пацан под пытками, то еще повоюет.

Мойша снова теряет сознание, и снова его приводят в себя ведром воды.

Мальчишка сдерживает крики. Пытается думать о чем-то ином. Вот, например, принцессу продают на аукционе рабынь. И с нее аккуратно снимают покрывало за покрывалом. И обнажают сначала голову с чудесными светло-желтыми волосами, зачем плечи и грудь. А под конец бедра.

И гордая августейшая особа совсем нагая перед сотнями мужчин. Под конец с нее снимают у туфельки, оставив в чем мать родила. И за обнаженную до нитки девчонку дают целый большой мешок золота.