В ожидании сказочного принца

Пытать королеву

С королевы монахиня аккуратно сняла лифчик, затем стянула трусики. Обнажилось лоно Венеры. Анжелика хотела его прикрыть и буквально сгорала со стыда. Но ее руки держали сильные и тренированные тюремщики. Мойша-Павлик ощутил в себе сильнейшее возбуждение. Красивую женщину раздели перед подростом, а в средние века, мальчики хоть и не большие по росту, но весьма развитые. Мужское совершенство у принца встало и предельно набухло. Так хотелось пустить в ход руки, но в присутствии других людей это делать стыдно.

Инквизитор в сутане с изумрудами приказал:

- Осмотри Чарльз ее тело на предмет пятен ведьмы.

Священник подошел к обнаженной, красивой, фигуристой женщине. Королева постоянно упражнялась и фехтовала, поэтому у нее не было лишнего жирка и даже был виден пресс, пусть и не такой рельефный, как у Анжелики в ее прежнем теле. Она красивая, но внешне инквизитор хранил непроницаемое лицо. И его руки и перчатках едва не касались тела, и осмотр королевы носил деловой интерес. Но кожа молодой женщины чистая, гладкая, нежная, бледноватая, так как загорать королева могла редко и только так, чтобы ее не видели.

Но явно было видно, что у нее не будет изъянов и пятен. Мойша-Павлик ощутил вдруг, что его возбуждение спало. Он был еще слишком мал телесно, чтобы быть переполненным гормонами, и мучительно страдать, когда их нельзя выбросить. Но его самую большую любовь унижают и осматривают палачи. И это уже не возбуждает, а вызывает гнев. Бурный гнев августейшего и избалованного мальчишки.

Мойша-Павлик, воспользовавшись тем, что цепь на ошейнике довольно длинная, подскочил и сумел дотянуться ногой до зада инквизитора, осматривающего его мать. Удар был болезненным, и священник упал. Угодил головой, но не сильно, в живот королевы, и та лягнула его коленкой в подбородок.

Инквизитор в сутане с изумрудами заорал:

- Взять этого щенка и всыпать ему розгами, хорошенько!

Священник пониже возразил:

- Нельзя пороть августейшую особу без решения суда!

- А пытать?

Священник шепотом ответил:

- Суд уже дал разрешение на пытки, но без увечий, и только чтобы добыть информацию!

Инквизитор сердито отметил:

- А пытка, чтобы добиться признания в колдовстве?

Священник тихо прошептал:

- Императору нужны сокровища, и он обещает даже отпустить мальчика и женщину, если они расскажут и выдадут вход в тайник.

Инквизитор в сутане сердито произнес:

- А зачем тянуть? Будем пытать королеву и принца прямо сейчас. Тем более говорить они не хотят!

Священник кивнул:

- Смысла тянуть нет. В подвал их.

Мойшу-Павлика схватили стражники и грубо стали срывать одежду. Они были очень сильными, видно специально подбирали лучших стражников охранять наиболее ценных узников. Поэтому они буквально разорвали камзол, рубашку, штаны, сорвали сапоги. Мойша-Павлик оказался совсем голым, лишь в одних трусах. Ему отцепили ошейник и поволокли по лестнице вместе с Анжеликой. Мойше-Павлику подумалось, что, наверное, вот так в одних трусиках вели в пыточную и Мальчиша-Кибальчиша. Впрочем, у Мойши-Павлика все-таки есть над реальным принцем фора, боль он ощутит реальную, но по-настоящему все равно не умрет, а вот отпрыск королевского рода куда больше бы боялся на его месте, так как на Хеппи-энд, ему рассчитывать не приходится. Даже если и расскажешь секрет, все равно сожгут, как колдуна - лишний свидетель никому не нужен. Дорога в подвал не слишком долгая, все в одном башне. Узникам знатным наверх, место допроса пониже. Мойша-Павлик хотя и слыхал, что на орудия пыток лучше не смотреть, любопытно пялил глаза. Тут весьма богатейший арсенал инквизиции. И чего только не было. И клещи, и крючья, и прутья, и сверла, и масса других предметов.