В паутине долга и чувств

Глава 7. Вопросы безопасности.

Дро-Вейн. Министерство иностранных дел.

Ещё до возвращения Вейс в министерство Келла предприняла ряд шагов, но решающий удар доверила нанести дочери. Под вспышками фотокамер Вейс уверенно подошла к трибуне. С лёгким предвкушением она улыбнулась репортёрам и начала речь.

— Две недели назад мы подписали мирный договор, завершив столетний конфликт. Символом новых отношений стали династические браки, а соглашение о безопасности гарантировало защиту всем участникам. Однако инцидент в храме Дро-Арха выявил серьёзный изъян. Произошедшее — не случайность, а проявление системной проблемы.

Её взгляд, в котором явно читался вызов, был направлен прямо в камеру.

— Нам сообщили, что виновница наказана, Верховная жрица лично принесла извинения. Но этого недостаточно. Кайл Дар’Сайн, как гражданин Дро-Арха, находится под защитой его законов. Но как лицо, чей брак является частью межгосударственного договора, он под нашей защитой тоже. Храм Ллос автономен, его служители обладают иммунитетом, и на данный момент Дро-Арх фактически не может гарантировать безопасность Кайла Мора… простите, Дар’Сайн.

Эта намеренная оговорка напоминала: даже сменив гражданство, он остаётся частью правящего клана.

— Сейчас единственная гарантия — слово Верховной Жрицы. Но слова — не правовой механизм. Поэтому мы требуем от правительства Дро-Арха законодательно ограничить иммунитет служителей храма в отношении лиц под дипломатической защитой. Без этого договор не может быть выполнен.

В крови Вейс всё ещё пульсировало волнующее предвкушение будущего противостояния, когда тёплый, чуть насмешливый голос матери мягко вернул её на землю.

— Идеально, — в глазах Келлы светилась гордость.

— Спасибо. Надеюсь, вышло не слишком эмоционально?

— Как раз в меру. Особенно если намекнуть в СМИ, что ты очень переживаешь за кузена.

— Боюсь, теперь не только ему стоит опасаться мести жриц, — губы сложились в ехидную усмешку.

— Руки у них коротки, — весело парировала старшая Шадо.

Вейс машинально оценила взглядом расстояние до журналистов — подобная фраза была излишне дерзкой. Встретившись глазами с матерью, она поймала в них лёгкую насмешку. Дроу на мгновение почувствовала неловкость, но тут же отогнала это чувство. Осторожность лишней не бывает.

— Кстати, о безопасности. Проверка завершилась, Кайрон получил доступ, — Келле не удалось до конца скрыть неодобрение в голосе.

Вздохнув, Вейс приготовилась защищать своё решение.

— Я знаю, тебе это не по душе. Но наше доверие станет отличным контрастом на фоне произошедшего в Дро-Архе.

Мать кивнула, немного отводя взгляд. Сейчас было не время и не место поднимать этот вопрос, тем более, она уже уступила.

Дро-Вейн. Дом Вейс и Кайрона Шадо.

Кайрон прислонился к прохладной поверхности двери, зажмурившись от накатившей волны тошноты. Четыре часа ментального допроса вытянули из него все силы. Менталисты клана Шадо и спецы СГБ не слишком церемонились, но это мелочи.

Дроу снял куртку, бросив её в сторону вешалки. Та предательски упала, так и не зацепившись за крючок. Пришлось нагибаться. Казалось, его несчастный мозг пару раз ударился о черепную коробку, пока он совершал это простое действие.

Придерживая раскалывающуюся голову, Кайрон побрёл в спальню, мечтая поскорее добраться до кровати и уснуть. Но на пороге заветной комнаты он замер. На прикроватной тумбочке с его стороны стоял термокупол. Когда дроу подошёл ближе и деактивировал прибор, в нос ударил запах лёгкого куриного бульона. Рядом поднимался дымок от чашки горячего и, как он был уверен, сладкого чая. Чуть в стороне лежала таблетка обезболивающего и маленькая шоколадка. То, что нужно после грубого вмешательства менталистов.

«Сначала поешь, потом выпей таблетку и ложись отдыхать. Буду вечером», — гласила записка на маленьком розовом стикере. На душе стало неожиданно тепло.

В растревоженную допросом голову сами собой полезли не самые приятные воспоминания.

Правительственная клиника Дро-Арха, роскошная палата, оплаченная кланом. Бесконечные операции, лучшие хирурги, лучшие лекарства. Деньги текли рекой, обеспечивая всё — кроме живого участия. Ни матери, ни сестёр, ни даже отца он так и не увидел.

Клан Дар’Хесс исправно платил по счетам, щедро откупаясь от неудобного калеки с запятнанной разводом репутацией.

Решение вернуться на службу стало последним гвоздём в крышку гроба семейных отношений. Он нарушил негласный договор — жить тихо и не высовываться. Поддержка клана мгновенно прекратилась, несмотря на незаконченное восстановление. Особый протез, необходимый для возвращения в строй, и специальную реабилитацию Кайрон оплатил, продав квартиру, которую ему щедро выделили родственники для доживания. На экзамен по профпригодности он шёл с пустым кошельком и без иллюзий.

Дроу вертел в руках маленькую записку, а море благодарности плескалось внутри, рискуя выйти из берегов. До сих пор не верилось, что его взяли в службу безопасности одного из правящих кланов, пусть пока и на младшую должность. Вейс Шадо рисковала, предлагая такую работу чужаку. А теперь вот — таблетка, бульон, сладкий чай и шоколадка, которую он любит. Сущая безделица, но глаза почему-то наполнились влагой. Видимо, море всё-таки вышло из берегов.

Вейс вернулась поздно: её выступление уже успело вызвать бурную реакцию, и работа в министерстве кипела. Дом встретил тишиной. Упав поверх одеяла, Кайрон заснул, так и не раздевшись и не сняв протез. Не удержавшись, она погладила хмурую складочку на лбу мужа. Он поморщился, но не проснулся. Выражение его лица стало мягче, Вейс улыбнулась, наблюдая эту перемену.

Тихонько забрав пижаму из шкафа, дроу отправилась в гостевую ванную, не желая будить супруга. Однако эта предосторожность оказалась лишней: когда она вернулась в спальню, мужчина уже сидел, облокотившись на мягкое изголовье.

— Доброе…ый вечер, — сориентировался Кайрон, украдкой глянув на часы.