В пепел. Шпион

глава тринадцатая

– Господин Шунерутли! Пора! Просыпайтесь. – Пепел осторожно потряс дипломата за плечо, приводя его в чувство. – Подъезжаем!

– А? – приоткрыл тот один глаз и попытался отмахнуться от назойливого «будильника». – Что? Зачем?

– Так говорю же, подъезжаем! – Он не удержался и хмыкнул. – Насагонт вон уже. Или мне одному там выгружаться, а вы обратно поедете?

Атташе наконец сообразил, что происходит, продрал оба глаза и зевнул. Настолько заразительно, что Пепел тоже не смог от этого удержаться – пары часов сна и ему оказалось катастрофически мало.

– Угу, благодарю. – Шунерутли сел на кровати, глянул в окно с поднятой уже шторой и заторопился в закуток с удобствами. – Что-то я и правда разоспался.

– Стук колес успокаивает, – пожал плечами Эрдари. – Меня, по крайней мере, всегда.

– Угу, – повторился тот и быстро захлопнул за собой дверь, не вдаваясь в дальнейшие подробности.

А четверть часа спустя, возле второго выхода из вагона, и их самих, и тот груз, что они сопровождали, уже встречали. Причем со всеми необходимыми предосторожностями – успев заранее оттеснить любопытных прохожих подальше от вагона силами неких суровых парней, сильно смахивающих на вышколенную охрану. И Эрдари, соскочив с подножки вслед за дипломатом, сразу засек на опустевшем перроне представительного мужчину: эффектно поседевшая грива волос, подтянутая, лишь слегка оплывшая фигура, профессионально цепкий взгляд... Пропустить такого не вышло бы и в толпе, не говоря уж о полупустой платформе. Тот, в свою очередь, Пепла тоже не пропустил, мгновенно выцепив глазами за спиной атташе. Сказать, что Эрдари это напрягло – ничего не сказать, потому как видел он уже этого персонажа.

– Сьер Фирмиллит.

– Сьер Шунерутли.

Мужчины пожали друг другу руки, хороня последние Пепловы надежды на то, что он мог обознаться, и встречающий тут же кивнул дипломату на ящик с почтой, что уже выносили из вагона следом:

– Проследите, чтобы там все было в порядке?

– Разумеется, – но прежде чем идти за охранниками, подхватившими сундук с четырех углов, тот все-таки чуть задержался. – Вы ведь в курсе про нашего... гостя?

– Разумеется, ваша телеграмма дошла. Не волнуйтесь, я о нем позабочусь.

– Ну тогда до встречи, молодой человек, – Эрдари рукопожатия не удостоился, только очередного кивка, теперь прощального. – Надеюсь, скорой.

И Шунерутли зашагал в сторону экипажа, куда уже грузили почту.

А Пепел оторвался наконец от разглядывания господина Фирмиллита наяву и...

«Тва-аю ж!» – он едва сдержался, чтобы не выдать это прямо вслух: чуть дальше на платформе маячил еще и душка Олли во всей павлиньей красе, вырядившийся на удивление броско и не особо подходяще к случаю – черная костюмная тройка с вышитым золотом жилетом, из-под которой выглядывали воротник и манжеты шелковой рубахи. Но ему шло, этого Пепел не мог отрицать, даже несмотря на то, что передернуло его от такого зрелища знатно.

– Господа, – Фирмиллит по очереди оглядел их обоих, – хочу вас представить друг другу.

И после небольшой, но многозначительной паузы продолжил:

– Инженер Ранси, я правильно понимаю?

– Да, – не стал отнекиваться Пепел, тут же получив в награду очередной поощрительный кивок – десятый, наверное, за сегодняшнее утро.

– И сьер Вусли Олифауэлл.

Встретившись с ним взглядом, Эрдари чуть было опять не ругнулся: возникло ощущение, будто его попытались сейчас полоснуть по глазам ножом. И хотя попытка явно провалилась, он все равно счел за лучшее побыстрей отвернуться, рассмотрев, наконец, последнего персонажа из этого странного комитета по встрече. Вернее, последнюю.

Замечательно эффектная девушка раньше словно пряталась за спинами мужчин, но стоило ее заметить, как взгляд невольно стал возвращаться к ней снова и снова – будто сам по себе. И каждый раз находил что-то новое, удивительным образом пропущенное раньше. Нежная линия шеи, заканчивающаяся чуть вздернутым подбородком; искоса брошенный взгляд светло-серых глаз, едва угадываемый под густыми ресницами; пепельный локон, нарочито небрежно выпущенный на свободу из-под элегантной шляпки...

Залипнув на жемчужно-розовых, чуть крупноватых для ее тонкого лица губах, Пепел едва не сглотнул, удержавшись лишь чудом. После чего все-таки заставил себя отвернуться от дивного зрелища и опять сосредоточиться на Фирмиллите. Как ни парадоксально, но из всех троих он сейчас казался самым беспроблемным.

– Ах да, – «спохватился» тот, не упустив ничего из этих гляделок, и плавно повел рукой в сторону дамы. – Господин инженер, разрешите вам представить леди Делоризу Шаргелант.

– К-конечно. – В этот раз взгляд Пепла, опять же крайне самостоятельно, без какого-либо его участия, прошелся вверх-вниз по изящной фигуре и застрял на невозможно тонкой талии, затянутой жестким корсетом. – Очень приятно, леди. Ранси. Грев Ранси к вашим услугам.

То, что никакая эта Делориза не леди, Эрдари понял очень быстро. Ресса она! Наполовину уж точно. Что и заставило его, наконец, встряхнуться, приходя в себя:

«Так вот, значит, какова будущая сьера Олифауэлл? Ну и на хрена ему при этом еще и Рин?»

И вдруг замер, пораженный еще одним фактом: на платформе железнодорожного вокзала Насагонта стояли сейчас рядом три смеска с половиной ресской крови. Три! До этого, за всю свою жизнь Пеплу довелось увидеть лишь одного, да и тот был уже измененным.

Крайне неприятное предчувствие накрыло вдруг душным одеялом, а мелкий пророк внутри проснулся и словно под дых ему врезал. Зато это здорово помогло окончательно взять себя в руки – Пепел чуть ли не с грохотом опустил все ментальные щиты, которым научил его Каги, и с перепугу сделал что-то еще, ранее недоступное и даже неведомое. По крайней мере, пророк внутри от этого пискнул и слинял, словно не было, а душка Олли шустро полез за платком, пытаясь унять хлынувшую носом кровь и спасти рубашку.

Пять минут спустя, когда кровотечение ценой трех безнадежно изгвазданных платков все же остановили, сьер Фирмиллит вспомнил, наконец, о замершем чуть в стороне госте: