В переплет по обмену - 2, или Академия не выстоит!

ГЛАВА 5. Что за крики?

Эдера

Просыпалась я под лай собак… Хм, очень похожий на голос лэс Маршелин, когда она в растрепанных чувствах. Кстати, всегда собранная и строгая куратор в таком состоянии бывает крайне редко, значит, это точно лай собак…или нет?

– Что значит, мы попали к самому сладкому, мэссин Такстен?! – собака лаяла очень по-человечески. – По-вашему выходит, выход монстров из портала – это что-то интересное?!

– Возможно, вы не оцените, но это целое событие для нашей академии, – отвечал «собаке» голос ректора, от спокойного тона которого становилось легче моим ушам. – Кронстон специально строили на месте постоянно открывающегося портала.

Лэс Маршелин, кажется, забулькала от гнева. Да, пришлось признать, что разговаривала именно она, а не какая-то «собака». С признанием пришло и недоумение: где это я?

Глаза открывать не хотелось, тем более настала долгожданная тишина, и мои уши перестали страдать от высоких звуков. Может, поспать еще чуть-чуть? Наверняка, еще есть время, раз Долли меня не будит на лекции, и не кричит на ухо, что я опять проспала завтрак.

При мысли о завтраке желудок решительно заявил о себе громким урчанием, и нашла еще один повод для недоумения – с чего вдруг я такая голодная? Даже если вчера не попала на завтрак из-за появления представителей контроля за магическими животными, то обед или ужин я не могла пропустить…или могла? Странно, что ни того, ни другого совершенно не помнила. И, кстати, как я попала в общежитие? Я же обещала вернуться в лазарет.

Любопытство победило апатию, я открыла глаза, и убедилась, что я точно не помню вчерашний день, так как обнаружила себя в лазарете, причем все в той же комнате, из которой я выбегала в портальную комнату.

На мгновение подумалось, а было ли все то, что я помнила: открытый портал, выросшую мантикору, мою змейку, ставшую ошейником для магической «кошки», рыжую ведьму, обвиняющую меня во всех проблемах Руффи…и жуткую слабость, от которой звенело в ушах, а перед глазами плавали темные и светлые круги. Не приснилось ли мне все это?

– Я требую, чтобы моих девочек переселили в город на время открытия вашего «сладкого» портала! – вновь заголосила лэс Маршелин почти над ухом, а я повернула голову на звук.

Куратор стояла в коридоре за приоткрытой дверью и истерила так громко, словно сидела возле моей головы. На удивление, звонкая женщина. Кому расскажешь – не поверят.

– Всех или лэсси Миович вы оставите в лазарете? – в голосе ректора послышалось ехидство.

– Разумеется, всех! – рявкнула куратор, и на тумбочке рядом с кроватью задребезжали стаканы со знакомой жижей. – У вас тут ребенка без присмотра оставить нельзя – до донышка опустошите резерв и умирать оставите без присмотра!

Ух, как лэс Маршелин озверела! Еще чуть-чуть, и пойдет крушить академию, если нас не выпустят за территорию.

– Не преувеличивайте, пожалуйста, – ректор, кажется, был человеком с железными нервами – так спокойно отвечать на все истерики нашего куратора никому другому не удавалось ни разу. – Вашу адептку погрузили в лечебный сон, за время которого она восстановила силы – никто ее не бросал без присмотра.

– Да ее в столь плаченом состоянии выпустили из лазарета куда-то! – не унималась женщина, продолжая издавать самые высокие звуки во всех королевствах. – А в портальной комнате не нашлось ни одного здравомыслящего человека, способного помочь быстро и без истерик.

Я подивилась, как изменился голос лэс Маршелин, ведь последнюю часть фразы она произнесла на столько спокойно, что не верилось, что именно она до этого так бурно выражала недовольство. А потом сразу же обрадовалась – оказалось, что портальная комната мне не привиделась, а значит, все, что в ней произошло, случилось на самом деле.

От последней мысли я резко поднялась на койке и шумно выдохнула. Если все правда, тогда куда отправилась Руффи? Неужели, действительно, в изначальный мир?