В переплет по обмену, или Академия должна выстоять

ГЛАВА 8. Только не падать

Эдера

Дома ее называли либо «карманным пони», либо «летящей катастрофой», хотя имя ей дали Чара – от «очаровательная». Она и была очаровательной, если не устраивала забеги, полеты и просто мелкие пакости.

Итак, после фразы декана Чара вылетела стрелой, оставляя в воздухе дико-яркий шлейф разноцветной маги. Чара выглядела необычно: маленькая, поджарая, светло-бежевая с радужными гривой и хвостом, с огромными глазами и круглой мордой, не свойственной лошадям. Она грозно смотрела вокруг и в полете выбивала копытами молнии и искры, но все равно выглядела умилительно, ведь размером она была с полугодовалого котенка, которого можно было посадить на ладонь.

А еще Чара была очень впечатлительной, легкоранимой и злопамятной, о чем мои сокурсницы знали на собственном опыте, потому сразу же перестали даже улыбаться, стоило только Чаре посмотреть в их сторону. Все помнили, как последний, кто решил посмеяться над карликовым пони, получил на голову то, что обычно только птицы теряют в небе в неограниченном количестве.

Следом за Чарой осторожно высунул мордочки гекон Жога, а вот мини-полоз Лана, белка-летяга Шуша и сорока Лежа благоразумно хлопали глазами в темной части сундука и выходить на свет пока не планировали. Три пары круглых серебряных глаз, мерцающих в темном провале сундука, выглядели жутковато.

Все шестеро, вместе взятые, могли бы благополучно пройти порталом в переносной корзине, да только страшилки про лютый холод Кротштона заставили меня выкупить у портальщиков утепленный транспортный сундук размера ОГ – самый комфортный из всего возможного арсенала: с обитыми мягкими стенкам, емкостями с водой и кормом, отдельным отсеком для естественных нужд. А еще этот сундук в любых условиях не менял местами «пол» и «потолок» и стоил мою среднюю стипендию за несколько месяцев.

Тем временем Чара пролетела вокруг меня и сундука несколько раз, поняла, что моя защита, которую я активировала, не выпускает ее и, приземлившись у моих ног, стала важно расхаживать взад-вперед, агрессивно клацая зубами на мужчин, которые, отсмеявшись, стали подходить ближе.

– Кому тут нужна была лошадь? – громкий удар копытом о плитку выбил крупные искры, а Чара тем временем энергично потрясла гривой. – Сегодня и всегда я за нее! Кто тут собрался нас рас…рас…рас…что, Эди, они собирались с нами сделать?

Когда Чара заговорила, никто не удивился. Девушки и куратор с магическими животными были знакомы – питомник последние три года находился на территории Академии, – а вот то, что местные не выказали удивления, хотя размер Чары их впечатлил, стало уже для меня сюрпризом. Когда родители дарили мне питомник, они уверяли, что все животные в нем уникальные и в других королевствах таких точно нет. Возможно, они тоже были не в курсе, что за морем на другом континенте такими животными никого не удивишь.

Вагнер под пристальным взглядом декана стек лужицей мне за спину. Туда же проскакала и Чара, стоило декану присмотреться к этим двоим повнимательнее – боевой запал карликового пони пропал тут же, да и слова моментально закончились.

– Уточните, пожалуйста, лэсси Миович, – декан подошел к моей защитной сетке вплотную и с интересом принялся разглядывать Жогу, который менял расцветку, пытаясь слиться с плиткой под ногами, – сколько еще ваших питомцев притаилось в сундуке, кроме этих троих?

– Еще трое, – ответила и постучала по дну сундука, призывая остальных показаться.

– Премилая компания, – хмыкнул декан, осмотрев всех моих зверюшек, и тут же добавил, – но на свою территорию не пущу – не хватало еще, чтобы ими позавтракали.

– Да, брось, Фареен, они твоим питомцам на один зуб, – хмыкнул профессор, которого больше занимали рисунки на полу, чем животные. – Лэс Маршелин, вы, когда будете составлять список дисциплин, которым вашим подопечным надлежало обучаться в Кротштоне, впишите туда же рунологию и портальную магию – вашим девочкам не помешает освежить в памяти эти предметы.

Слова профессора вызвали гораздо больше удивления, чем застрявший между порталами сундук, попытка его расчленить и фееричный выход Чары. Да такого грохота падающих челюстей ни одна академия лет сто не слышала, даже боевая. И жутко хотелось переспросить: «Что-что? Какие предметы? Какой список дисциплин? Мы же должны покинуть эту академию и отправиться туда, куда и планировали – в Кротштон».

Мы все, включая декана, трех адептов и шестерых магических животных, удивленно посмотрели на профессора, а потом и на лэс Маршелин, которая все это время стояла замороженной статуей и не выказывала ни толики беспокойства, словно у ее все под контролем.

– Лэссины, присядьте, – куратор обвела всех своим знаменитым замораживающим взглядом, от которого хотелось обратно завернуться в синюю шубу и спрятаться за метлой.

Особый замораживающий взгляд остановился на мне, шикарно-идеальная бровь неспешно поползла вверх, отчего я тут же сняла защитную сеть и тут же вернулась на свое место. Примечательно, что впереди меня прыгали, летели, скакали, ползли все мои питомцы, которые боялись виасерскую нимфу больше, чем огня.

– Сообщаю вам, лэссины, – хорошо поставленный голос нимфы было слышно даже поварам в кухне за закрытыми массивными дверями, а не только нам, чье внимание итак было приковано к куратору, – что ближайшие три месяца вы будете проходить обучение в Академии Кронстон.

Мы продолжали сидеть прямо, с высоко поднятыми подбородками и сосредоточенными лицами – все, как учили в академии. И мы ждали продолжения. Не сказать, чтобы лэс Маршелин славилась легким характером, смешливостью и любовью к шуткам, но в данный момент мы определенно надеялись, что кто-нибудь из мужчин хотя бы возразит и начнет уверять, что наш куратор не так все поняла.

Минута…Три…Пять…

В оглушающей тишине мы услышали шепот тех двух адептов, что охраняли нас недавно.

– Как думаешь, почему они молчат?