В Питер на Пмж

Глава 7

Призрак явно обрадовался моему появлению в башенке. Я была готова отправиться за дядей Рамиром, и нужно было обдумать какие печати мне будут для этого нужны.

Поразмышляв, мы с Семеном Семенычем, решили, что нужно нарисовать как можно больше печатей «Замри», обязательно штуки три печатей «Отомри», несколько печатей для открытия порталов с символом «Дорога».

Призрак настаивал на том, чтобы обязательно были печати «Умри», но мне очень не хотелось рисовать такие печати, хоть я и понимала, что ситуация может сложиться таким образом, что эта печать возможно спасет жизнь дяди Рамира, или мою собственную.

Я принесла с собой в башенку несколько блокнотов, которые нашла в письменном столе у Таси. Сестренка была запасливая и накупала впрок много всякой мелкой канцелярии.

Рисовала я печати весь день с небольшими перерывами для отдыха. Пару раз возвращалась в Купчино, чтобы прихватить еще еды из холодильника и посмотреть не вернулся ли дядя, надежду на такое чудо я не теряла.

Призрак понимал, что уговорить меня не торопиться ему вряд ли удастся, но все же сказал:

‒ Лукреция, я думаю, что вам стоит дождаться майора Никитина.  Одной идти в чужой враждебный мир очень опасно, вы должны это понимать.

‒ Я понимаю, Семен Семенович. На рожон лезть не собираюсь, просто разведаю осторожно что там происходит. Если будет опасно, я сразу же вернусь. Ждать совсем некогда.

Призрак бывшего поручика Алябьева грустно на меня посмотрел и со вздохом покачал головой.

Наконец все было готово. Я не могла решить идти за дядей Рамиром в джинсах или надеть свое платье, которое я принесла с собой.   Я представляла каким шоком было бы для жителей моего мира, если бы они вдруг увидели девушку, одетую так, как я сейчас.

Сильно раздражать обитателей мира людей в малиновом, мне без надобности не хотелось. Решила, что надену платье, а под него, на всякий случай, черные джинсики.

***

Собравшись с духом, положила возвратную печать «Дорога» на пол башенки, представила себе дядю Рамира с твердым намерением оказаться рядом с ним, и ступила ногой, обутой в белый кроссовок на бумажный лист.

Было ощущение, что меня закружило в портале, такого не было, когда перемещение происходило на короткое расстояние. Я крепко зажмурилась, но кружение внезапно прекратилось, и я наконец почувствовала твердую поверхность под ногами.

Когда решилась открыть глаза, то поняла, что стою в глубоком ущелье, продуваемым ощутимо холодным сквозняком.

Быстро оглядевшись, увидела, что прямо за моей спиной к скалистому уступу железной цепью был прикован дядя Рамир.  Я бросилась к дяде. Его глаза были открыты, но на меня он никак не реагировал. Сразу же налепила на него печать «Отомри». Сначала ничего не происходило. Через какое-то время тело дяди Рамира словно обмякло. Дядя обвел все вокруг рассеянным взглядом, когда его взгляд остановился на мне он тут же прошептал:

‒ Лукреция, уходи! – закашлялся и повторил: ‒ Уходи!

Я обняла его и потом стала осматривать цепь, чтобы открыть замок, на который она запиралась, но замка не было. Цепь была запаяна магией. Как быть я не знала. Замок бы я легко открыла, это умение не раз мне помогало в хозяйстве, а вот разрывать запаянные цепи меня не учили.

Мое присутствие рядом с дядей Рамиром, каким-то образом было обнаружено. Я увидела, что к нам бегут по ущелью несколько человек, одетых в доспехи поверх черных одежд. Это были воины, вооруженные мечами и луками. Тут же бросила в них несколько печатей «Замри» и те, стремительно разлетевшись веером, прилипли точно к груди каждого бегущего.  Воины замерли в тех позах, в которых их припечатали отправленные мною печати.

Наверху ущелья увидела несколько человек в знакомых уже длинных малиновых одеждах. Один из них громко крикнул что-то второму отряду воинов, которые уже спешили к нам с другой стороны ущелья. Я поняла, что он дал команду отступить и добавил, что пленники нужны ему живыми.

Дядя Рамир тихо сказал:

‒ Уходи, Криша. Мы нужны им в качестве жертв. Они раз в десять лет кормят дракона магами. 

‒ Дядя Рамир, ты можешь разорвать цепи магией?

‒ Руки закованы, а без рук я бессилен. Уходи, дочка, раз ты пришла сюда, значит и уйти сможешь. Смотрю ты с их магией разобралась.

‒ Я не уйду, не могу уйти! Как я тебя брошу?

Пока мы переговаривались с дядей, маги в малиновом наверху ущелья тоже о чем-то тихо совещались.

Заиграла протяжная музыка, извлекаемая магами из трех длинных, украшенных каким-то затейливым орнаментом, труб.

Постепенно начал собираться серый туман, который сначала стелился легкой поземкой, а потом стал подниматься выше и выше, заполняя собой все ущелье до самого верха. Трубы продолжали играть, и дядя Рамир начал впадать в забытье. На меня местная магия не действовала, меня оберегало кольцо, подаренное призраком.

Уйти сейчас порталом через печать «Дорога» я не могла. Я знала, что не смогу жить с этим. Просто не смогу! Поэтому, останусь с дядей до последнего. Он понял это, было видно, что барон изо всех сил сопротивляется серому туману.