В Питер на Пмж

Глава 14

Я спустилась вниз. В гостиной меня ожидал хозяин дома. При моем появлении, он поднялся и разочарованно покачал головой, увидев меня в моих джинсах и футболке.

‒ Ну что же ты, детка? Наряды не подошли?  Или не по вкусу оказались?

Он направился ко мне и, взяв мою руку, поднес к губам с поцелуем. Пряник, уже вскарабкавшийся на мое плечо, предупреждающе зашипел.

А меня совсем не удивил такой знак внимания, в нашем мире это тоже было принято.

‒ Ты только попроси и все, что ты хочешь будет тут же сюда доставлено, ‒ сказал гостеприимный хозяин по пути в столовую.

‒ Максим Федорович, с какой стати я буду принимать от вас подарки? Если вы хотите, чтобы мы с вами подружились, извольте вести себя прилично, и не делайте предложений, которые порядочная девушка принять не может.

‒ Дорогая моя Кристиночка, что же неприличного в том, что мужчина желает делать подарки понравившейся ему девушке. И потом что это за подарки, это же просто шмотки, что в этом неприличного. 

‒ Видимо у нас разные понятия о приличиях, Максим Федорович.

‒ Ну что же ты заладила Максим Федорович да Максим Федорович. Я же тебя просил, дорогая, просто Макс, по-дружески.

‒ Максим Федорович, ‒ повторила я упрямо, ‒ пока вы насильно задерживаете меня в «гостях», ни о каком дружеском отношении к вам и речи быть не может.

‒ Ты ко мне несправедлива, детка. Вот о приличиях и прочих высоких материях ты вроде и правильно все говоришь, но ведь залезла ко мне в спальню именно ты. И не припомню, чтобы я приглашал тебя тогда в «гости». И именно ты, мягко говоря, «изъяла» из моей квартиры нечто, что принадлежит мне по праву, как хозяину этой квартиры.

Он говорил, с легкой улыбкой глядя мне в глаза, и справедливость его слов очень больно меня задела. Покраснев, я не знала куда смотреть.

‒ Кстати, если я правильно понимаю, господин майор   стер все видеозаписи, где был зафиксирован этот факт. Думаю, его возможности ему это позволяют. А я, знаешь ли, не люблю, когда меня, как лоха какого-нибудь, разводят.

Он усмехнулся.

‒ Ладно, я ведь готов обо всем забыть, просто не хочу постоянно выслушивать от тебя нравоучения. Сбавь обороты, детка. А по поводу того, что ты у меня «изъяла» могу обещать, что если ты мне все расскажешь по-честному и покажешь «изъятую» вещь, то я тебе ее сам подарю. Ну как? Годится?

Он немного подождал. Не дождавшись ответа, продолжил:

‒ Я ведь от всего сердца тебе это предлагаю. Просто потому, что ты мне понравилась. Прямо в душу запала. Очень надеюсь, что у нас с тобой все сладится. Почему бы нет?

Я поймала его вопросительный взгляд и опять потупилась. 

‒ На простую домушницу ты совсем не похожа, скорее на потомственную аристократку, но чего только в наши дни не бывает. Я надеюсь ты расскажешь мне о себе, Кристина. Я ведь очень любопытный, ‒ продолжил он.

Потом после паузы добавил:

– Ну хорошо, ты пока подумай над моими словами, я не тороплю. Вижу, что совесть у тебя есть, большая редкость по нынешним временам, между прочим. А пока что давай обедать. Наговориться еще успеем, ‒ он выглядел вполне довольным собой.

За все время обеда он больше к неприятной для меня теме не возвращался. Он по-хозяйски гостеприимно угощал меня, подкладывая на тарелку вкусные кусочки и непринужденно болтал, рассказывая о своем доме. Было очевидно, что он очень им гордится и изо всех сил старается произвести на меня впечатление своим законным владением.

Я все больше отмалчивалась, только иногда отвечала на какой-нибудь нейтральный вопрос «да» или «нет». И еще сказала «спасибо» по окончании обеда.

Мы перешли в гостиную. Максим Федорович закурил сигарету, предложив и мне тоже, но я отказалась, сказав, что не курю.

Пряник возмущенно фыркнув на сигаретный дым, соскочил с моего плеча и убежал под диван.

‒ Удивительная ты барышня, однако. Не пьешь и не куришь. Откуда ты такая взялась? – спросил он, выпуская дым в противоположную от меня сторону.

За обедом я отказалась выпить красного вина, которое мне настойчиво предлагал заботливый хозяин, и он все никак не мог с этим смириться.

Когда мы расположились в гостиной на диване, я решилась все же с ним объясниться.

‒ Макс, ‒ сказала я, немного запнувшись, ‒ я хочу извиниться за свое незаконное вторжение в твою квартиру. Но только за это.

У Максима Федоровича в удивлении взлетели вверх брови.

‒ Я была вынуждена это сделать, чтобы спасти моего дядю, которого очень люблю. Он попал в беду. В тайнике, который был устроен в твоей квартире лежала нужная для его спасения вещь. Эта вещь принадлежит человеку, который давно устроил тайник в квартире, когда он еще в ней жил. Этот человек, желая помочь, сам указал мне на тайник и позволил забрать оттуда свою вещь.

Подняв взгляд, я прямо посмотрела в лицо Максима Федоровича.

‒ К тому же, ‒ добавила я, ‒ тебе эта вещь все равно не пригодилась бы.