В Питер на Пмж

Глава 20

ГЛАВА 20

На следующий день дядя Рамир вернулся домой к обеду. Я как раз только что проснулась. Заснула под утро, поэтому к приходу дяди вид имела совершенно заспанный.

Мне было трудно начать с ним разговор.

Я решила ему все честно рассказать про похищение, а также о том предложении, которое мне сделал Гаврила Романович.

Дядя видел, что я маюсь, но сам спрашивать ни о чем не стал.

Мы позавтракали, и я решила, что сейчас самое лучшее время для этого разговора, иначе чем больше я с ним тяну, тем труднее мне будет его начать.

Дядя был вроде бы в хорошем расположении духа. Он сидел на диванчике на кухне и гладил Пряника, который тоже уже позавтракал и теперь с энтузиазмом юлил у него на коленях.

‒ Дядя Рамир, ‒ начала я, ‒ я хочу тебе кое-то рассказать о том, что позавчера произошло.

Он кивнул головой и спустил с колен Пряника, чтобы тот ему не мешал. Мой фамильяр сразу же куда-то проворно убежал.

‒ Я слушаю тебя, дочка. Ты выглядишь очень взволнованной. Что-то важное произошло? 

Вид у дяди стал сразу же очень серьезный и я немного оробела.

‒ Да. Я не хотела тебя волновать раньше времени, а сегодня, когда все хорошо уже закончилось, решила рассказать.

И я поведала ему обо всем, начиная с того момента, как мой новенький айфон полетел в Мойку.

По выражению дядиного лица я сначала никак не могла понять, как он относится к тому, что я ему говорю, но на всякий случай ничего хорошего не ожидала. И, похоже, была права. Дядя Рамир очень рассердился.

Он молча прошел по кухне пару раз туда-обратно. Потом вернулся на диванчик и спросил:

‒ Криша, чем я заслужил такое твое недоверие? Ты готова обратиться за помощью к кому угодно, но только не ко мне.

Он замолчал, глядя в пространство. Мне стало плохо.

– Дядя Рамир, прости! Я очень тебя люблю и мне не хотелось, чтобы ты из-за меня расстраивался. Прости! Я совсем не думала тебя обидеть!

Я встала перед диванчиком, на котором сидел дядя, на колени и обняла его. Он молчал. Потом я начала всхлипывать от слез, которые полились из глаз потоком. Мне было очень стыдно.

Слез моих дядя никогда не выносил. Погладив по голове, он подхватил меня и усадил рядом с собой на диван. Утер мне слезы салфеткой, которую взял из салфетницы на столе.  

‒ Я тоже очень люблю тебя, Криша, и поэтому мне больно, что ты мне не доверяешь. Я старше и опытнее, и всегда буду рад помочь тебе и советом, и делом. И я никогда ничего не сделаю тебе во вред.

‒ Знаю.

Прислонившись к дяде, я призналась:

‒ И еще я очень боялась, что ты отправишь меня домой.

Он отстранился от меня, посмотрел с усмешкой:

‒ Признаться это было первым же моим желанием, когда ты мне все рассказала.

‒ А что было твоим вторым желанием? – спросила я, обрадованная тем, что о первом желании дядя сказал в прошедшем времени.

‒ Пока не определился, но отправлять тебя домой пока точно не буду. Думаю, что для тебя будет полезно пожить некоторое время здесь.  Только прошу, рассказывай мне все. Я не имею в виду, что ты обо всех своих мыслях и чувствах должна мне докладывать, хотя я был бы польщен, но о ситуациях, от которых зависит твоя жизнь и здоровье, все же потрудись мне сообщать.

После этого я еще раз собралась с духом:

‒ Дядя Рамир, меня вчера Гаврила Романович пригласил работать к себе, в свою контору.

Лицо дяди окаменело. Он долго молчал, глядя на меня.

‒ Вот теперь мое желание отправить тебя домой становится почти непреодолимом, ‒ он отвернулся.

‒ Семена он тоже пригласил. Семен согласился. Гаврила Романович очень заинтересовался его новыми возможностями, ‒ зачастила я, стараясь оттянуть время.

Ведь если дядя скажет сейчас «нет», переубедить его позже будет очень трудно.

‒ Гаврила Романович сам с тобой поговорить на эту тему хочет. Выслушай его сначала, пожалуйста. Ведь нет же ничего страшного в том, что я буду работать. Мне бы очень хотелось попробовать!

‒ Хотелось попробовать, ‒ повторил за мной дядя, не поворачиваясь.

Потом стремительно обернулся и сказал, разглядывая меня пристально:

‒ Я совсем не против того, чтобы ты работала. Я и сам планировал со временем открыть для тебя дизайнерскую фирму, если ты, конечно, этого захочешь. У тебя в дизайнерском деле несомненный талант. Я сужу по тем интерьерам, которые ты создала в моем замке и по нарядам, которые по твоим эскизам были сшиты. У тебя талант в обеих этих областях. Однако работать в конторе у Гаврилы Романовича совсем другое дело. Ты ведь понимаешь, что это очень опасная работа?

‒ Так я же не буду с преступниками даже видеться. Моя задача будет только печатями щели или трещины закрывать.