В Питер на Пмж

Глава 21

Поздним вечером дядя отправился на машине на Моховую. 

Я же через некоторое время в нетерпении переместилась в особняк печатью, чтобы там дождаться окончания разговора.

Мила встретила меня как всегда приветливо.

‒ Я буду держать за тебя кулаки, ‒ сразу же сказала она. – Хорошо бы, чтобы твой дядя позволил тебе у нас работать. Здесь нет моих ровесниц, да и женщин всего пятеро, остальные ‒ мужчины.

‒ А вы все друг друга знаете? – я надеялась что-нибудь разузнать об Алексее Никитине.  По крайней мере понять вернулся он уже с полигона или нет.

‒ Конечно, мы все друг друга знаем. Не так уж нас и много. Здесь работают очень интересные люди. Только я пока что не могу тебе о них ничего рассказывать, пока ты официально к нам не устроена.

Я разочаровано вздохнула.

Разговор в кабинете длился довольно долго. Томительное ожидание затянулось. Засылать туда Пряника для подслушивания я теперь, конечно же, не смела.

Наконец, откуда-то раздался голос Гаврилы Романовича:

‒ Мила, попроси Лукрецию зайти ко мне.

Я вскочила на ноги, и Мила открыла мне тяжелую дверь, ведущую в кабинет.

Дядя Рамир и Гаврила Романович выглядели вполне довольными друг другом. Я вертела головой от одного к другому.

‒ Садись Лукреция, ‒ генерал показал мне на второе, не занятое, кресло.

Дядя молчал, откинувшись на спинку, и я перевела взгляд на Гаврилу Романовича.

‒ Мы тут посовещались и решили, ‒ улыбнулся он.

Генерал был вообще очень улыбчивым, что мне казалось безмерно симпатичным, но все же странным для человека, занимающего такую должность.

‒ Поработаешь у меня с испытательным сроком в два месяца, а потом решим, что делать дальше, ‒ закончил он.

Я ждала продолжения, а он ожидал вопросов, но я не знала, чего можно у него спросить. Потом все же нашлась:

‒ Гаврила Романович, а в течение испытательного срока как вы меня испытывать будете?

Он с готовностью рассмеялся, как будто заранее знал, что я чего-нибудь смешное спрошу.

‒ Не волнуйся, девочка, это скорее ты будешь меня испытывать. Может быть тебе здесь совсем работать не понравится. Вот за два месяца и постарайся понять подходит тебе эта работа или не подходит.

Дядя кивнул головой, давая понять, что вполне доволен таким подходом к пониманию того, что такое испытательный срок.

‒ Спасибо, Гаврила Романович! Когда я могу начать работать?

‒ Да вот завтра и приходи. Мила форму поможет тебе подобрать и в курс дела понемногу будет вводить.

‒ А разве у вас есть форма? Мила же ее не носит, и ваша вторая секретарша тоже. Да и вы без формы все время ходите.

‒ В офисе секретаршам форма без надобности. Да и техническому персоналу тоже, программистам да лаборантам. А я, когда выхожу в город на происшествие, тоже в форме.  Мои служащие и в офисе в форме работают, может поступить срочный вызов, переодеваться некогда будет. 

‒ Семен сказал, что ваши люди маски надевают на задержании.

‒ Ну да. И тебе маску тоже придется надевать на вызове. Жаль, конечно, такую красоту прятать, но я не могу твоей безопасностью рисковать. Недопустимо, чтобы тебя кто-нибудь случайно опознать мог.

Я была поражена, этого я никак не ожидала.

‒ Расстроилась? – участливо спросил генерал. – Может тогда сразу и передумаешь? – он опять улыбался. – Не всякая красавица согласится с таким ущемлением своего законного права, как поражать всех окружающих собственной неземной красотой. Я понимаю.

Дядя тоже заулыбался при этих словах. Вот ведь! За кого они меня принимают?

Я с возмущением фыркнула. Они тут же дружно рассмеялись.

‒ Ладно, ладно, шучу я, ‒ поднял Гаврила Романович вверх ладони. Извини, не хотел тебя обидеть. Ну что же, тогда до завтра.

Генерал встал и пожал дяде руку.

Я вернулась в приемную за рюкзаком, в котором, свернувшись в клубочек, спал притомившийся Пряник. Мила с радостным писком обняла меня, когда я кивнула ей головой, выходя из кабинета.

Потом мы с дядей пошли на выход. Обратно я ехала вместе с ним на машине.

***

По дороге дядя сказал:

‒ Генерал забыл, наверное, озвучить одно мое условие.

‒ Какое? – я напряглась.

‒ Если хоть один раз ты ослушаешься его, станешь рисковать жизнью, то в тот же день я забираю тебя оттуда без всяких возражений с чьей-либо стороны.

Я расслабилась, с этим условием вполне можно было согласиться. Рисковать я совсем не собиралась.

‒ Хорошо, дядя Рамир.

‒ И еще, Криша, не заблуждайся по поводу Гаврилы Романовича. Он совсем не такой уж обаятельный добряк, как кажется. Я не хочу сказать, что он специально вводит людей в заблуждение, просто это всего лишь одна его сторона. Другие его стороны могут тебе показаться не столь симпатичными. Просто не будь слишком наивной.