В Питер на Пмж

Глава 47

Почти весь конец лета и начало осени промелькнули для меня совершенно незаметно, потому что они были настолько наполнены событиями, что я не успевала даже полностью во все включаться.

В нашей квартире на Васильевском уже закончили отделку, и мы с дядей недавно туда переехали. А еще я приобрела наконец-то себе машину. Советчиков при ее покупке у меня хватало с избытком и все они дружно засмеялись, когда на вопрос какую машину я хочу, получили ответ ‒ красную. Ну и что в этом смешного?

ПДД и вождение я, разумеется, сдала на отлично Сергею Михайловичу.

В конторе дел, как всегда, было невпроворот. По вечерам, когда это было нужно, мы выезжали с Гаврилой Романовичем в сопровождении кого-нибудь из командиров, закрывать трещины и проломы в нестабильном пространстве огромного древнего города. То, что он гораздо древнее, чем говорят об этом историки, я давно сама убедилась.

Кстати, мой испытательный срок в конторе уже закончился и теперь у меня звание ‒ младший лейтенант, от чего дядя Рамир до сих пор в шоке и все никак не может к этому привыкнуть.

В то же время Гаврила Романович, Алексей, Семен и дядя были очень плотно заняты подборкой и поисками кристаллов для перехода Семена в явный мир и их настройкой. Я знала, что кристалл для Малахитовой ротонды был уже подобран, оставалось найти его в нужном размере и качестве, что тоже было не очень просто, кристалл же для ротонды в разломе никак не могли подобрать.

После того, как кристаллы установят, их настроят по подготовленной уже почти что программе, над которой работают Койт и Ниель. Их очень увлекла такая необычная задача и они тоже трудятся не покладая рук над ее скорейшим решением.

С Семеном наши отношения остались почти прежними. Он ни словом, ни намеком не давал мне вспомнить свои слова, сказанные в ту ночь. Относился ко мне с той же заботой и дружеским участием, как и прежде. Иногда мне даже казалось, будто я все себе придумала то, что касалось его признания. Мы продолжали с ним видеться и иногда перезванивались по телефону, чтобы обсудить чего-нибудь не терпящее отлагательства или просто поболтать.

Все это время дядя Рамир, несмотря на постоянную занятость, неизменно находил время на встречи с Лизаветой, водил ее на свидания в театры, в рестораны или кафе, частенько они встречались на велосипедной прогулке в полюбившемся дяде Павловском парке, иногда мы с Алексеем составляли им компанию.

Пару раз Лизавета заезжала к нам повидаться с Лушей. Мне приходилось оборачиваться кошкой и изображать из себя довольную жизнью домашнюю любимицу. А на вопросы Лизаветы о его племяннице дядя неизменно отвечал, что она как раз сейчас на службе.

‒ Дядя Рамир, ты не сможешь вечно обманывать Лизавету. Когда ты намерен рассказать ей правду о себе и о Луше? Ты ведь не собираешься с ней расставаться, я правильно понимаю? – пытала я его снова и снова.

На это дядя каждый раз заверял меня, что расставаться с Лизаветой он не собирается и ждет только удобного момента, чтобы рассказать все как есть. Однако, было видно, что он просто боится этого разговора и оттягивает момент неизбежного признания.

По правде говоря, я тоже опасалась дядиного признания. Как отреагирует на него Лизавета, предугадать было действительно довольно трудно.

Недавно мне в голову пришла идея, которой я поспешила поделиться с дядей:

‒ Ты можешь Лизавете рассказать все в сновидении. Так с ней будет легче потом разговор об этом завести наяву.

‒ Возможно ты права. Нужно подумать. Только запомнит ли она это сновидение? – засомневался дядя Рамир.

‒ Обычно эмоциональные сновидения не забываются. Не думаю, что такое признание она забудет.

‒ Как ты думаешь, может мне и предложение ей в сновидении сделать? – вдруг огорошил он меня.

‒ Предложение? Ты хочешь сделать ей предложение?

Я бросилась дяде на шею и запищала от восторга. Слава Создателю, что прошли уже времена, когда я безумно ревновала его к Лизавете. Теперь я хотела скорее назвать ее тетей и быть уверенной, что дядя Рамир достанется именно ей и они будут счастливы вместе. Я видела, как он ее любит, да и она тоже влюбилась в моего совершенно неотразимого дядю, это было видно невооруженным глазом.

‒ Только я не думаю, что предложение следует делать в сновидении, ‒ все же сказала я. – Она может обидеться. Лучше сделаешь   предложение наяву, после того, как расскажешь ей кто ты такой на самом деле и откуда пришел.

‒ Наверное ты права. Попробую сегодня же с ней объясниться. Нужно с генералом посоветоваться как правильно   в сновидение зайти. Сам я никогда такого не делал, не хотелось бы проколоться. Я и так волнуюсь, поэтому собираюсь как следует подготовиться.

‒ Я могу при разговоре присутствовать?

‒ Нет, Криша, я хочу поговорить с ней наедине. Думаю, так для начала будет лучше, ‒ решительно отказал он мне в моей просьбе.

‒ Ну что же, надеюсь, что все получится хорошо.

Я просто изнывала от любопытства как все произойдет, как отреагирует Лизавета. Поверит ли она дяде? Что она скажет в ответ на его слова? То, что она читает книги о попаданцах, еще ни о чем не говорит. Одно дело читать фэнтези, а совсем другое самой вдруг стать частью фэнтезийного сюжета.