В плену чужих оков

Глава 7. Встреча

Он напротив, меж вами лишь штрих.

Ты боишься, но он молчалив.

Только вот отчего же он мил?

Изменился? Стал вдруг другим?

Весь остаток дня я слонялась по городу, словно сам дьявол следовал по пятам. Хотелось исчезнуть, затеряться среди людей до безликости и быть забытой всеми и вся. Многие часы всё продолжало казаться, что встреча с мужчиной из иллюзорного прошлого неминуемо повлечёт за собой крупные неприятности. Однако к вечеру я остыла, окончательно успокоилась и взяла себя в руки. Тщательно продумала план.

Я понимала, что встречи с ним навряд ли получится избежать, да и не следует, и набиралась храбрости для возможного разговора. Каждое моё слово, каждое действие подверглось детальному разбору. У меня на всё нашлись правильные ответы, подходящие эмоции и выражения. Оставалось лишь не допустить касаний.

И не выдать затаившийся страх.

К невероятному облегчению, под ночь у подъезда дома меня никто не ждал. Квартира была так же пуста, как и обычно, и спокойная тишина вновь неизменно порадовала.

С тех пор, как не стало отца и в нашу мирную жизнь ворвался последний из отчимов, мир перевернулся с ног на голову. И я была рада сбежать из дома, заполненного их криками и желаниями. Мама, так любившая единственную дочь и отца, отвернулась от меня, казалось, без единого сожаления. Шанс переубедить бросить нового самодовольного ухажёра гас с каждым днём, с каждым его дорогим подарком, оставляя между нами выжженную пропасть. Ведь она, кажется, боялась потерять его больше, чем меня. Лелеяла туманное счастье на оставшиеся годы с ним больше моего выбора, больше нашей дружбы. Но я не смела её винить, как и не могла оставаться рядом. Мой путь, так бесчестно раскрытый отчимом, требовал держаться ото всех подальше.

Я не хотела даже вспоминать, как пыталась избегать их два бесконечно долгих, мучительных года до окончания школы. Однако несказанно радовалась, что появившаяся способность спасла от судьбы гораздо худшей. Тогда мне невыносимо страшно было даже представить, что стало бы с моей психикой, сумей отчим воплотить желаемое в действительность. Тогда я боялась этого больше всего, и уж конечно не предполагала, чем она может обернуться в будущем. Да кто бы вообразил, что совсем рядом есть и те, для кого схожие силы – способ убийства, метод извращенных допросов и объект для исследования безумцев? Разве что Макс. Он всегда верил в необъяснимое и всегда интересовался «другими».

И это спасло меня. Его интересы спасли меня.

Только теперь, когда за всё время я действительно встретила человека, отличающегося от обычного, я изнывала от тревоги. Мне было страшно, до мурашек, но страх так тесно сплетался с необходимостью знаний! Я ничего не знала даже о себе.

Откуда взялась во мне эта сила? Почему именно у меня? Почему именно такая? С чем всё это связано? А кто другие? Что за силы у них, у тех лаборантов? А у той девушки? Чем мы отличаемся? Чем похожи? Как связаны?

Вопросы роились в голове и жаждали ответов, но я боялась спросить о них. Боялась даже заикнуться о чём-то подобном при том единственном, кто мог бы раскрыть этот занавес тайны. И я до ужаса боялась последствий, которые всё вспыхивали из чужого прошлого.

Риск был слишком велик, и я решила оставить всё как есть. Возможность находиться в безопасном неведении привлекала куда больше, нежели пытки изощренных мучителей. И когда на следующий день я выходила из подъезда, я была настроена решительно.

Секреты, ведущие к смертям, раскрытия не стоят.

Однако пугающие чувства никуда не делись, и я с волнением всматривалась в окружающее. В затемнённом высотками дворе было почти пустынно. Затянутое серой пеленой небо не манило горожан, а промозглый осенний ветер быстро разгонял редких прохожих. Вот-вот, казалось, снова посыплет мелкий, колючий снег и уже до конца спрячет пожухлую траву и тусклые листья заснувших деревьев. Ничего не предвещало угрозы и я, поежившись, поспешила к машине.

Парковка у работы, как обычно, была забита, а у входа в офис то и дело крутились люди. Я уже опаздывала, но всё набиралась смелости, отсиживаясь в машине.

«Всё пройдёт гладко. Нет никаких внешних доказательств моего вмешательства. Никто не узнает обо мне больше допустимого. Нет никаких причин для волнения. Да, именно так», - окончательно решила я, как зазвонил телефон.

От неожиданности я дёрнулась так сильно, что чувственно приложилась затылком о крепление ремня безопасности и застонала. Выругалась и дотянулась до звенящего сотового. Звонила начальница, но я не стала брать трубку.

К чему слушать то, что повторится через несколько минут?

Выбралась из салона, машинально оглянулась и заторопилась в тёплое помещение.

- Вольных Станислава Андреевна? – позвали со стороны широкой площадки перед входом, и я рефлекторно обернулась на голос, так и не дойдя до двери.

Высокий мужчина в чёрном пальто шел навстречу, с кем-то наскоро прощаясь по телефону. Кончик его носа краснел от холода, ясно говоря, что на улице тот провёл немало времени. Волосы модельной стрижки были аккуратно уложены. Весь его вид без слов заверял идущего как человека целеустремлённого и авторитетного. Такие идеально подходят для многих сфер, однако мне ничего не стоило представить его в одежде правоохранительных органов, в которой я видела его вчера. Правда, любой другой ни за что не смог бы вызвать во мне столько чувств разом.