В плену чужих оков

Глава 9. Голос разума

Боль таится. Боль страшит.

Голос разума ею сбит.

Но манят секреты, манит ответ.

Так ли нужно сказать ему "нет"?

Внеплановый отпуск тянулся уже почти неделю, а я никак не могла прийти в себя. Последствия последнего касания яркой картиной стояли перед глазами. Я до сих пор дрожала, вспоминая о той жгучей и пронзающей боли. И до глупого смешно было понимать, какой трусихой я стала от одного прикосновения.

В первые дни мысли были лишь об одном – ужасе, панике, что Николай нагрянет в гости со схожими друзьями. Страх попасть в их лаборатории сковывал тело, туманил разум и едва не доводил до истерики. Я не хотела повторить судьбы Анжелы и черноволосого мальчика. Ни за что на свете!

Я боялась выходить на улицу. Почти привычкой стало подкрадываться к дверному глазку. Доверие к людям свелось до одного Макса. Мы много говорили, но вначале я боялась даже представить благополучный исход из сложившейся ситуации, и он отвлекал как мог.

Но в одно ранее утро, размышляя о судьбе, я поймала себя на пугающей мысли.

Что, если Николай и в самом деле не хотел причинить вреда?

Тогда я впервые задумалась о его словах всерьёз.

В самом ли деле он может дать ответы? Если так, то не лучшее ли это решение, узнать, наконец, о себе всё, что так интересовало с проявления дара?

Никто до этого не мог их дать. Никто из всех знакомых не был приближен к сверхъестественной стороне жизни также, как я и Николай. Я не знала больше ни одного человека, кто мог бы открыть полог самой волнующей тайны моей жизни без угрозы быть закованной в цепи.

Кто я такая на самом деле? Откуда взялись способности? Почему такие? Отчего зависит их проявление в том или ином человеке? В чём суть избрания? Много ли таких, как я и та убийца? А таких, как Николай и его погибших друг? Почему о нас не говорят? Неужели никто из одарённых не выказывал желания стать заметнее? Или им не удалось? Почему?

Тут я вновь вспоминала о мучениях в лабораториях, об учёных, опытах, и ответ, казалось, становился ясен.

Сила Николая – лучший способ остановить подобных мне. Значит ли это, что он всё же виновен и лжет? На самом ли деле ему или загадочным им нужна моя помощь? Но в чём? Каким образом? И не говорит ли моя необходимость им о том, что те придут за мной так или иначе? Если я откажусь от встречи, оставят ли меня в покое? Забудут ли о даре? А если решусь помочь, сумеют ли обеспечить безопасность от самих себя?

Вопросы роились и приводили в смятение. Я хотела знать ответы, почти до нетерпения, но чужие воспоминания приводили к холодной дрожи. Я понимала, могла объяснить, отчего Николай и муж Анжелы так пытали её – в ней поразительным образом обитала убийца. Она сама хотела избавиться от неё, сама. И это многое меняло. Но кто те другие? Чем они занимались в той лаборатории, если не ставили опыты? Как с ними связана сгоревшая лаборатория в поле? Кто тот святой отец, у которого сорвал крест прикованный к стулу мальчик? Не из их ли компании тот лаборант, что намеревался причинить боль этому мальчику? И главное, из-за чего убийца, скрепившая мои чувства с погибающей Анжелой, стала ей? Мстила? Кому? За что? Что они сделали ей?

Не нужно было гадать, её способность вселения в чужое тело отнюдь не принадлежала к категории таких, как Николай. Её сила походила на мою. Не должно ли это значить, что враги у нас с ней одни?

Страшно, ужасно страшно было ошибиться и оказаться не на той стороне, но… желание знать правду мучило нестерпимо. Иного шанса раскрыть тайну о себе самой могло не быть. Николай же мог дать необходимое.

«Позвоните, и я отвечу», - вспыхнуло в голове, и в размышлениях я оторвалась от подушки, сев.

На широкой двуспальной кровати, что подарили в честь переезда мать и отчим, в ногах лежал телефон. Я отбросила его туда недавно, но тёмный экран вновь манил меня. Покривив губами, я сдалась. Жажда знаний кружила голову.

Заученные цифры заполнили строку в мгновения, но как только поле оказалось заполонено и оставалось лишь нажать на вызов, я снова замерла в нерешительности.

Не обернётся ли это ужасами в подвалах?

Со злостью стёрла номер и отбросила телефон прочь.

Так ли нужны мне все эти знания? Стоит ли идти на поводу у мучителей?

Я уронила голову в ладони. Стремление знать правду жгло волю. Невыносимым оказалось думать, что тайна моей особенности зависит лишь от звонка. Звонка возможному врагу. Тому, кто причинить невыносимую боль может лишь касанием.

Так ли высоки риски?

Я застонала от бессилия и обжигающего душу гнева.

- Проклятье!

Подняв голову, глаза, будто не принадлежа мне, вновь скользнули на белую визитку с одним лишь именем, что лежала на полу у комода. Изорванная в порывах ярости и страха, но бережно склеенная в момент проснувшейся надежды и слепой веры.

«Позвоните, и отвечу на всё!»

Боясь передумать, схватила телефон и набрала номер. Без раздумий нажав на кнопку вызова, приложила к уху. Сердце тут же заколотилось как безумное, дыхание перехватило, а от первого гудка, показавшегося мне самым громким колоколом мира, заволновалась как никогда прежде.