В плену дракона. Трофей повелителя

Глава 5

— И я хочу попробовать, какая ты на вкус.

Какая я на что? Да что такое происходит?!

И он наклоняется.

Я замираю, отчаяние ледяной волной накатывает изнутри. Пытаюсь отодвинуться, но его рука оказывается на шее, а другой он обхватывает талию. Его движение медленные и… даже при всей своей властности извращенно нежные. Его губы касаются моих.

Они сухие и горячие. Сначала это просто давление. Требование. Потом они сдвигаются, приспосабливаясь. Он не торопится. Это поцелуй владения. Ты моя. Его язык касается сомкнутой линии моих губ, требуя входа. Я сжимаю их сильнее. Внутри всё кричит. Нет! Нет! Нет! Нет!

Коэн отстраняется лишь на миг, его дыхание смешивается с моим.

— Открой рот, — приказывает он тихо.

Я трясу головой, едва заметно. Ни за что.

– Я же просил быть послушной, дорогая.

Он снова целует меня. Теперь с нажимом. Его зубы задевают мою нижнюю губу, не больно, но предупреждающе. Одна из его рук сжимает мои волосы у корней, откидывая голову назад, обнажая горло. Настойчиво проводит языком по линии губ. И в этот момент, от бессилия, от ярости, от того, что у меня просто не остаётся сил сжимать челюсти, мой рот приоткрывается на жалкий сантиметр.

Этого достаточно.

Его поцелуй меняется. Он становится поглощающим. И весь мой мир в эту секунду сводится к этому жгучему, чуждому прикосновению его губ. Я не могу дышать. Не могу думать. Я просто существую в этом кошмаре, где реален лишь его вкус. Я не отвечаю. Я не могу. Я застыла, парализованная отвращением и страхом. Но мое тело, предательски, реагирует — сердце колотится как сумасшедшее, в висках стучит, по коже бегут мурашки.

Кажется, это длится вечность.

Наконец, Коэн отрывается. Медленно. Смотрит на меня спокойно и удовлетворенно. Он проводит большим пальцем по моей нижней губе.

— Вкусно, — произносит Коэн хрипло. — Теперь доедай. Потом тебя отведут в твои покои. У меня есть империя, которой нужно управлять.

Я сижу, не в силах пошевелиться. Вкус его всё ещё у меня во рту. На губах. Хочется отмыть душу. Хочется разрыдаться и не верить в этот кошмар. За что мне все это? За что?!

Лиам. Я должна дождаться жениха, и все нормализуется. Все будет, как прежде, я вернусь домой и…

— И перестань думать о своем женихе, — вдруг говорит Коэн. – Тот неудачник уже мертв. Мои разведчики нашли его отряд на границе. Никто не выжил.

Слова Коэна врываются в сознание не сразу. Я не верю. Не могу поверить. В голове слышу шепот прошлого. Как Лиам обнимал меня, как улыбался, как целовал…

— Мы всегда будем вместе, — шептал он мне в губы. – Моя Алина…

А теперь… Лиам… мёртв.
Никто не выжил.

Я задыхаюсь. В груди все сжимается от нестерпимой боли. Коэн разрушил все. Разрушил весь мой мир.

Мыслей нет. Есть только слепая, животная потребность уничтожить источник этой боли. Моя рука сгребает со стала серебряную вилку. Умри, Коэн! Умри, треклятый дракон. Из горла вырывается не крик, а рёв затравленного зверя.

Я кидаюсь на него.