Комната, площадью в несколько квадратных метров, была погружена в полумрак. Горела только настольная лампа, отбрасывая тусклый свет на раскрытые учебники и недоеденный "Доширак".
Алина встала, взяла в руки чугунную сковородку — не как оружие, нет. Просто собиралась отнести ее на общую кухню, чтобы помыть.
И тут дверь открылась.
Она так и не привыкла закрывать её на щеколду. Вечно суетливая Ленка бегала то за сахаром, то за солью, то за зарядкой, и Алина давно перестала обращать внимание.
В проёме показалась высокая широкоплечая фигура в тёмной кожаной куртке. Мужчина слегка качался и тяжело дышал. На мгновение замерев, он вдруг шагнул внутрь.
Лица в полумраке видно не было.
Только силуэт.
Чужой.
Пугающий.
— Выйди, — прошипела Алина, крепко сжимая ручку сковородки.
Но мужчина словно не услышал и пошёл прямо к ней. От него пахнуло алкоголем, и только тогда Алина поняла: он пьян. А значит — непредсказуем.
Незнакомец продолжал приближаться.
Ещё шаг.
Слишком близко.
И тогда она ударила.
Чугун со свистом рассек воздух и с глухим стуком обрушился ему на голову. Он ахнул и рухнул на пол, как подкошенный.
В комнате воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только бешеным дыханием Алины и завыванием ветра за окном. Он лежал неподвижно.
И тут девушку накрыла вторая, еще более страшная волна — осознание.
“Неужели я его убила?” — пронеслось в голове.
Ужас сковал все ее тело. Тяжелое орудие выпало из ослабевших пальцев и с грохотом покатилась по полу. Алина бросилась к парню, падая на колени рядом с телом.
— Пожалуйста, нет... Дыши, ну дыши же...
Алина склонилась над ним, пытаясь в полумраке разглядеть его лицо, почувствовать хоть малейшую струйку дыхания. Пальцы, дрожащие и непослушные, запутались в его густых, удивительно мягких волосах и тут же наткнулись на что-то теплое. Она отдернула руку, как от огня. Даже в темноте было ясно, что это кровь.
Внезапно его тело вздрогнуло. Он не открывал глаз, но его сильные, мускулистые руки резко схватили ее за талию и с грубой силой притянули к себе. Алина вскрикнула, оказавшись прижатой к его груди. Она отчаянно забарабанила кулаками по его твердой, как камень, груди, пытаясь вырваться из железных тисков, но это было бесполезно.
Парень застонал. Это не был звук угрозы, скорее глухой стон, полный боли, исходящий из самых глубин. Но в испуганном, перегруженном до предела сознании Алины, это считывалось только как атака. Как подтверждение ее худших опасений. Он пытался ее обездвижить. Его цепкие пальцы вцепились в ее волосы, откинув голову назад.
— Отпусти! — в ее голосе уже слышалась нарастающая истерика. В ответ незнакомец еще сильнее прижал ее к себе.
Мозг Алины отключился. Сознание пошло в разнос. Тело среагировало само, повинуясь единственному приказу — выжить. Свободная рука нащупала на холодном полу знакомый металл. Пальцы сомкнулись вокруг знакомой рукояти. И она не соображая, ударила снова.
На этот раз все закончилось окончательно. Его тело вдруг обмякло, стало тяжелым и безвольным. Стальная хватка ослабла, руки безжизненно упали на пол. Он затих. Дыхание, ранее прерывистое, стало ровным и поверхностным.
Алина отползла от него, упираясь локтями и пятками в скользкий пол, пока спиной не уперлась в холодную стену. Она обхватила колени руками, пытаясь стать как можно меньше, спрятаться, исчезнуть. Дрожь бросала ее то в леденящий жар, то в пронизывающий холод, зубы выбивали дробь.
Кто он? Зачем пришел? И что бы он с ней сделал, если бы не эта спасительная сковородка? В голове проносились обрывки криминальных хроник, страшные истории из новостей, и каждая казалась теперь ее собственной судьбой.
Прошло, наверное, минут десять. Сердцебиение немного успокоилось, превратившись из бешеной дроби в тяжелые, глухие удары, отдававшиеся в висках. Нужно было действовать. Вызвать скорую? Полицию? Мысль о полиции заставила ее содрогнуться. Они спросят, что случилось. Она расскажет. А потом? Потом — протоколы, допросы, суд. Ее слово против слова... кого? Пьяного незнакомца? А если он окажется кем-то важным? Ее, провинциальную студентку без связей и денег, вышвырнут из универа. Ее жизнь, которую она так старательно выстраивала, рухнет в одночасье.
Собрав всю свою волю, она поднялась и, обходя его тело, подошла к выключателю. Рука дрогнула, палец повис в воздухе. Она боялась света. Боялась увидеть во всех подробностях то, что она натворила. Но прятаться в темноте было еще страшнее.
Щелчок прозвучал как выстрел. Яркий, безжалостный свет люстры, в которой горели все пять лампочек, залил комнату, вырывая из тьмы каждую деталь.
Алина медленно, затаив дыхание, подошла и посмотрела на его лицо. И ее сердце просто остановилось, пропустив один удар, другой, замерев в ужасе.
Растрепанные темные волосы, густые брови, высокие скулы, четко очерченный, упрямый подбородок. Даже с окровавленной раной на виске он был чертовски, вызывающе, несправедливо красив. Красив той брутальной, почти звериной красотой, которая сходит с обложек глянцевых журналов.
Она узнала его. Весь университет, от первокурсника до ректора, знал его.
Андрей Волков.
Тот самый Волков. Кумир и гроза факультета экономики, наследник состояния своего отца олигарха и живая, ходячая легенда студенческого городка.
#978 в Молодежная проза
#108 в Подростковая проза
#336 в Студенческий роман
от ненависти до любви, властный герой, богатый парень и бед...
16+
Отредактировано: 18.04.2026