В плену монстра. Его игра

Глава 5

Флешка лежала на самом краю стола, маня и угрожая одновременно, словно ловушка. Алина весь вечер водила вокруг нее хороводы: вымыла до скрипа уже чистую кружку, перечитала конспект, не видя букв, включила сериал, в котором тонули ее мысли. Но взгляд снова и снова сползал к кусочку металла.

К полуночи сопротивление испарилось, сменившись покорностью судьбе.

— Посмотрим, что ты задумал, Волков, — пробормотала она и вставила флешку в ноутбук.

Папка «Доклад». Внутри находился единственный файл, видео.

Она дважды щелкнула.

На экране появилась знакомая аудитория. Снято было с высокого угла, будто с камеры наблюдения, которая фиксировала каждую мелочь: как Алина отвлекалась на пролетающую за окном птицу, как нервно накручивала на палец прядь, как делала глоток воды из бутылки. Тогда это были невинные движения. Теперь, под прицелом чужого взгляда, они казались интимными, обнаженными.

Запись длилась почти сорок минут. Ничего особенного. Но когда видео дошло до конца, изображение резко сменилось: та же аудитория, только уже пустые парты.

В кадр вошел Андрей.

Не спеша подошел и сел на её место. Положил руки на столешницу, сцепил пальцы в замок и уставился в объектив. Молчал почти минуту — полная тишина, нарушаемая только гудением ноутбука. Потом наклонился ближе.

— Привет, Соболева, — наконец сказал мажор. — Если ты смотришь это, значит, любопытство победило здравый смысл. Поздравляю.

Он усмехнулся.

— Я не люблю, когда серые мыши переходят мне дорогу. Ты, кажется, ещё не поняла, как работает этот мир. Здесь прав тот, кто сильнее, кто не боится испачкать руки.

Достал из кармана телефон, что-то пролистал и повернул экран к камере. Алина узнала себя. Её профиль, снятый на улице, в столовой универа, в библиотеке. В разных местах. Снимки были такими близкими, словно фотограф стоял в полушаге.

— Думаешь, я не смогу тебя сломать? — его голос приобрел опасные ноты. — Всё уже началось.

Затем постучал пальцем по экрану телефона, и запись оборвалась.

Алина отшатнулась от ноутбука. Сердце колотилось, а руки похолодели и предательски дрожали. Выдернула флешку. Бросила её на стол.

***

Утром ее вырвала из сна вибрация под подушкой. Пришло сообщение с незнакомого номера: «Смотрела видео?». Следом пришло второе: «Зайди перед лекциями в аудиторию 313».

Она скользнула взглядом по ноутбуку, по флешке, по своему сонному отражению в зеркале — и осознала, что теперь придется выполнять чужую волю. Механически встала, собрала вещи.

Ноги были ватными. Коридор плыл перед глазами. Она дошла. Рука сама потянулась к ручке, но тело сопротивлялось.

— Входи уже, — прозвучал властный голос из-за двери.

Она вошла. Дверь захлопнулась, отсекая мир с его привычными звуками.

— Я думала, ты пошутил, — голос Алины прозвучал неуверенно.

— Я никогда не шучу, — Волков не поднял головы, разглядывая что-то на телефоне. — Садись.

Алина не двинулась с места:

— Зачем это все? Видео, фотографии, флешка?

Он медленно поднял на нее взгляд. В его глазах мелькнуло что-то скользкое и хищное.

— Проверяю границы. Хочу понять, где они у тебя заканчиваются.

— У тебя проблемы?

Волков встал, подошёл ближе. Двигался почти лениво, но от каждого его шага внутри Алины все напрягалось.

— Нет, Соболева. Проблемы — у тебя.

— Что ты хочешь от меня? — она заставила себя смотреть ему в глаза, не отводя взгляда.

Мажор усмехнулся, проведя ладонью по столу.

— Хочу, чтобы ты перестала притворяться.

— Притворяться?

— Что ты не чувствуешь страха. Что тебе неинтересно, насколько далеко я зайду.

Он протянул руку, коснулся кончиками пальцев её подбородка — легко, почти не касаясь, проверяя, дрожит ли она. Алина не отпрянула. Не дрогнула. Только дыхание сбилось.

— Скажи честно, — продолжил он. — Когда ты вставляла флешку, чего ждала? Что там будет?

— Ждала, что ты отстанешь.

— Отстану? — Он указал пальцем на свой висок, где виднелась заживающая рана. — Даже не надейся! Теперь я буду контролировать каждый твой шаг. Каждую ошибку. Даже этот разговор.

Она сжала лямки рюкзака, заставляя себя не дрожать.

— Тогда, может, скажешь, чего ты добиваешься?

— Твои унижения только начинаются. Мне интересно, как долго ты продержишься.

***

После обеда Волков нашел ее в столовой. Алина сидела за столиком у окна, и безвольно водила вилкой по остывшим макаронам. Она наслаждалась этими редкими минутами покоя, когда можно было просто сидеть и ни о чем не думать. Пока тяжелые, уверенные шаги не прервали ее уединение.

Андрей со своей свитой встали перед ее столом, заслонив собой свет.