В плену огня

Глава 2. Ты мне должен

Андриан

Давно не ругался, но сейчас использовал весь запас матерных. Цедил ругательства сквозь зубы, мечась по комнате от стенки к стенке, сжимая кулаки, пока не полегчало. Сегодня у меня неудачный день! Недаром он начался с несвойственных мне мыслей, больше похожих на сожаления. И… с Ксании. Дьявол. Эта девчонка – сущее наказание! Стоит ей мелькнуть в мыслях, как в размеренном, достойном порядке моей жизни начинается сущий кавардак. Но кто бы мог подумать, что после пробежки в парке меня ещё ждёт тяжёлый разговор с бабушкой. Бабуля, от тебя я такого не ожидал.

Сначала всё шло неплохо. Сонный особняк встретил вернувшегося меня тишиной и благополучием. Аурой обеспеченности, когда даже от стен веет достатком. На полу танцевали тёплые яркие пятна солнечных лучей, проникшие в высокие эркерные окна. Умиротворяли. Это вовремя, потому что из-за мрачных мыслей во время пробежки я нахожусь не в самом благодушном состоянии. Мягкая тишина дома разбавляется невнятным копошением на кухне. Я знаю, что там меня ждёт завтрак, приготовленный персонально для меня и сервированный на одного. Я очень ранняя пташка и после пробежки дико голоден. Для завтраков в неурочное время нанял приходящую кухарку. Иногда ору на неё, если еда кажется недостаточно вкусной, но в целом кухарка дело своё знает. И ничего, потерпит мой нрав. Я плачу́. Я – хозяин.

Быстро поднимаюсь в комнату, принимаю душ, переодеваюсь, спускаюсь в столовую и ем, даже не чувствуя вкуса. Еда хороша, но я продолжаю додумывать свою линию поведения с Ксанией. Новую линию поведения. Уверен, девчонка будет удивлена. Кажется, она уже привыкла и ждёт, что я стану травить её. Так вот, милая, тебя ожидает сюрприз. А чтобы ты не приняла отсутствие травли за проявление слабости, завалю тебя настолько нудной работой, что сама убежишь. От бумажной волокиты воют и опытные сотрудники. Так что больше никаких парковок. И – упаси Бог! – объятий под дождём. Я поморщился, вспомнив, как непростительно размяк. Как пялился на девушку в прилипшей мокрой одежде, будто красивой женщины раньше не видел. Да-а, слишком двусмысленными вышли объятия. Как бы Ксания не придумала себе лишнего.

«Просто спас глупую пигалицу от машины», − встал на правильный путь мозг.

Бесшумная кухарка, заметив, что я замер над тарелкой и больше не жую, подвинула мне чашечку свежесваренного кофе. Ополовинил её одним глотком, всё так же не ощущая вкуса. С утренним кофе обычно дела обстоят лучше, особенно когда компанию мне составляет двоюродный брат Селиван, но сегодня ему в офис к десяти, поэтому брат бессовестно спит. Правда, может ещё бабушка появиться. У неё давно старческая бессонница.

− Нелли, можете быть свободны, – строгий голос той, о ком я вспомнил секунду назад раздался от дверей в столовую, и я малодушно подумал, что завтрак следует спешно сворачивать.

И бежать. Слишком уж безапелляционно звучала бабушка. А это значит, задумала разговор.

– Андриан, не уезжай в офис. Мне нужно с тобой поговорить!

Как знал. Сбегать стало поздно, и я обречённо прикрыл глаза, играя желваками на скулах. Угадываю, о чём пойдёт разговор. Последнее время бабушка наседает на меня с вопросом женитьбы. Этим начинаются или заканчиваются все наши совместные беседы. А я, хоть и привык отбивать нападки, удивлён настойчивостью старушки. Упорства у неё почти как у меня, сказывается фамильное родство, но что-то в этот раз конкретно прижало. Прямо идея фикс. И моя родная сестра бабушку поддерживает. Или молчит, хотя обычно меня защищала. Мысленно жалею о своём закончившемся одиночестве, а также о том, что я глава компании «Андрвис». И деловая хватка у меня как у бульдога. Будь старшим Селиван (не в плане возраста; тут мы почти ровесники), то женщины взялись бы женить его. Хотя сдаётся мне, Селиван бы не сопротивлялся. В семье он Селя, и этим всё сказано. Парня быстренько отправили бы к алтарю, а затем снова атаковали бы меня.

Бабулю слушаю, прикрыв глаза и молча скрипя зубами. Действительно угадал: речь про брак. Выдержки хватило ненадолго. Прошипев: «Что за мода вешать на всех ярмо отношений!», выскочил из дома. Лучше работать! Брак – это как просрать свою жизнь. А отношений горизонтальных, вьющихся у четырёх ножек кровати, мне и так хватает!

− Айдана, он ушёл посреди разговора!

Возмущению бабушки нет предела. Сверкая умными, совсем не по возрасту живыми глазами, она смотрит на девушку, стоящую перед ней. Девушка выглядит смущённой. Красивое платье мерцает благородными переливами дорогой ткани. На изящной руке, на пальчике кольцо с крупным бриллиантом – символ замужества. В осанке и чертах девушки яркое сходство с недавно вылетевшим из дома молодым мужчиной. Вылетел тот в лютом гневе. Саданул дверью так, что штукатурка посыпалась.

– Скажи брату, что так поступать нельзя! Он уже взрослый мужчина, а не маленький мальчик. Когда он вернётся, мы продолжим.

− Бабушка, Вы слишком давите на него, − попыталась заступиться за брата девушка. – Естественно, он сопротивляется.

− Нет, это всё его несносный характер! – негодующе фыркнула старушка. − Но я всё равно добьюсь своего, не будь я ваша бабушка!

Девушка тоскливо вздохнула, не споря. Бабушка. Против неё не попрёшь. Особенно учитывая, что они с Андрианом сироты почти с детских лет, а бабушка растила их всю свою жизнь. Они выросли. Андриан стал кормильцем семьи, хотя был младше её, Айданы, на пять лет. Но бабушке всё равно. Она контролирует. Андриан же неоднократно предупреждал, что если бабушка добьётся цели, то его брак станет идеальным только потому, что закончится идеальным разводом. Быстро. Её младшенький ужасно упрям. Причём проявляет данную черту характера с завидным постоянством.

− Для него есть только бизнес и переговоры, − попыталась зайти с другой стороны она. – Ему некогда.

− Чушь! В прошлый раз он выгнал из дома семейство, отважившееся прийти со сватовством!

− Я помню это.

Молодая и пожилая женщины помолчали, вспоминая позорное происшествие. Скандал и шум стояли такие, что от стыда хотелось провалиться сквозь землю. Многие уважаемые семьи после него отказываются рассматривать Андриана в роли жениха. А тот и рад.