В плену твоих красивых глаз

Глава 1

— Мариш, не забудь, ты мне обещала! — кричит в спину Леся, и я чувствую, как её голос буквально впивается в меня, словно крючок, который не даёт мне просто уйти.

Я останавливаюсь на пороге, вздыхаю и медленно поворачиваюсь. — Леся, я вот возьму и передумаю, если ты не прекратишь мне напоминать об этом каждые пять минут. — Мои пальцы сжимают ручку спортивной сумки, в которую я пытаюсь запихнуть всё необходимое: сменную одежду, косметичку, бутылку воды. Сначала работа у нотариуса, а потом — этот чёртов клуб.

Бросаю взгляд на подругу. Она устроилась в постели, как настоящая драматическая героиня: одеяло до подбородка, нос красный, на тумбочке — чашка с дымящимся чаем, пачка салфеток и три вида таблеток. В руках — плитка шоколада, будто это панацея от всех болезней.

— Тебе легко говорить, — Леся хрипло кашляет, прикрывая рот ладонью. — Ты у нас помощник в крутой нотариальной конторе, а я всего лишь официантка. Если Кира меня уволит за прогул, мне за свою часть аренды разве что почку продать придётся. Или впахивать по ночам в забегаловке на окраине.

Я закатываю глаза, но внутри уже сдаюсь. Ну что поделаешь — дружба же.

— Хорошо, малышка, отработаю твою смену. Но если твой босс-самодур меня раскусит, я ему что-нибудь поценнее оторву. Он правда такой злюка?

Подруга то и дело, рассказывает об изверге на работе, которого никто не видит, но он как царь наблюдает за своими владениями, увольняя направо и налево людей. Хотя стоит признать, платят там исправно и хорошо. Лесе хватает и на учёбу с арендой, ну и всякие девчачьи мелочи.

Леся шмыгает носом, её глаза слезятся. Вот вечно таскается по ночам без куртки, модница моя, словно у неё на все болезни мира иммунитет есть. Как итог, ангина, сопли и здравствуй, температура под сорок.

— Меня на работу брала Кира, так что он вряд ли меня в лицо помнит. Но говорят, он лично просматривает камеры. В прошлом месяце уволил парня за то, что тот неправильно бокалы расставил.

Вот же гад. Хотя бизнес-дело тонкое, мой шеф тоже тот ещё урод с замашками наполеона, но доброе имя деда позволяет ещё фамилии Власовых иметь весь в сфере нотариата.

Мой телефон вибрирует — напоминание о встрече с клиентом. Чёрт.

— Лекарства на столе. Суп в холодильнике — разогрей и съешь, а не то будешь глотать таблетки размером с мой кулак и на капельницы подседать.

По собственному опыту знаю, что такое язва желудка.

Леся делает слабый жест рукой, будто благословляя меня на подвиг.

— Ты святая. Если выживу, назову ребёнка в твою честь.

— Даже не думай! — фыркаю я, захлопывая за собой дверь.

Контора. Бумаги. Бесконечные договоры.

Я автоматически сортирую стопки, документы, но мысли где-то далеко. В голове всплывает мамино лицо на старой фотографии — её улыбка, тёплая и такая далёкая. И папин голос в день похорон, низкий, как гром:

"Ты вернёшься. Все мои вещи возвращаются".

Но я не вещь.

После её смерти я сменила имя и отчество, теперь вместо Расуловой Марии Эмировны в паспорте гордо стоит Власова Мария Юрьевна.

Выкуси, папаня! Исчезла на год, жила в чужом городе на случайные подработки. А когда вернулась — поставила ультиматум. Он скрипел зубами, но отпустил.

Знает, что поганый характер у меня от него. Что дал — то и взяла по генетическому коду, так что отец смирился и отпустил.

Хотя... "отпустил" — это слишком громко сказано.

Господин Расулов никого не отпускает. Мама — живое доказательство. Только смерть разорвала их брак.

По спине пробегают мурашки. Встряхиваю головой — не время для воспоминаний. Эту часть своей жизни я надёжно спрятала в ящике собственного сознания, поставив код, который не желаю вспоминать.

Новое имя — новая жизнь.

"Приезжай в клуб к 8. Шеф будет. Если опоздаешь — мне конец."

Сообщение от Леси всплывает на экране, когда я уже почти свободна. Чёрт возьми!

Натягиваю кеды (каблуки в такой день — самоубийство), собираю волосы в тугой хвост. В зеркале — бледное лицо, синяки под глазами. Ничего, главное — не привлекать внимания.

Клуб "Титан" — массивное здание из чёрного стекла и стали, с вывеской, которая светится неоновым синим. Охранники на входе лениво кивают, проверяя Лесин бейдж.

"Боже, если бы папа знал, как легко сюда пройти..."

Громкая музыка бьёт по ушам, свет прожекторов слепит. Униформа оказалась неожиданно удобной: чёрные брюки, свободная футболка, фартук с карманами — уже что-то!

Кира Валентиновна — управляющая, ходит между столиков, как королева. Высокие шпильки, идеальный маникюр, взгляд, от которого хочется вытянуться по струнке. Ну робот, а не женщина!

Я уже расслабилась, когда по рации раздаётся:

"Шеф на месте. Повторяю, шеф в здании."

Бармен Марк вдруг бледнеет, как полотно. Официанты начинают метаться, протирая уже сияющие столы.

— Вы как в том фильме про дьявол носит Prada, — усмехаюсь я, подталкивая Марка локтем.

Он смотрит на меня с ужасом.

— Ты не понимаешь. Если Хан увидит хоть одну пылинку — нам всем конец.

В этот момент распахиваются двери.

Кира Валентиновна цокает каблуками, её глаза горят, останавливаясь на моём лице.

Так, а вот этот взгляд — точно сулит проблемы.

— Мария! Вип-зал, сейчас же! Настя порезала руку — там нет никого!

— Если ты сейчас же не пойдёшь за ней, нас всех уволят на хер.— бросив на меня щенячий взгляд, выдаёт бармен, вгоняя меня в ступор.

Меня бесцеремонно хватают за руку и тащат через лабиринт коридоров, как барашка на привязи. Сердце колотится где-то в горле, потому что работа в вип-зале никогда не бывает простой. Или с дополнением к обязанностям, которые ни один работодатель не включит в трудовой договор или ещё чем похуже.

Однако на краю сознания любопытная часть меня выдыхает:

"Ну что ж, познакомимся, 'злюка-злюка'..."