В плену твоих теней

Глава 1

Мой кабинет это пространство, где каждая деталь подчинена строгому порядку. Шкафы из темного дерева, аккуратные стопки дел на полках, хрустальная пепельница (я не курю, но клиенты иногда нервничают). На столе – компьютер с двумя мониторами, блокнот в кожаном переплете и ручка Montblanc – подарок от довольного клиента после выигранного дела.

Утро началось с разбора почты. Письма, запросы, уведомления из судов. Я просматриваю каждое, отмечая важное. Кофе – черный, без сахара. Он должен быть крепким, как моя позиция в зале суда.

Первая клиентка – Анастасия Львовна. Женщина в дорогом пальто, с шикарным маникюром и стрижкой. Она плачет или делает вид.

- Итак, давайте еще раз, только уже без слез. Хорошо? – протягиваю ей коробку с салфетками. Она кивает, вытирает слезы, но я вижу – макияж не пострадал, отличная тушь, дорогая.

Ее история стандартна: муж, любовница, "неожиданное" обнаружение. Но когда я спрашиваю про доказательства, слезы мгновенно высыхают. Она листает телефон, демонстрируя фото. Слишком много, слишком... постановочных, будто он позировал.

- Отлично. Отправьте их мне.

Она хочет половину имущества. И яхту. Конечно, яхту.

После ее ухода кабинет наполняется тишиной. Я набираю воду в стакан, смотрю в окно. Солнце отражается в стеклянной поверхности, и я ловлю себя на мысли, что мне плевать на ее драму. Моя задача – закон, а не эмоции.

Следующий клиент бизнесмен, пытающийся вывести активы перед разводом. Потом консультация по наследству. Бумаги, подписи, холодный расчет.

Вечером, когда офис пустеет, я остаюсь одна. Проверяю документы, которые завтра пойдут в суд. Кофе уже остыл, но я допиваю его.

Мой мир это цифры, статьи и факты. И я предпочитаю, чтобы всё было именно так.

Только я собрала папки в сумку, проверила, выключена ли кофеварка, и потянулась за пальто, как зазвонил телефон. Взглянула на экран: «Ольга».

Приятельница. Нет, даже не так, старая знакомая. Я не называю людей «подругами». Подруги это слишком личное, слишком... обязывающее. А у меня в жизни есть только четкие категории: клиенты, коллеги, знакомые. И Ольга где-то на границе между «знакомой» и «человеком, с которым иногда можно выпить вина».

Поднесла трубку к уху, даже не успев сказать «алло», как в динамике уже раздался её звонкий голос, чуть захлёбывающийся от возбуждения.

- Ириш, ты дома?

- Нет ещё, в офисе.

- О, отлично! Значит, ещё не устала! - Она даже не спрашивает, устала ли я вообще. Ольга всегда говорит так, будто её реальность единственно возможная, а все остальные просто ещё не осознали, как им повезло в ней оказаться.

- Пошли в караоке! Прямо сейчас!

Я закатила глаза, хотя знала, что она этого не видит.

- Оль, нет. У меня завтра три заседания, я даже документы не все проверила…

- Ну и что! Ты же не в суд идёшь, а на пару часов расслабиться! – Она сделала паузу ровно настолько, чтобы вдохнуть, и тут же продолжила атаку. - Давай хоть на полчасика? Ты же знаешь, что я одна не пойду, а там классный новый зал открыли, с караоке-боксами…

Я прикусила губу. Не хотелось никуда идти. Хотелось домой, в тишину, где можно снять туфли, налить вина и просто молча пролистать дела на завтра без этого вечного ольгиного «давай-давай». Но она не сдавалась.

- Ирин, ну пожа-а-алуйста…

В её голосе была та самая нота, которая всегда действовала на меня, как скрип несмазанной двери, не больно, но противно до мурашек. Я вздохнула.

- Ладно. Пошли. Говори, куда подъехать.

Ольга тут же взвизгнула от восторга и начала быстро диктовать адрес, словно боялась, что я передумаю. А я уже жалела, что согласилась.

Но что поделать, иногда даже мне приходится делать вид, что я умею «расслабляться». Хотя бы для приличия.

Мы сидели в уютном полумраке караоке-бара, мягкие диваны, мерцающие огоньки гирлянд. Ольга уже успела заказать вино и несколько закусок, а теперь с азартом листала плейлист, периодически восклицая: "О, это же классика! Надо спеть!"

Я молча наблюдала за ней, потягивая прохладное белое. В голове уже прокручивала список дел на завтра, но Ольга, как всегда, не собиралась оставлять меня в покое.

- Ирин, хватит киснуть! - она ткнула пальцем в мое плечо. - Твоя очередь!

Я нахмурилась.

- Я не пою!

- Ну вот еще! - Ольга фыркнула и сунула мне микрофон. - Ты же мне сто раз рассказывала, что в детстве мечтала о сцене!

Я замерла. Да, было такое, давно.

Вспомнились те дни, бесконечные гаммы, ноты, выученные до автоматизма, и Вера Константиновна, строгая, с вечной недовольной складкой у рта. Я так старалась. А потом пришла к ней, робко попросила помочь с подготовкой к поступлению в музыкальное. И услышала: "У тебя ничего не выйдет. Музыка - это не твое."

Тогда я сожгла все ноты. И решила, что больше никто и никогда не скажет мне, что что-то - "не мое".

- Ладно, - я резко встала, сжав микрофон. - Но только одну.

Ольга зааплодировала, а я медленно поднялась на маленькую сцену. Экран передо мной замигал, начался отсчет, и зазвучала музыка. Я закрыла глаза и запела.

Голос, который годами копился где-то глубоко внутри, вырвался наружу, чистый, сильный, с легкой хрипотцой от долгого молчания. Я не пела с тех самых пор, как бросила фортепиано, но тело помнило.

Помнило, как держать дыхание, как вести фразу, как чувствовать каждую ноту.

Я пела и вокруг будто стихло. Даже Ольга замолчала, уставившись на меня широкими глазами.

А я вдруг вспомнила, каково это - стоять перед воображаемым залом, чувствовать, как музыка течет сквозь тебя, как каждая нота отзывается где-то в груди. Последний аккорд и тишина.

А потом взрыв аплодисментов, даже от соседних столиков.

- Боже, Ира... - Ольга ахнула. - Ты... Ты же просто...

Я, молча, спустилась со сцены и поставила микрофон на стол.

- Я же говорила, что не люблю караоке, - сухо бросила я.

Но внутри что-то дрогнуло, что-то старое, что-то, что я давно заперла в самом дальнем ящике памяти.