В плену у эльфа. Скажи мне да!

Глава 12. Запрет

Насупилась.

Не водись с Камиэлем! Не водись с Камиэлем!

А чем тогда мне заняться по-вашему до академии магии в этой тьмутаракани?!

Заядлой бабкой с лавки собирать новые сплетни, плести коварные интриги или шантажировать выдачей грязных секретиков особо неприятных личностей?!

Спорить с местными, желательно со зрелищным мордобоем, у кого помидоры спелее?!

Мериться, может, с ними огурцами и экспериментировать с удобрениями, добавляя в разных пропорциях исключительно свежие природные «компоненты»?

То, что те немножко пахучие, вызывающие желание открыть ставни прямо посреди улицы опустим. Главное, по урожаю соседа переплюнуть! Все во имя превосходства культурного!

А чтобы точно победить, запустим к нему в огород вредителей этак штук пятнадцать. Выигрыш сто процентов гарантирован в войнах межогородних!

— Не дуйся, Мари, — неожиданно приобнял меня папа за плечи. — Это для твоего же блага. Поверь, я знаю. Эльфы — подлые и очень коварные существа. Лучше найди себе какого-нибудь ремесленника. Учитывая весь спектр твоих разрушений при учебной практики магии, такой брачный союз будет полезным. Я наконец-то смогу отдохнуть.

— Не смешно, папа! — возразила ему.

— Зато факт. Либо сама учись быть ремесленником. Не все же время только разрушать. Пора задуматься о том, чтобы приносить пользу окружающим. Пока твоя польза возможна лишь для покарания неугодного. Разнесешь ему имущество, может, человек осознает свою неправоту. Неплохо, конечно, но необходимо расширять диапазон. Согласна?

Уверена, моя мина стала еще кислее, чем была, судя по последующему обреченному вздоху родителя. Не, пап, не умеешь ты юные умы на подвиги вдохновлять. Не берись. В противном случае возрастет не диапазон полезности, а масштабы пакости.

— Мари, Мари. Ты меня в гроб когда-нибудь загонишь.

Показала ему украдкой язык.

Вранье и провокация. Такие, как папа, живут до ста, и дольше. Чисто из вредности. Кто-то ведь должен вовремя вправлять молодёжи компас общественной нравственности, корректируя его барахлящие стрелки.

Отстранившись, отец первым зашел в дом, а я без настроения поставила метлу на крыльце.

Может, все правы? Ведьме пора заземлиться?

А чем занимаются обычные деревенские девушки на выданье?

Шитье или вышивание не люблю.

Вместо ткани игла постоянно находит мой палец. Палец жалко. Он мне пригодится за жизнь еще ни раз. Да и разрыв ткани только увеличивается от психоза нетерпеливой портной, которой проще дорвать испорченную тряпку, чем зашить.

Если вам по-настоящему дорога вещь, то не доверяйте ее рукам Мари.

Вязание? Вспомнила Шепота, которого обмотало нитками раньше, чем вышло подобие маленького ряда крючком.

В перспективе, если бы не вопящий кот, с ужасом пытающийся выбраться из сетей мотка, случайно оживлённого силой великой и ужасной будущей адептки, то, возможно, попробовала бы второй раз. А так...

Маминого фамильяра не хотелось добивать. Тот вообще кремень редкостный! Уважаю пушистого за стойкость!

Готовка? Мне легче добыть мясо, чем его приготовить. Только охотиться приходится тайно, ведь, о, боги, это занятие не для женщин!

Полеты, охота и рыбалка. Почему я родилась девочкой?! В небесной канцелярии всяко ошибка какая-то произошла! Будь я парнем, то могла бы на законных условиях гонять зверье, ловить рыбу и состязаться с другими на турнире!

Речка, удочка и тишина! Рай земной!

Не все ведьмы обожают варку зелий, нытье деревенских о постигших их недугах, а также черных котов. Шёпот на собственной шкуре знает, как я неравнодушна к хвостатым на четырёх лапах.

Он прикольно орёт на высоте три метра от земли.

Правда, на сколько фамильяр эффективен в подсказках по волшебству, не знаю. Мари экспортировала маминого пуфыстика не как полагается стандартной ведьме, готовящейся к академии магии.

Не оттягивая неизбежное, я зашла в избу.

Внутри за большим праздничным столом собрались, кроме моих родителей, ещё и друзья. Не хватало одного Камиэля.

Без него праздник казался каким-то неполным.

— С днем рождения! — посыпалось со всех сторон.

Лица гостей просияли. Конечно, им наконец-то можно попробовать торт тёти Лады.

Именинник на месте, именинник поздравлен, ненужные подарки лежат горой у печи — все условия соблюдены. Остался папин тост, после которого мне будет выделен самый большой кусочек ягодного великолепия, испеченного мамой, а затем масштабное мероприятие «наешься до отвала и унеси себя отсюда лишь завтра утром» торжественно объявляется открытым.

— Мари, — вдруг отчётливо отделился мамин голос от гомона остальных. — Можно тебя на минуточку?

Коротко кивнула. Я не против. Забери меня, пожалуйста, из зала хоть на всегда. Твоя дочь не хочет никого видеть. Твоя дочь желает добраться до подушки и совершать все паломничества либо ночью, либо с первыми лучами рассвета.

Мама знаком указала на дверь коридора.

— Думаю, именинница нас простит, если мы начнем без нее? — прокашлявшись, громко осведомился отец.

Видать, гостей пожалел. Те явно ошивались голодными волками не меньше трех часов, а, может, и больше. Некоторые могли с утра дежурить у забора, желая попасть на день рождения Мари. Специально поди не ели, место оставляли для стряпни рыжей ведьмы.

— Мари, Мари, — вздохнула женщина, картинно закрыв глаза. — Ты зачем уставшим зомби прошла сейчас к гостям, даже не вымыв рук?

— Попить собиралась, — выдала чистосердечное. — Откуда мне было знать, что вы с папой сегодня пригласили толпу «голодающих», желающих крепкого здоровья деревенскому торнадо?

Что-то их сюрпризы все меньше и меньше нравятся мне.

Уж лучше бы я снова сбежала в гости к другу. Выспалась бы у него для разнообразия.

— Я получила сообщение от дяди лешего, Мари. Ты перешла все границы с Камиэлем. Прости, но я вынуждена запретить вам общаться. Он плохо на тебя влияет! — от «дружеской рекомендации» неожиданно перешла в наступление мама.