В плену у эльфа. Скажи мне да!

Глава 15. Граф желает жениться

В общем, мама коварно не оставила и крохотного шанса избежать совместного завтрака с Брэдом.

За что?!

Рыжая женщина цепко, а главное очень подло поймала наследницу подобно капкану.

Чем больше пытаешься из него вырваться, тем мощнее сжимаются металлические челюсти. Вот в какие моменты понимаешь — мать-ведьма со стажем к беде!

Попала так попала!

День, которого тайно боялась, настал. День, когда Мари придется становиться девушкой вместо уличной хулиганки и начинать общаться по-другому с парнями. Не так, что «эй», «валим», «больной», «куда прешь» — иначе. Например, «уважаемый», «пожалуйста», «прошу», «а давайте вместе сделаем пакость» или «просьба убрать свои загребущие лапы от моего места приключений». Окультуриваться пришла пора да вспоминать речь воспитанную.

Вздохнула.

Я и воспитание — целый ребус. Зачем нам встречаться?!

Причем дурацкий день нисколько не поинтересовался, а готова ли я к его приходу?

Уныло подчинилась материнской воле. Нашла не самое изящное, а самое безобидное платье, выбрав светлый изумрудный оттенок.

Закрытые плечи, грудь и ноги — чем не красота? Бонусом нашедшееся «спасение» не облегало слишком плотно, давая некоторый простор при движении. Тоже великолепно!

Пусть женишок в голове рисует, какая я красивая. Ему будет чем развлечься в перерывах от папиных страшилок, а мне легче думаться станет, каким образом свалить куда подальше оттуда, где за меня все решили!

Какой вообще сегодня может быть Брэд, завтрак и милые посиделки, если сегодня день рождение Камиэля?!

Я, как истинная подруга, не могу остаться в стороне и не поздравить друга только потому, что кому-то захотелось устроить Мари очередную репетицию «нормальных отношений». От данного «нормально» нервно подташнивало.

Ладно, попробую вырваться. Я решала задачи и посложнее...

***

Читала Мари однажды книжку про любовь. Нашла у мамы среди серьёзного ведьминого чтива. Только т-с-с-с. Было дело. До сих пор помню, как в ней описывался трепетный ужин влюблённых с семьей (не очень важно, что у нас завтрак, это всего лишь мелочи жизни), их взгляды за столом, грустные вздохи, полные томления от ожидания, желание сбежать и поскорее остаться наедине.

Так вот. У меня за столом ни взглядов не клеилось с Брэдом, ни проскальзывало каких-то там положенных классикой любовной вздохов. Про желание уединения совсем молчу.

Мне хотелось все, что угодно, но только не тишины, допустим, где-нибудь в недрах близлежащего огорода, где жених «в порыве неудержимой страсти оставляет на губах возлюбленной обжигающий, словно пламя, свой жадный поцелуй»

Здесь два варианта: либо мы с Брэдом не влюблённые, либо Мари опять что-то делает неправильно.

Папа, как обычно, пугал мальчишку мистическими историями, а мама на языке жестов призывала меня то взор смягчить, дабы не напоминать старушку, разочарованную жизнью, то меньше шкрябать ложкой по тарелке, то периодически улыбаться парню.

«Улыбайся, а не скалься, Мари!» — вдруг телепатически выдала нагоняй женщина, при этом сохраняя подозрительно добродушный взгляд.

Ни в какие метлы! Все скулы свело от ее глупых подсказок!

Если глаза и нервирующий звук тарелки еще существовала возможность подкорректировать, то последний пункт давался куда ужаснее.

У меня не получалось строить из себя дурочку на выданье. Как можно играть то, чего не ощущаешь?! Театральные пьесы — точно не мое. Возьмите туда лучше Шепота или маму! Настоящие актеры пропадают! Фамильяр — все награды престижные соберёт! Одни глазища его, красочно расширяющиеся при виде метлы достойны народного признания!

Кстати, о нем, о прекрасном.

— Мам, а где Шепот? — спросила громко невпопад, прервав рассказ отца про неожиданно воскресшую из мертвых дочь зеркальщика.

Делал ей папа на днях гроб, все как полагается, а в день похорон та вдруг встала и долго не могла понять, почему все плачут возле нее.

Ой, сколько воплей и криков тогда поднялось. Гости чуть сами дружно не отправились к праотцам. У моего отца у самого едва сердце не остановилось.

Мужчина возмущенно поперхнулся, Брэд с оживлением посмотрел на юную спасительницу, а матушка недовольно нахмурилась.

— Кто такой Шепот? — воодушевленно спросил гость, безумно счастливый от возможности резко сменить тему.

Ему-то воспитание не позволяло нагло перехватить инициативу разговора, но судя по напряженным мышцам тела до скрежета зубов хотелось.

Он пристально осмотрел всех присутствующих за столом, желая получить ответ.

— Наш кот, — неохотно отозвалась хозяйка. — Мари выросла с ним. Сильно привязалась. Как видишь, Брэд, ни минуты не может без пушистого безобразия. За столом никаких котов, Мари, — с укором закончила мама. — Люди и животные должны есть отдельно.

В ее очах на миг промелькнул праведный огонь гнева, мол, снова дочка срывает трапезу.

Лишь улыбнулась. Вынужденно. Надо ведь показать, как я маменьку люблю. А то, что она ругается, ну это для порядка. Детей-то убивать нельзя. Рыжая ведьма знает.

— Вот как? А не расскажешь о нем поподробнее? — вежливо попросил кавалер, полностью переключившись на меня.

— Черный, блохастый, облезлый, одноглазый и страшный, как смерть. Мы его по вечерам непослушными детьми кормим, — вставил свои пять копеек папенька. — Осторожно, Мари, наступающий вечер уже не за горами.

— Амеон! — ткнула локтем в бок супруга матушка.

— Это правда?! — с ужасом поинтересовался парень.

— Нет, конечно. Папа шутит, — оставаясь абсолютно спокойной отозвалась Брэду. — Просто отец очень любит мистику. Помнится, у него и маменька по ночам вурдалаком бегала, и я зомби рассекала в поисках жертвы. Привыкай. Он определенно не позволит тебе умереть от тоски у нас в гостях.

Жених шумно выдохнул.

Мужчина, заметно заскучав, сразу сослался на неотложные дела да первым удалился, на прощание пожелав приятного дня остальным.

— Ну, что ж, голубки? Не желаете прогуляться на заднем дворе вместе? Тете Ладе тоже пора заняться делами. Мари, сопроводи гостя. Теперь тебе самой придется помогать Брэду не умереть от тоски, — с улыбкой обрадовала маменька.